Пока еще не поздно

Одно из таких зданий – дом уездного начальника, о существовании которого, пожалуй, знают в основном историки, краеведы и те, кто увлечен историей родного города. Думаю, не ошибусь, если скажу, что даже далеко не все чиновники от культуры осведомлены о месте расположения этого важного с точки зрения истории города и развития туризма объекта.

Впрочем, здесь нет ничего удивительного, если учесть, что дом уездного начальника не значится даже в «Своде памятников истории и культуры Казахстана. Южно-Казахстанская область». Этот фундаментальный труд подготовлен и издан в 1994 году.

«В г. Чимкенте сохранилось 3 археологических памятника…, 19 памятников градостроительства и архитектуры, отражающих важнейшие этапы формирования и становления исторической структуры старого центра города… 4 памятника градостроительного искусства, 5 памятников жилой архитектуры, 7 памятников архитектуры общественных зданий, 4 памятника культовой архитектуры», – пишут авторы в разделе, посвященном истории города.

Из более чем двух с половиной десятков объектов зодчества, в основном середины XIX и начала XX века, за новейшую историю город потерял практически все памятники архитектуры. Сейчас под охраной государства находятся всего четыре здания. Дома уездного начальника в этом переч­не нет. Между тем именно такие здания должны подчеркивать неповторимость города, желающего развивать туризм, рассказывать о его истории.

Впрочем, на момент составления свода историки не располагали точной информацией о доме уездного начальника, хотя он упоминался во многих письменных источниках конца XIX и начала XX столетия. Считалось, что его здание не сохранилось. И такое вполне могло быть, судя по тому, как варварски уничтожаются даже те памятники архитектуры, которые включены в свод.

Помог идентифицировать дом уездного начальника, как водится, счастливый случай. Получить точную информацию, включая план местности и даже чертежи зданий, расположенных по соседству, как и старые фотографии, удалось академику НАН РК, директору Института археологии им. А. Маргулана Бауыржану Байтанаеву. Он, работая несколько лет назад в Государственном архиве истории Узбекистана над докторской диссертацией, нашел бесценные документы, позволившие четко сориентироваться на местности.

Сразу же после возвращения из Ташкента историк отправился в Старый город, прихватив с собой копию архивного плана местнос­ти, отправной точкой которого служила торговая ярмарка, располагавшаяся у подножия городища Чимкент, и мечеть. Культовая постройка возникла между 1850 и 1856 годами.

Первое здание было из сырцового кирпича и разрушилось от подтоп­ления водами протекающей неподалеку реки Кошкар-ата. Новое здание, уже из жженого кирпича, построили в период между 1891 и 1893 годами, и с тех пор оно не менялось, не считая частичной перестройки, проведенной в годы независимости.

К огромному удивлению ученого, здание, построенное для канцелярии уездного начальника, являющееся, по сути дела, прообразом нынешнего городского акимата, стоит до сих пор по улице Амангельды. Именно сюда теперь знатоки ведут туристов, которым интересна история города.

После завоевания Чимкента генерал Черняев оставил ту же систему управления, какой она была при кокандцах. С той лишь разницей, что вместо бека высшим административным лицом стал русский комендант, на котором лежала вся хозяйственная обязанность по управлению городом.

Начиная с 1868 года городом управляли уездные начальники. Известны даже их фамилии и точные даты пребывания в должности. Об этом позаботился путешественник Александр Добросмыслов, написавший исторические очерки «Города Сыр-Дарьинской области».

Так вот, первым чимкентским уездным начальником был полковник Шустов. Эту должность он занимал чуть более двух лет. В то время городской доход Чимкента равнялся 600 рублям, полученным с весов. Платили местные жители и земский сбор – по 75 копеек со двора. На общественные надобности тоже отчисляли с каждого двора по 40–60 копеек.

В мае 1870 года первого чимкентского уездного начальника сменил майор Демьян Прокопович, через два года уступивший свое кресло полковнику Александру Логинову. История не донесла до наших дней информацию о том, где располагалась канцелярия. Скорее всего, в гарнизоне или по соседству с ним.

Отдельное специальное здание для канцелярии уездного начальника начал строить в 1892 году полковник Михаил Благовидов, заступивший на службу 7 апреля 1883 года и занимавший должность чимкентского уездного начальника до 1 мая 1900 года. При нем город расширился, увеличилось и число жителей, в том числе и за счет русских переселенцев, волна которых в те годы хлынула в Туркестанский край.

Исторические очерки Добро­смыслова позволяют нам перенес­тись в то время и узнать, каким, собственно, был город. «По всеобщей переписи» 1897 года в городе Чимкенте населения было: мужского – 6 185, женского – 5 009, а всего 11 194. Временно пребывавших в день переписи мужчин 11, женщин – 4, иностранных подданных мужчин – 3, женщин – 2. По родному языку: великорусский с мало- и белорусским – 833, татарский – 120, киргизский – 451, каракалпакский – 20, сартовский – 9 468, узбекский – 9, остальные – 293. По вероисповеданиям: православных с единоверцами – 811. Старообрядцев и уклонившихся от православия – 25, римско-католического – 71, протестантского – 23, магометанского – 10 061 и иудейского – 202.

Александр Добросмыслов отмечает, что «средняя продолжительность службы уездных начальников немного более 6 лет». В смысле продолжительности службы чимкентские уездные начальники занимают первое место среди начальников других уездов Сыр-Дарьинской области.

Амангельды, 15

По этому адресу сегодня располагается бывший дом уездного начальника. Признаться честно, даже зная точный адрес, мне пришлось покружить вокруг, чтобы найти дом. Теперь я понимаю, почему здание смогло «потеряться», и обнаружить его помог тот самый план района Старого города вековой давности, который попался на глаза Бауыржану Байтанаеву.

Сейчас это жилой дом, со всех сторон облепленный всевозможными пристройками и навесами. Вкупе с высоким забором они не позволяют со стороны дороги рассмотреть и узнать в этом здании дом уездного начальника. Да и стоит он на пригорке, чуть в стороне от дороги.

Стучу наудачу в первую калитку, над которой виднеется край фронтона, выдающего историческое здание. Хозяйка, узнав, что я журналист, любезно открывает дверь.

– Когда я здесь сняла квартиру, у меня был один ребенок, теперь уже четверо детей, – говорит Балнура Утегенова, подчеркивая тем самым, что в доме она не новичок. – Наш дом с историей. Сюда часто приходят даже иностранцы, посмотреть хотят. Только что тут показывать? Потолки мы еще года три назад подшили, чтоб не такие высокие были, а то вечно с побелкой проблема. А в нынешнем году вот старые деревянные рамы с округлым верхом демонтировали, поставив взамен современные пластиковые, заодно уменьшив размер окон. На внешней стене у нас видна часть старого фронтона, пилястры, карнизы и сандрики. У других жильцов нашего дома и этого уже не увидишь.

Сосед Балнуры Бектуре Садыков живет со своей семьей в этом доме уже 26 лет. Рассказывает, что купил здесь квартиру у медицинского работника, от которого и узнал, что в доме раньше жили и работали городские уездные начальники, а потом здание передали в ведение Министерства здравоохранения.

Действительно, в годы советской власти капитальное строение приспособили под детскую больницу. После того как она переехала на улицу Кремлевскую, в нем обустроили поликлинику. А когда и для нее нашлось другое место, комнаты разделили среди медицинских работников под жилье. В те годы как раз была принята и широко разрекламирована государственная программа по строительству жилья «Жилье-91», которая преду­сматривала ликвидацию жилищной проблемы в Казахстане к 1991 году. Впрочем, никого из первых жильцов здесь уже нет.

– Сразу видно, что дом этот не- обычный, – Еркинбек Уразбаев распахивает калитку и приглашает войти. – Где вы еще в городе видели жилой дом, где толщина стен из жженого кирпича составляет 90 сантиметров? На подокон­нике можно постель стелить!

Хозяин деловито замеряет высоту до потолка, которая достигает целых 5 метров! Стены под потолком отделаны декоративными карнизами. Полукруглые окна тоже под стать высоте стен – 2,2 м, а двери – на метр выше. В стенах есть специальные отверстия, по которым в свое время поступало тепло. Это сейчас каждый владелец оборудовал индивидуальную систему отоп­ления, а тогда здание обогревалось от одной печки, расходясь через воздуховоды по всему дому.

– Мне досталась комната дочери помощника начальника Чимкентского уезда Нила Лыкошина, который затем был начальником Ходжентского уезда, военным губернатором Самаркандской области, – продолжает экскурсию Еркинбек Уразбаев. – Это была удивительная семья, тянувшаяся к знаниям, к культуре. Дочь Нила Сергеевича устраивала коллективные чтения в библиотеке, организовывала культурные мероприятия для жителей Чимкента. Я ведь по первому образованию историк, поэтому интересовался этим домом, его жильцами, много расспрашивал у старожилов. Нил Сергеевич написал порядка 800 статей об истории Туркестанского края, тем самым донес до нас много подробностей из жизни региона той поры.

Оказывается, всего в доме уездного начальника было 8 больших комнат, служивших когда-то кабинетами. Каждая из них имела по два окна. Двери выходили в большой просторный коридор с парадным входом, чуть выступающим на фоне внешних стен. Дом, стоящий на пригорке, утопал в тополиной роще.

Это уже потом, после приватизации комнат, каждый владелец прорубил на месте одного окна отдельный вход, соорудил пристройку, расширив тем самым площадь жилья. В итоге фасад здания из жженого кирпича под расшивку оказался практически полностью закрытым. Сейчас лишь кое-где можно увидеть кусочек родной стены.

– По моим сведениям, строительство дома начали в 1892-м, а завершили через два года, – информирует Еркинбек Уразбаев. – Во всяком случае, в правоустанавливающих документах на квартиру значится 1894 год постройки дома. Мне рассказывали, что это проект итальянского архитектора. Ход строи­тельных работ контролировал специалист из Санкт-Петербурга, которого сюда командировали.

Спасибо ему, жить здесь комфорт­но. Летом – прохладно, а зимой – очень тепло. Весь Старый город страдает от сырости из-за высоких подпочвенных вод, а у нас, на удивление, сухо в любое время года. Ходят разговоры, что дом уездного начальника планируют под музей передать. Если честно, я бы не хотел съезжать отсюда.

Спасти нельзя оставить

– Еще не поздно всех оттуда выселить и восстановить первоначальный вид здания, – у Бауыр­жана Байтанаева свой взгляд на историю с домом уездного начальника. – В городе прак­тически нет строений XIX века, кроме Никольского собора, который уже десятки раз успели перестроить за это время. Была еще областная больница – снесли. По собору Сергия Радонежского тоже прошлись экскаватором, на железнодорожном вокзале практически ничего не осталось исторического.

– Здание русско-гражданской архитектуры царской постройки – готовый туристический объект, – эту точку зрения разделяет и архитектор Бахытжан Аширбаев. – Все, что для этого требуется – расселить жителей дома и реставрировать здание. Учитывая, что в Ташкентском архиве хранится план дома, сохранились фотографии его фасадной части, восстановить первоначальный внешний вид не составляет труда. На снимках хорошо видны все архитектурные элементы, использованные при отделке здания.

Дом уездного начальника был центром городской жизни того времени. Именно здесь останавливались все известные люди, посещавшие в ту пору вполне заштатный город. Среди них, к примеру, известный ученый-востоковед Василий Бартольд. Не менее интересен и тот факт, что в одно время помощником уездного начальника был подполковник Ахмет Кенесарин, сын знаменитого Кенесары Касымова. Так вот, в этом самом доме был его рабочий кабинет. Тогда, как и сейчас, возле дома находилась мечеть, располагались лавки ремесленников, шла бурная торговля на базарной площади.

Так что окружающая среда изменилась несильно, и восстановление дома уездного начальника, старой базарной площади могли бы создать в исторической части Шымкента уникальный уголок, сохраняющий колорит старого городского района и привлекающий туристов.

Примечательно, что именно здесь отвели место под первую городскую библиотеку, открытую в честь 100-летия со дня рождения Александра Сергеевича Пушкина. В прошлом году она отметила свой 120-летний юбилей. Точная дата ее открытия известна благодаря члену Туркестанского кружка любителей археологии этнографу-краеведу, востоковеду Нилу Сергеевичу Лыкошину, который в конце XIX века жил и работал в Чимкенте. Более того, достоверно известно, что с 1897 года он работал помощником уездного начальника.

Именно Лыкошин и запечатлел для истории факт открытия в июле 1899 года первой городской библио­теки, которая долгие годы была единственным очагом культуры. Первые 8 лет библиотека располагалась в доме чимкентского уездного начальника, потом была переведена в здание общественного собрания. После ее ждал еще один переезд – в бывший купеческий дом по улице Пушкина, но и оттуда пришлось съехать. За всю свою более чем вековую историю библиотека так и не обрела собственного, специально для нее построенного здания.

Бауыржан Байтанаев считает, что пришло время исправить эту историческую несправедливость. И отдать библиотеке здание уездного начальника, приведя, естественно, его в порядок.

– Логично будет, если библио­тека вернется туда, где, собственно, она и зародилась, – уверен Бауыржан Байтанаев. – Тем самым решится сразу несколько важных для истории города и развития туризма проблем. Мы получим очень интересный туристический объект, определимся с местом для библио­теки, которая сейчас занимает здание историко-краеведческого музея, отправленного несколько лет назад на окраину города. Музей вернется обратно и станет частью туристического маршрута, начинающегося на городище Чимкент, расположенном в каких-то 500 метрах.