Эксперт-совет

​Каждый работник желает знать

За последние 10 лет в стране принято 5 программ занятости. Ни одна не была тщательно проанализирована.

Основные инструменты программ уже 10 лет одинаковы: обучение и переобучение, мобильность трудовых ресурсов, микрокредиты предпринимательству, временные рабочие места в инфраструктурных проектах. На местном уровне программы занятос­ти сведены к общественным работам, социальным рабочим местам и молодежной практике.

Похоже, что подобием анализа занимались лишь 2 госструктуры: Счетный комитет и антикоррупционное ведомство. В комитете подсчитали, что с 2009 по 2017 год в 5 программ из бюджета влили 850 млрд тенге. Борцы с коррупцией периодически сообщали о нечистых на руку ответственных, извлекавших из бюджетных денег нетрудовые доходы. А эффективность программ, их вклад в ВВП и влияние на рост производительности труда долж­ным образом не оценивались. Как не подсчитывалась стоимость каждого из созданных рабочих мест.

Итак, получила ли страна от ранее расписанных по годам программ занятости ожидаемое, мы пока не знаем. Но добиться устойчивого роста экономики возможно за счет повышения производительности труда и появления соответствующих рабочих мест с высокой производительностью. Надо также помнить о том, что мир невелик, а рынок труда глобализирован.

По данным Центра развития трудовых ресурсов при Министерстве труда и социальной защиты населения, предполагается, что рост объемов валового внутреннего продукта на 6% к 2025 году должен быть связан в большей степени с ростом производительности труда, чем с количеством занятых. А с 2018 по 2021 год при реа­лизации государственных и правительственных программ планируется создание более 900 тыс. рабочих мест.

«Казахстанская правда» прив­лекла к обсуждению сохраняющихся проблем занятости ряд экспертов. В этом материале мы публикуем их мнения и предложения, которые можно будет принять в качестве действенных мер к модернизации существующей политики занятости.

Президент Центра развития трудовых ресурсов Даулет Аргандыков:

– Начнем с того, что по сравнению с 2010 годом наблюдается увеличение численности рабочей силы на полмиллиона человек. Количество занятого населения увеличилось до 8,7 миллиона человек. Самозанятое население сок­ратилось почти на четверть, до 2 миллионов человек, достигнув своего минимального значения с 1997 года, когда уровень самозанятости был 34%. Численность наемных работников, наоборот, ежегодно увеличивалась. В совокупности прирост составил более миллиона человек. Уровень безработицы составляет 4,9%.

Да, в последние несколько лет на рынке труда Казахстана наб­людается замедление роста чис­ленности рабочей силы. При этом темпы выбытия (выход на пенсию, смертность, миграция) остаются на стабильном уровне. Новых работников меньше из-за спада рождаемости в 90-е годы прошлого века.

Традиционно южные регионы страны характеризуются избыточностью трудовых ресурсов. Потому как на юге высок уровень естественного прироста населения. Северные же облас­ти традиционно имеют низкий уровень прироста и, соответственно, испытывают дефицит рабочей силы.

В течение 2010–2017 годов больше всего – на треть – вырос­ло количество экономически активного населения в Мангистауской области, а также в городах Алматы и Астане.

С 2010 по 2017 год произошла и отраслевая реструктуризация 11% рынка труда – в сторону сферы услуг и промышленности. Причиной стали проводимая политика индустриализации, урбанизации и требования новой экономики.

Прогнозирование рынка труда – одно из основных направлений работы центра. В прошлом году, например, специалисты центра составили среднесрочный пятилетний прогноз по потребности в кадрах на 2018–2022 годы. За основу были приняты статис­тические данные по занятости населения в разрезе отраслей и регионов за последние 5 лет, сложившаяся структура занятости по группам занятий, профессий и должностей в разрезе отраслей и регионов и программы социально-экономического развития каждого региона до 2022 года.

В течение 5 лет стране потребуется почти 400 тысяч работников. Первое место в топ-15 наиболее востребованных профессий занимают работники, оказываю­щие индивидуальные услуги. По прогнозу, в этом сегмен­те потребуется 20 тысяч человек, что составляет около 5% от общего количества.

На втором месте – архитекторы, инженеры и специалисты родственных профессий.

«Бронза» в рейтинге – у работников служб защиты граждан и собственности.

Далее в списке востребованных профессий преобладают работники сферы услуг.

Цифровизация и внедрение новых технологий ведут к радикальному изменению рынка труда. Примерно одна треть производственных процессов может быть автоматизирована к 2035 году. Это может оказать влияние на 75% рабочих мест.

Различные эксперты и ученые приводят разные оценки по «технологической» безработице. Прогнозируется, что в среднем около 30% рабочих мест в мире могут исчезнуть в результате новой волны автоматизации. Основному риску подвержены профессии низкого и среднего уровня квалификации (такие как водители, кассиры, офисный персонал), поскольку в них сконцентрирована большая часть рутинных трудовых функций.

В то же время внедрение новых технологий имеет мультипликативный эффект на соз­дание рабочих мест: от 2 до 4 новых рабочих мест могут создаваться на каждое исчезнувшее. Например, во Франции под влиянием интернет-экономики вместо исчезнувших 500 тысяч рабочих мест появились 1,2 миллиона новых. «Зеленая» экономика создала 4 места в смежных отраслях вместо каждого исчезнувшего.

Замечу, что в условиях новой модели экономического роста требования к компетенциям и квалификации трудовых ресурсов будут только повышаться. Согласно международной прак­тике чем выше уровень качества образования, тем выше производительность труда и больше шансов для граждан найти качественное рабочее место.

Появление новых видов производств и услуг предъявляет новые требования к рабочей силе. К 2020 году как минимум у 30% профессий изменятся необходимые ключевые навыки. Сегодня все больше ценятся «мягкие» навыки, такие как креативность, межличностные и коммуникативные навыки, критическое мышление, гибкость и приспособляемость к постоянно меняющимся внешним условиям.

В то же время необходимо отказаться от привычной модели, в которой человек 15–20 лет тратит на обучение и 30–40 лет – на работу, а в последующем выходит на пенсию. К тому времени, как студенты оканчивают вуз или колледж и присоединяются к рабочей силе, многие из приобретенных ими навыков уже устарели, учитывая стремительные темпы перемен. Это означает, что для поддержания актуального уровня квалификации необходимо придерживаться принципа «обучение в течение всей жизни» наравне с работой.

Четвертая промышленная революция дает импульс появлению новых профессий средней и высокой квалификации, связанных с появлением новых технологий. Например, оператор медицинских роботов, дис­петчер беспилотной авиации, биолог, выращивающий искусственные органы, и так далее. При этом одна треть профессий рынка будущего сегодня даже не преподается.

Итак, согласно нашим прогнозам, к 2022 году в целом по стране наиболее востребованными специалистами будут работники, оказывающие индивидуальные услуги, архитекторы и инженеры, работники служб защиты граж­дан и собственности, средний административно-управленческий персонал, специалисты в области здравоохранения.

Наиболее благоприятные условия для роста занятости складываются в регионах, которые определяют динамику вторичной модернизации и сферы услуг в Казахстане. Осью деловой активности останется Алматы – Караганда – Астана.

Растущее молодое население в развивающихся странах требует создания новых стартовых рабочих мест и подготовку молодежи к будущим запросам работодателей, то есть их обучение новым навыкам должно проходить с использованием новых форм и содержания обучения.

Это – общемировые тенденции, которые, безусловно, оказывают влияние и на Казахстан. И их влия­ние учитывается при создании государственных программ.

К примеру, одна из задач прог­раммы «Цифровой Казахстан» – повышение цифровой грамотнос­ти населения. Конкретные меры государственной поддержки Программы развития продуктивной занятости и массового предпринимательства разработаны для женщин и молодежи. Участниками программы стали около миллиона человек, из которых 46% – женщины, 38% – молодежь. Скажем, для молодежи предусмотрены бесплатное профессио­нально-техническое образование, молодежная прак­тика с возможностью последую­щего трудоустройства. Одно из нап­равлений программы – развитие массового предпринимательства – инструмент поддержки деловой активности женщин.

В то же время демографичес­кий дисбаланс – один из внутренних вызовов на фоне глобальных трендов развития рынка труда. Как и большинство постсоветских стран, Казахстан испытал существенное снижение темпов рождаемости в 90-е годы XX века. Вследствие этого до 2025 года прибытие новых работников на рынок труда замедлится. Если в течение 2006–2016 годов трудовые ресурсы страны выросли более чем на миллион человек, то в следующие 10 лет их рост будет медленнее.

Новые технологии и инновации влияют на все аспекты нашей жизни. Главное – надо быть к ним готовыми. Все участники рынка труда должны находиться в тесном партнерстве и создавать условия для обеспечения продуктивной занятости населения и повышения уровня доходов граж­дан. О чем и говорил Президент Казахстана в своем нынешнем Послании «Рост благосостояния казахстанцев: повышение доходов и качества жизни».

Для расширения возможнос­тей трудоустройства и поиска кадров по инициативе Главы государства с января 2018 года соз­дана крупнейшая в республике онлайн-база вакансий и резюме – Электронная биржа труда. Она функ­ционирует на базе интернет-ресурса Enbek.kz. К ней подключены все 200 центров занятости, 48 частных агентств, 4 СМИ и 6 онлайн-площадок.

На ресурсе размещены 47 тысяч вакансий, 80 тысяч резюме, зарегистрировано почти 72 тысячи работодателей. С помощью биржи более 300 тысяч человек уже нашли работу.

С нынешнего года в стране начата трансформация работы центров занятости. В апреле текущего года в Закон «О занятости населения» внесены необходимые изменения. Это сделано для упрощения процедур­ обращения граждан и работодателей в цент­ры занятости и повышения качества услуг, в том числе за счет цифровизации.

Теперь и соискатели, и работодатели могут взаимодействовать с центрами занятости несколькими способами. Они могут посетить центр занятости, обратиться в государственную корпорацию «Правительство для граждан» или к сельским акимам, а также по цифровым каналам – портал www.enbek.kz, электронную поч­ту, телефон.

Для каждого гражданина проводится диагностика его уровня навыков и потребностей и разрабатывается индивидуальный план трудоустройства. Изменены подходы в работе с работодателями. Теперь работодатели предоставляют информацию по вакансиям в онлайн-режиме через портал www.enbek.kz и значительно экономят время и ресурсы.

Тем не менее остается целый ряд вопросов в работе центров занятости, требующих решения. Сегодня Министерство труда и социальной защиты населения, Центр развития трудовых ресурсов организуют только методологическую поддержку дея­тельности центров занятос­ти. Текущую их деятельность, материальное, организационное и кадровое обеспечение осуществляют местные акиматы. И центры занятости зачастую не придерживаются заданного алгоритма работы. При этом у нас нет административных рычагов для улучшения качест­ва работы служб занятос­ти. Отсутствуют единые корпоративные стандарты подбора кад­ров, что сказывается на уровне компетентности сотрудников центров занятости.

Все эти вопросы наводят на мысль о создании некой единой структуры по содействию занятости по примеру корпорации «Правительство для граждан». Учитывая проведенную работу по трансформации центров занятости, определенная организационная база для этого создана. Это один из возможных путей повышения эффективности цент­ров занятости.


Депутат Мажилиса Парламента РК Ирина Смирнова:

– Казахстану не следует ожидать в ближайшее время наплыва рабочей силы. Извне в том числе. Очень низкая зарплата, падение тенге не позволят, в частности, мигрантам заработать, выжить и отправить хоть что-то домой. Также жестко укрепленным барьером является достаточно строгая миграционная политика в стране. Кроме того, в миграционных правилах постоянно происходят какие-то изменения, и мигранты не понимают, что будет каждый раз при обращении в соответствующие наши структуры.

Если бы была возможность пригласить работников из-за рубежа, то желательно, чтобы это были врачи, учителя, IT-специалисты, рабочие с высокой квалификацией.

При этом наши выпускники школ с готовностью выезжают за рубеж в поисках высшего образования. Это происходит отчасти из желания молодежи быть самостоятельными, путешествовать. Но более важной причиной являются низкий уровень высшего образования в стране, высокая плата за учебу, отсутствующие или плохие общежития, коррупция в вузах, невозможность найти работу по окончании обучения.

К странам, куда уезжают наши люди, можно отнести Турцию, Россию, Чехию, Китай, Германию, Польшу, США. Все-таки я полагаю, что часть выпускников не вернется, если только у них нет финансовых обязательств, побуждающих к возвращению. И через ряд лет мы можем получить провал на рынке труда, возникающий из двух, как минимум, компонентов: сложности для миграции трудовых ресурсов и отъезд потенциальных участников рынка за рубеж.

По моему мнению, подобная миграция, начинающаяся как поиск высококлассного образования, есть и зло, и благо. Благо, что ребята могут получить хорошее образование, успешно устроиться в жизни. Благо, если они будут помогать своим родственникам у нас в стране. Ведь во многих странах денежные переводы от родственников, трудоустроенных за рубежом, – большая статья доходов.

Вместе с тем самое дорогое для страны – вырастить человека до 18 лет. Сюда входят траты на медицинское обслуживание, получение ухода в детском саду, учебу в школе, колледже. И вот когда молодой человек созрел, чтобы служить в армии, работать, платить налоги, он уезжает. Нашей стране этого не надо, однако я считаю, что молодые все равно будут уезжать. Сказывается глобализация. Те, кто получил лучшее образование, будут искать и лучшее место приложения собственных сил. Останутся, конечно, люди в возрасте, мало склонные к переобучению, старики. И это становится бременем для бюджета.

Вот в конце сентября состоялись парламентские слушания о проблемах и перспективах сферы занятости. В них участвовали и международные эксперты. Миссия команды ВБ состоялась в сентябре и была задумана как консультации с государственными органами и парламентариями. Откровенный разговор помог определить болевые точки в системе занятости. Госорганы получили соответствующие и очень полезные рекомендации.

Да, сектор занятости у нас то и дело подвергают модернизации. Пусть, по данным Министерства труда и социальной защиты населения, с 2017 года мерами содействия занятости охвачены более миллиона человек, трудоустроены 805 тысяч человек, из них 555 тысяч – на постоянные рабочие места. Но время меняется, а подходы те же – «оказана помощь в трудоустройстве».

За последние 10 лет в Казах­стане принято 5 программ занятости. То есть практически каждые 2 года принималась новая программа. И если вникнуть в их содержание, становится заметно, что концептуальный подход в обеспечении занятос­ти не менялся.

Одна программа наслаи­валась на другую, а ничего серьезно не изменилось.

Только из республиканского бюджета на реализацию прог­рамм с 2009 по 2017 год было выделено 850 миллиардов тенге. А сколько было трудоустроено людей? По отчетам акиматов, работу получили 450 тысяч человек. Это же нонсенс! Мы никогда такими темпами не трудоустроим всю массу желающих работать. Надо все менять.

На парламентских слушаниях были выработаны рекомендации, расписано, что нужно сделать. Эксперты из Всемирного банка дали замечательные советы. Они смотрят на ситуацию иначе, более современно.

Например, они говорят, что человек труда должен быть мобильным и иметь право выезжать на заработки. У нас на самом деле этого не происходит. Причина в том, что люди закредитованы.
Вот данные: из 8 миллионов экономически активного населения закредитованы более 6 миллионов человек.

Из них 1,3 миллиона человек не платят по своим кредитам, в том числе и из-за потери работы. Итог: эти люди не могут выехать на работу даже в рамках ЕАЭС. Они не получают легальной зарплаты, если и работают, то не по договорам, а по договоренностям. Соответственно, не платят налоги, не делают пенсионных отчислений. А дальше они будут лишены нормальной пенсии, не получат услуг страховой медицины.

Глава государства в своем Пос­лании «Рост благосостояния казахстанцев: повышение доходов и качества жизни» вновь каждому дал установку на работу над ростом благосостояния. Банков, которые кредитуют наших граждан, это также касается. В большой мере. Поскольку сейчас выходит так: совершив однажды финансовую ошибку, гражданин практически ограничен в правах. Банковский заем – это не благо­творительность, но это двусторонняя сделка. Однако банки за проблемных должников получили от государства помощь. А люди остались один на один с проблемой: без работы, без денег и без залога. У большинства – семьи. По ряду данных, таких проблемных заемщиков в стране около миллиона. Эти люди остаются без свободных средств, без бизнеса, без возможности участия в государственных программах по получению жилья. Мало того, они еще и «невыездные»!

Вот этими недоработками – там сбой программы занятости, тут банк вмешался без старания оставить себе клиента – сами производим для страны безработных. Но, замечу, и принуждать к работе не следует, навешивая ярлыки. Как-то, будучи в Берлине, я увидела на центральной улице несколько картонных коробок и сидящих там людей. Они не выглядели бомжами в нашем понимании. Я спросила у сопровождающего, кто эти люди. Мне ответили, что это те, кто выбрал жизнь на улице. Да, они не хотят работать, но государство им обеспечивает один раз в сутки горячее питание и возможность переночевать в ночлежке, где можно совершить и гигиеничес­кие процедуры.

Было отмечено право этих людей жить так, как они считают нужным. Наверное, всегда в общест­ве будут такие люди, которые не хотят работать. Но их очень мало. Даже в советское время при всеобщем порицании тунеядства и борьбе с таким явлением подобный феномен был. Не думаю, что принуждение к работе может привести к высокой производительности труда и возвращению ленивца в трудовой строй. Нужно изучить международный опыт и синтезировать что-то свое.


Член правления Ассоциации деловых женщин Астаны, квалифицированный специалист по бренд-менеджменту и репутационному PR Азиза Шужеева:

– Рынок труда в Казахстане в течение последних 5 лет под воздействием передовых технологий и усиления глобальных трендов (рост урбанизации, индустриализация и развитие новой экономики) претерпевает существенные структурные изменения. Он становится более мобильным. С 2010 года наблюдаются отраслевая реструктуризация, увеличение сферы услуг, рост рынка фрилансеров, индивидуальных предпринимателей, а также миграция рабочей силы из сельского хозяйства в промышленность.

По данным Министерства труда и социальной защиты населения, в Казахстане 1,2 миллиона человек, или 14%, заняты в сельском хозяйстве, 1,7 миллиона человек (20%) – в промышленности и строительстве, 5,7 миллиона человек (66%) работают в сфере услуг, что в целом соответствует общемировым тенденциям. В развитых странах доля сферы услуг в общей структуре занятости занимает более 70% (США – 81%, Великобритания – 81%, Канада – 79%, Финляндия – 74%, Южная Корея – 70%).

На рынок труда будущего будут продолжать влиять демографические тенденции. Ежегодно глобальный рынок труда пополняется на 40 миллионов человек, что требует создания более 600 миллионов новых рабочих мест в мировой экономике до 2030 года. Сегодня в мире снижается уровень рождаемости, что приводит в результате не только к падению темпов роста населения, но и к его старению. В Европе в настоящее время уже 25% населения старше 60 лет, и этот показатель к 2050 году вырастет до 35%. По мере того как люди стареют, структура их расходов меняется: вырастут траты на здравоохранение и другие услуги.

Во многих странах это создаст значительный спрос на целый ряд профессий, включая врачей, средний медицинский персонал, работников, оказывающих услуги по уходу за пенсионерами.

Вторым важным трендом является Четвертая промышленная революция. Цифровизация и внедрение новых технологий ведут к радикальному изменению рынка труда. Новые технологии дадут прирост производительности предприятий, что снизит их спрос на трудовые ресурсы, в первую очередь на специалис­тов со средним уровнем навыков. В то же время повышение производительности приведет к сокращению расходов предприятий и расширению производства, следовательно, и к созданию новых рабочих мест.

Различные эксперты и ученые приводят разные оценки по «технологической» безработице. Прогнозируется, что в среднем около 30% рабочих мест в мире могут исчезнуть в результате новой волны автоматизации. Основному риску подвержены профессии низкого и среднего уровня квалификации (такие как водители, кассиры, офисный персонал), поскольку в них сконцентрирована большая часть рутинных трудовых функций.

Внедрение новых технологий и отсутствие реальных барьеров в передвижении приводят к рос­ту объемов внутристрановой и трансграничной миграции.

Только в 2015 году уровень меж­дународной миграции составил порядка 244 миллионов человек, 72% из которых были трудоспособного возраста. Конкуренция за право получения наиболее востребованной профессии выходит на глобальный уровень.

Но нельзя заявить о сугубо гендерной активности или о возрастной, надо понимать структуру населения страны. Однако и тут есть собственные тренды. Например, в странах ОЭСР с 2005 года уровень экономичес­кой активности пожилых людей (возраст 55–64 года) и женщин трудоспособного возраста увеличился с 52 и 56%, соответственно, до 60% – в 2016 году. Более длительная активность людей в силу старения населения и растущая активность женщин делают рабочую силу более диверсифицированной. Это требует обучения большего количества женщин техническим наукам и обучения пожилых людей новым навыкам.

В Казахстане мы видим и активное вовлечение женского населения в экономику страны, и уже растущий спрос на рабочие места со стороны молодого поколения, которое сформировалось в посткризисный период в результате так называемого «беби-бума» 2000-х годов.

Что касается коррупционных случаев, которые имели место в реализации госпрограмм занятос­ти, думаю, это отдельные явления. Так как реализация любой госпрограммы проходит через большое количество людей, то здесь, конечно, имеет место «человеческий фактор». И для этого есть соответствующие госорганы, которые будут разбираться.

Сами же программы занятости предоставляют массу возможностей, как я считаю. Ежегодно 21 тысяча молодых людей без квалификации может бесплатно обучиться первой специальности в рамках проекта «Бесплатное ТиПО». Уже сейчас более 40 тысяч молодых людей обучаются в колледжах востребованным специальностям, их обеспечивают питанием и проживанием.

Обучение на краткосрочных профессиональных курсах проводится по 121 специальности на базе 402 колледжей и 320 учебных центров работодателей, вошедших в реестр НПП «Атамекен».

С начала 2017 года охвачены обучением 107 тысяч человек, 90 тысяч завершили обучение, 50 тысяч трудоустроились на постоянные рабочие места.

Еще одно направление прог­раммы – развитие массового предпринимательства. В текущем году в рамках реализации Четвертой социальной инициативы Главы государства по расширению программы микрокредитования объем финансирования увеличен на 20 миллиардов тенге и составляет 62 миллиарда тенге.

Третье направление преду­сматривает содействие трудоустройству и повышение мобильности. Однако бытуют стереотипы относительно возраста претендентов на рабочее место, и ими «болеют» представители традиционных секторов экономики. У меня, например, PR-агентство, и я с удовольствием привлекаю молодых людей со студенческой скамьи. Я это делаю, потому что для меня важны креативность и мобильность специалиста, а также наличие нестандартного мышления. Дискриминация по половозрастному принципу при приеме на работу говорит, скорее всего, о слабости HR-службы. Все-таки зрелые HR-специалисты будут отталкиваться от уровня образования, квалификации и наличия дополнительных навыков, таких как знание иностранных языков, высокий уровень цифровой грамотности, коммуникабельность и прочее.

«Социальный» же портрет идеального работника нарисовать очень сложно, потому что для меня важны имеющиеся у претендента или сотрудника личные качества, уровень образования, умение критически мыслить, стрессоустойчивость, а также наличие дополнительных компетенций.

Между тем в нашем обществе еще существуют пережитки советского периода, особенно такие, как наличие иждивенчес­кого отношения. Многие люди до сих пор живут с мыслью, что им должны помогать. Такие люди склонны перекладывать ответственность за собственную жизнь на государство, на родственников и прятаться за некие ситуации. Есть и такие исторические наши проблемы, как леность, отсутствие культуры труда.

Иногда сограждане воспринимают труд как повинность, а не как образ здоровой насыщенной жизни. Это надо признать, и здесь общественные организации смогут сыграть важную роль в пропаганде культуры трудовых отношений, нулевой терпимости к нелегальному труду и в повышении правовой грамотности.

Считаю, что у нас в стране есть все условия для самореализации на рынке труда: можно повышать свой уровень квалификации и развиваться как наемный специалист, а возможно работать на условиях фрилансерства. Если же нет возможности реализоваться по найму, стоит открыть свое небольшое дело и стать работодателем для самого себя. Главное, быть в постоянном движении, поднимать уровень образования, развивать дополнительные навыки, искать свою нишу.

Автор:
Ирина Нос
11:21, 29 Октября 2018
0
48173
Подписка
Скопировать код

Читайте также

Популярное