​Мужество следовать велению сердца

Биография человека, которого сегодня область знает как советника акима Мангистауской области, а журналисты между собой называют одним из лучших спикеров, одновременно похожа и отличается от историй людей, проживающих в регионе.

Отец Владислава Вячеславовича – из Атырауской области, мама же родом из России. А началась эта история после знакомства родителей нашего героя на солнечном Мангышлаке в 1968 году, так что ему было суждено появиться на свет в Актау, бывшем городе Шевченко.

Примечательно, что дедушка по линии отца бывал с рабочей поездкой на Устюрте в 1949 году в ходе геологоразведочной экс­педиции. После переселения на Мангышлак дедушка и бабушка трудились в нефтяной отрасли, мама работала в той же сфере, а отец – водителем. Молодая семья прошла все «прелести» жизни того времени: подселение, смена квартир, а для юного Владислава – школ. При этом и детство, и юношество он вспоминает лишь в положительном ключе.

– Меня тогда очень увлекала техника, астрономия, физика, авиация, – рассказывает Влади­слав Трифонов. – В течение трех лет с удовольствием посещал аэроклуб при аэропорте, где мы изучали тонкости летного дела, увлекался авиамоделированием. Думаю, если задать вопрос мужчинам моего поколения о том, каким видом спорта они занимались, каждый ответит: «чем только ни занимались: бокс, борьба, плавание. Подростковая жизнь была очень активной». С пятого класса я увлекся восточными единоборствами: занимался каратэ у тренера Парвиза Мансурова. Родители меня не ограничивали, ничего не запрещали, всегда воспитывали своим примером, за что я им благодарен.

Владислав Трифонов хотел посвятить себя военной авиации, но жизнь внесла в его планы свои коррективы. В восьмом классе он подал документы для поступления в Армавирское военное училище и получил положительный ответ. В это же время молодой человек почувствовал, что теряет зрение. Поначалу не рассказывал об этом родителям. В ходе первых обращений к медикам прозвучали обвинения в том, что он, жалуясь на проблемы со зрением, надеется избежать службы в армии.

В связи со сложившимися обстоятельствами стало понятно: в авиацию путь закрыт, и Владислав Трифонов поступил в СПТУ № 6 в родном городе. Уже на первом семестре обнаружилось, что зрение стало падать по несколько процентов в сутки. Однажды молодой человек просто не смог выполнить очередное задание по черчению. Родители стали бить тревогу. В результате студент отправился в Алматы, где столичные врачи назвали состояние здоровья юноши не иначе, как катастрофой: один глаз видел лишь на 1%, другой на 2%. После трехмесячного лечения и гормональной терапии ситуацию со зрением удалось относительно стабилизировать. Позднее зрение снова стало падать, врачи предложили очередной курс гормональной терапии, от которой Влади­слав Трифонов отказался из-за ее многочисленных побочных эффектов, и при установленной инвалидности I группы, которая, он убежден, не приговор, продолжил вести активный образ жизни.

Рассказывая о себе, Влади­слав Вячеславович не устает повторять: «драйв», «сдрайвило», «закалило». А ведь именно эти слова, возможно, и заряжают позитивом нашего героя, характеризуют его как разностороннего и целеустремленного человека. Довольно ярко он помнит момент, когда обратился за помощью в общественное объединение «Казахское общество слепых», где реабилитолог убеждал юношу смириться с судьбой и пополнить ряды трудящихся при объединении людей, имеющих аналогичные проблемы со здоровьем.

В итоге желание расти натолк­нуло Владислава Вячеславовича обрести новую профессию. Так он и выучился на массажиста, после чего его пригласили работать в медицинскую санитарную часть. Спустя несколько месяцев сотрудничества заведующая предложила получить медицинское образование, Трифонов согласился и поступил в местный медицинский колледж «Меридиан». Учеба давалась нелегко, но сдаваться было не в его правилах.

– Да, я не вижу, но у меня есть и другие ресурсы: слух, память. Тогда я принял решение, что у меня все получится, – вспоминает Владислав Трифонов. – Я окончил колледж с красным дипломом, хотя и приходилось работать и учиться одновременно. На тот момент у меня уже сформировалась семья. После окончания я заинтересовался су-джок-терапией, но для этой практики нужно было дополнительное обучение.

Новый руководитель санитарной части идею не поддержала, пришлось уволиться, а после обучения новым местом работы стал профилакторий «Шагала». Работая в «Шагале», Владислав Трифонов обучился в Кисловодске по курсу массажа и мануальной терапии. Проработав в профилактории несколько лет, ушел в частную практику, в целом этой профессии посвятил 23 года жизни, но из-за желания развиваться дальше было принято решение поступать уже в высшее учебное заведение на юридический факультет.

– Специальных очков для моего типа нарушения зрения нет, и я пришел на экзамены с лупой, – вспоминает Владислав Вячеславович. – Трех часов на то, чтобы прочитать вопросы и заполнить листы с ответами не хватило. Тогда с возможностью пересдать экзамены мне помогла руководитель общества слепых Раиса Доронина. Поступить удалось, но я впервые серьезно задумался о том, что в вузах обязательно должны быть созданы условия для абитуриентов с особыми потребностями.

И закипела жизнь!

В 2006 году Владислав Трифонов открыл свою юридическую компанию, а также фонд, специализирующийся на подборе персонала, который проработал на рынке области несколько лет. В дальнейшем общественный фонд был переименован в Центр правовой поддержки «Алас», деятельность которого была ориентирована на вопросы защиты прав человека с уклоном на представление интересов людей с ограниченными возможностями. Так Владислав Трифонов был вовлечен в бурную общественную жизнь. В 2012 году поступило предложение организовать фонд, занимающийся медиацией. Для этого пришлось пройти обучение в Едином центре медиации и миротворчества.

– По сравнению с классической работой юриста в суде труд на ниве медиации оказался куда приятнее, а главное – значительно полезнее для общества. Урегулирование сложных конф­ликтов занимало и по 8 часов, но результат не мог не радовать, ведь благодаря беспристрастности и анализу люди, не обращаясь в суд, могли договориться, – рассказывает собеседник.

Сейчас Владислав Трифонов – руководитель представительства Национальной палаты медиаторов по Мангистауской области, а также Национальной лиги потребителей.

В 2014 году его пригласили работать советником акима Мангистауской области. И в связи с этим пришлось отказаться от учредительства в фонде Центра правовой поддержки «Алас» для исключения конфликта интересов, однако работа с фондом и решение проблем людей с ограниченными возможностями не прекратились.

В должностные обязанности советника Трифонова входит работа с людьми с особыми потребностями, а также с социально уязвимыми слоями населения. Вся целевая группа составляет 3,6% от общего числа жителей области. Обращения охватывают обширный круг вопросов, в числе которых доступность транспорта, информации и образования, занятости и досуга, а также воп­росы позитивного отношения к инвалидам. Причем решать приходится как системные проблемы, так и обращения частного характера. Среди прочих чаще обращаются с просьбами о содействии в вопросах лечения и обеспечения жильем.

Эффект положительной дискриминации

Увы, многие просто не владеют информацией о своих правах, а также о возможностях государства в целом.

– На пожелание, к примеру, получать лечение в Израиле при отсутствии квот мы вынуждены ответить отказом и предложить лечение в отечественных клиниках. А ведь перед планируемой поездкой в Израиль человек не удосужился посетить местную поликлинику, – говорит Влади­слав Вячеславович.

Безусловно, обширный жизненный опыт и наличие сразу нескольких специальностей помогают быстро ориентироваться в сложных вопросах, с которыми обращается целевая группа.

– Иногда приходится и самим наведываться к жалующимся, причем неожиданно. Один из таких визитов показал, что отец семейства, являющийся инвалидом, не так уж и плохо живет, – рассказывает Владислав Трифонов. – Приезжаю. Вижу, что у человека два больших земельных надела, на одном из которых имеется здание в несколько этажей со столярным оборудованием, подаренным меценатами. При этом он просит землю. Получается, за счет своей инвалидности человек пытается наладить быт всех своих родственников. Между тем задача государства заключается в том, чтобы содействовать персонально лицу с особыми потребностями. Зная о моей инвалидности, люди идут в надежде на солидарность, но моя задача заключается в том, чтобы определить законность их просьб. Я совершенно не согласен с тем, что люди воспринимают свою инвалидность как достоинство. К сожалению, это проблема, существующая в головах.

Модернизировать сознание

В Европе вместо понятия «инвалидность» существует Меж­дународная классификация функцио­нальности, согласно которой проблемы каждого человека рассматриваются индивидуально и создаются условия для того, чтобы гражданин чувствовал себя полноценным. Благодаря такой классификации проблемы со здоровьем рассматриваются индивидуально с точки зрения возможностей и потенциала человека.

– У нас вся проблема заключается в том, что на уровне государства существует масса отличных инициатив, которые, увы, тяжело трансформируются в ежедневный опыт людей с ограниченными возможностями, – сетует Владислав Трифонов.

Отмечает он также и то, что чиновники в районах к процессу создания подобающих условий для лиц с особыми потребнос­тями подтягиваются тяжело и принужденно. Сложно протекает и процесс адаптации объектов под нужды инвалидов, поскольку вопреки нормам СНиПов
новые здания возводятся без учета этих требований, и, что хуже, надзорные органы принимают такие объекты в эксплуатацию. К слову, СНиПы, по которым сегодня возводится большая часть объектов, содержат лишь несколько страниц, где расписаны нормы строительства касательно доступной для инвалидов среды, но строительство все равно ведется без их учета.

У людей с особыми потребнос­тями есть лозунг: «Не делайте для нас без нас». При создании мониторинговых групп при комиссиях, которые функционируют в области с 2014 года, Владислав Трифонов настоятельно рекомендовал включать в их состав людей с особыми потребностями.

– Убежден, что общество должно модернизировать сознание, и каждый, выполняя свою работу, должен делать это не формально, а с осознанием последствий, – подытожил наш собеседник. – Все нынешние проблемы, в том чис­ле и с обустройством доступной среды для людей с особыми потребностями, напрямую связаны с человеческим фактором. Пора менять устаревшие взгляды, а бизнес, НПО и государство должны говорить на одном языке, чтобы строить общество, удобное для всех. И в этом вопросе нам нужна сплоченность. Сейчас всем нужно перестроиться. А результат зависит от участия каждого, от совокупности усилий.