Как меняют мир «другие» люди

– Как правило, среди пациентов психиатрических клиник очень высок уровень безработицы. И основной барьер для трудоустройства таких людей – отсутствие образования и не­желание работодателей нанимать «трудных» сотрудников. Именно для решения данной проблемы в 2015 году и было создано предприятие Green TAL, – рассказывает его основатель Эмин Аскеров.

Green TAL – это настоящая социальная мастерская, которая не только обучает людей с инвалидностью, но и предоставляет им рабочие места. Сейчас здесь трудятся 63 человека.

Как бы это странно не звучало, но Эмин Аскеров считает, что с «другими» людьми работать даже намного легче, чем со здоровыми.

– Первоначально могут, конечно, возникать проблемы, связанные в том числе с отсутствием дисциплины. Но со временем «другие» люди начинают перенимать качества, необходимые для работы в коллективе. При этом мы не пытаемся изменить их, а просто даем шанс, – рассказывает Эмин Аскеров.

Оказывается, для особенных людей ключевым фактором ­­выступает вера в их способнос­ти. Когда ты в них веришь и даешь им возможность, когда не отчитываешь, не ругаешь, а пытаешься развивать самые сильные стороны, они моментально начинают меняться и всеми своими поступками пытаются доказать: «Да, я могу, я способен, я такой же, как все».

– Вы знаете, в последнее время сами особенные ребята начали говорить мне: «Эмин, давайте менять мнение общества. Инвалидность – это не приговор». Услышав такие слова, обрадовался. Они поняли, что не уступают здоровым людям. При этом многие состоялись как профессионалы. Буквально полтора месяца назад мы открыли автомойку. И мои подопечные с огромным энтузиазмом взялись за работу. Работают на качество, не халтурят. Они вообще, как правило, бесхитростны. За эти полтора месяца у нас ни разу не было нареканий от клиентов. Все – в восторге, – с удовольствием делится Эмин успехами.

По его словам, он и менеджеры Green TAL верят в своих подопечных больше, чем их родители.

– Мы доказываем, что они не больны, просто у них больше особенностей. Откровенно говоря, каждый человек индивидуален, и у каждого из нас есть свои странности. Так вот, у моих работников подобных особеннос­тей психики больше. Вера – вот секрет нашего успеха, а еще ­сказывается интеграция особенных людей с другими социальными категориями. Когда они попадают в эту среду, видят других ребят, у которых свои проблемы со здоровьем, начинают понимать, что, оказывается, «я не один». Происходит сдвиг парадигмы. Поэтому я рад, что наш проект стал неким трамплином для ребят, что они смог­ли раскрыться, – размышляет предприниматель.

Конечно, социальное предпринимательство – это постоянные вызовы. Например, на той же автомойке идет большой перерасход автохимии, и данное обстоятельство сказывается на финансовых показателях компании.

– Просто наши подопечные полагают, что для достижения хорошего результата нужно использовать больше моющих средств. А качественные фирменные шампуни очень дорогие. Канистра рассчитана на 200 машин, у нас же ее хватает только на 100. Ребята не понимают, что от большого количества автохимии автомобиль чище не становится. Конечно, я им об этом говорю, но они начинают нервничать, мол, нам не доверяют. Что ж, приходится закрывать глаза, чтобы не ломать их психологию, – говорит Эмин.

Поделился он и планами. Рассказал, что на базе социальной автомойки хочет создать центр подготовки профессиональных автомойщиков, чтобы трудо­устраивать их затем на другие предприятия.

– К моему удивлению, после написания поста в Facebook я получил много откликов от конкурентов, выразивших готовность устраивать на своих предприятиях таких ребят, ведь на автомойках большая текучесть кадров. К слову, сейчас уже работаем с премиальным автоклинингом, начали готовить для него сотрудников с инвалидностью, – добавил Эмин Аскеров.

Мы познакомились с несколькими ребятами, работающими на автомойке. Познакомьтесь и вы.

– Я работал в социальном кафе Grееn TAL Food посудомойщиком. Потом перешел сюда. Мне 27 лет. До социального кафе Эмина работал в таком же кафе в учебном заведении, – рассказал Максат Тулеубаев.

По его словам, работа на мойке начинается в 8 часов и заканчивается в 15.00. Потом заступает вторая смена. Живет Максат на Лесозаводе. Чтобы приехать сюда без опоздания, выходит из дома в 6.00, а в 6.30 уже садится в автобус. Дорога занимает полтора часа, едет с пересадкой. Но не считает это большой труднос­тью. Главное, что есть работа и его труд ценят.

Поговорили мы и с Сабыржаном Аубакировым. В Green TAL он работает уже 2 года, на мойке – с первого дня ее открытия. По его признанию, он обрел здесь семью.

Пообщались мы и с работниками социального кафе. Гулим Амирова и Наталья Дубовик тоже имеют инвалидность, но другую – по слуху. Наталья немного говорит, а Гулим – совсем не может. И все же общение ­состоялось. Девушки выражали свое отношение к работе радостными улыбками.

– У меня мама социальный работник. И она с детства заложила в меня некое зерно созидания, гуманизма, эмпатии... Чувствую, что я на своем месте. Социальное предпринимательство приносит удовольствие, – говорит Эмин.

По его словам, мама иногда брала его на работу. И мальчик видел ее неравнодушное отношение к «другим» людям. Та руководила собесом. Приходилось курировать социальные вопросы целого района. А тогда, в сложные «нулевые», и свет отключали, и зарплату не выдавали...

– Мама относится к той категории людей, которые больше отдадут, чем возьмут для себя. Зачастую она полностью уходила в работу. Мы росли без отца. Мама очень часто приезжала поздно, несмотря на то, что двое детей ждали ее дома. Но работе отдавалась больше, чем семье. Если честно, я такой же. К сожалению, очень мало времени провожу со своими сыновьями. Надеюсь, став взрослыми, они поймут меня, – говорит Эмин.

Когда у Эмина есть время, он тоже берет сыновей с собой на работу. И старший сын в пятилетнем возрасте сказал, что хочет быть, как папа.

– Если сын пойдет по моим стопам, то это будет уже третье поколение соцработников в нашей семье, – улыбается Эмин. – ­Несмотря на то, что меня фактически почти не бывает в семье, и иногда бывают моменты, что я вообще ничего не зарабатываю, супруга меня понимает. Были моменты, когда оставался без зарплаты. Потерял несколько миллионов тенге на первом проекте Grееn TAL. Ничего, выжили. А я продолжал бить в одну точку, работая на результат, эффективность, самоокупаемость, устойчивость. В итоге все получилось, – вспоминает Эмин Аскеров.

Разговор о социальной реабилитации «других» людей мы продолжили с исполняющей обязанности заведующей центра психосоциальной реабилитации Медицинского центра психи­ческого здоровья города Нур-Султана Гульнарой Есмухановой.

– Что такое стигма? Стигма – это сложившийся стереотип в обществе, когда люди с какими-либо психическими либо соматическими заболеваниями считаются опасными, социально неблагополучными. В обществе к ним проявляется стереотипное отношение. Здоровые люди их недолюбливают, считают, что психически больные не способны на какие-то действия, не способны за себя отвечать, не могут выстраивать социальные отношения. Но это не так!

Я считаю, что такая стигма – это не проблема больного человека, а проблема общества, которая происходит от его невежества, от неумения принять особенных людей. Хотя сейчас, конечно, многое делается для того, чтобы опровергнуть и разрушить мифы в данной сфере.

Открываются различные цент­ры, коррекционные кабинеты для особенных детей, инклюзивные классы в школах. Наш центр психосоциальной реабилитации функционирует с 2015 года. Здесь работают производственные мас­терские, занимаемся трудовой реабилитацией. Имеются мультидисциплинарные бригады, в которых в комплексе заняты психологи, психиатры, социальные работники, трудоинструкторы, медсестры. Есть швейные цеха, столярные, минитипография, компьютерный кабинет. Все это направлено на то, чтобы научить наших подопечных жить в социуме, научить зарабатывать, – рассказала Гульнара Есмуханова.

В народе Медицинский центр психического здоровья называют «психушкой». Звучит как клеймо.

– Сейчас наша система, в отличие от советской, не карательная. Она патерналистская и стала более гуманной. Нынче устанавливаем с пациентами индивидуальный контакт. Не нужно думать, что с такими пациентами работает только психиатр, который назначает препараты и лечит медикаментозно. Ведутся психообразовательные тренинги, на которых мы учим пациентов справляться со свои­ми заболеваниями, объяс­няем действие препаратов и почему их нужно принимать. Учим пациентов жить. Ведь живут же люди с астмой или сахарным диабетом, – продолжает специалист.

Гульнара Есмуханова рассказала, что психические заболевания делятся на типы. Есть экзогенные, эндогенные, хронические, приобретенные болезни и так далее. По ее словам, не лечатся только хронические заболевания.

– Я буду недостаточно откровенна, если скажу, что все лечится, – говорит Гульнара Есмуханова. – Депрессия, невроз, тревога, навязчивые действия лечатся. Это можно корректировать. Но хроническая шизофрения, умственная отсталость, эпилепсия, синдром Дауна, аутизм полнос­тью не излечиваются. Но с этим можно научиться жить и добиться стойкой ремиссии, социальной адаптации. Мы можем корректировать и реабилитируем таких людей в их собственных глазах, в глазах общества.

В центре есть такие пациенты, которые трудоустраиваются. В этом помогают социальные предприниматели, такие как Эмин Аскеров.

– Пример Эмина, – говорит специалист, – достоин восхищения, потому что сейчас добиться реального трудоустройства очень сложно. А еще мы сотрудничаем с центром занятости. У нас в мас­терских есть пациенты, которых направили к нам с биржи труда.

Я всегда говорю, что никто ни от чего не застрахован. Психическое заболевание – это не удел бедных. Такое заболевание может встретиться в любой социальной нише. Болезнь не выбирает, в какой семье появится. Многие «наши» заболевания как раз-таки чаще всего встречаются у детей успешных людей. Это не официальная статистика, а мои собственные наблюдения. Тот же аутизм чаще встречается у детей творческих родителей, – говорит Гульнара Есмуханова.

По ее мнению, сейчас диагноз «аутизм» в обществе воспринимается более спокойно. Во многом это стало возможным после появления художественных фильмов об аутистах, и самый известный из них – «Человек дождя».

– Мне кажется, что нужно больше беседовать с родителями, родственниками пациента. Мы приглашаем их к участию в психообразовательных группах. Семья сталкивается с проблемой и постоянно живет с ней, переживает изнутри. А когда это делается в кругу, в обществе, человек начинает понимать, что он не один, что другие тоже сталкиваются с такими проблемами. Люди начинают разговаривать на волную­щие их темы, и им однозначно становится легче. Поэтому наши занятия очень полезны, – заключила специалист.

Обычно, заканчивая материал, журналист начинает подбирать подходящие слова. Но мне не пришлось этого делать. Все самое нужное и важное сказал наш герой Эмин Аскеров. И лучшего окончания не придумаешь:

– Здесь мы зарабатываем больше, чем просто деньги. Мы меняем людей и их судьбы. Это очень сильно мотивирует и продвигает вперед всю нашу команду.