Дружба на век
2188
Ерлан Мустафин, краевед, Каркаралинск
1930 год. Каркаралинск. Обессиленный мужчина бредет по городу. Его мучает жажда. «Хотя бы глоток», – единственная его мысль. Осмелившись, постучал в один из домов. Его прогнали. Времена были такие. Люди боялись всего.
У другого деревянного дома сидел хозяин. Славянин приостановился. «Что хотел?» – спросил его мужчина. Прохожий попросил: «Пить. Можно воды?» «Заходи», – ответил хозяин. В доме он угостил незнакомца кумысом.
Напиток понравился неожиданному гостю. Хозяин предложил чаю и спросил, кто такой и откуда. Незнакомец рассказал, что его сослали в Каркаралинск и ему негде жить. На что добродушный владелец дома ответил: «Вот моя койка, вот твоя. Есть будешь то же, что и я. Живи, пока не найдешь жилье».
Так познакомились ученый-агроном Богдан Ясенецкий и Имам кари Абишев, местный мулла, впоследствии ставший имамом. Их крепкая чистая дружба продлилась до конца жизни. А в один из дней друзья дали слово, что и после смерти будут рядом. В 1967 году умер Имам кари. Через год, в 1968-м, – Богдан Ясенецкий. При жизни Богдан Ильич завещал жене и просил знакомых, чтобы его похоронили на мусульманском кладбище рядом с другом. Его просьбу выполнили. Но что мы знаем о судьбе этих людей?
Имя, определившее путь
Точный год рождения Имама кари Абишева выяснить не удалось: по документам он с 1893 года, а на надгробном памятнике стоит 1883 год. Имам кари – потомок знаменитого Забидоллы ишана – имама в мечети Кунанбая хаджи в Каркаралинске. По поверью, ишаны происходят от прямых потомков пророка Мухаммеда: от его дочери Фатимы и ее сыновей Хасана, Хусаина и Мухсина. Достичь сана ишана суждено не всем потомкам. Надо знать не только весь Коран наизусть, но достигнуть через ислам вершин науки и усвоить тайны мира. Они могут совершать чудеса, не поддающиеся научному объяснению.
Названный от рождения Имамом, он продолжил духовный путь своих предков. Кари он стал за знание Священного Корана наизусть. Учителем Имама был знаток ислама каркаралинец Мажит кари (Габдулмажид кари). Имам кари женился на дочери своего наставника Зауре. От этого брака родились Мукаш, Саубан, Асхат, Аннас, Амина.
В 1922 и 1923 годах Имам кари Абишев был учителем второй совшколы первой ступени. Отличный педагог, он обучал детей мусульманской грамоте даже у себя дома, но скоро подвергся гонениям. В 1931 году его лишили права совершать религиозные обряды. Разрешение получил в 1936 году. В начале марта 1944 года Имам кари назначен, как написано в документе, «имамом при Каркаралинских мусульманских религиозных приходах».
Мечеть закрылась. Духовные лица преследовались. Имам кари решил найти место, где бы мусульмане духовно обогащались, молились. И подобрал подходящий дом. Договорился о его аренде. В акте написано от руки: «1947 года марта 5 дня. Мы нижепоименованные Каркаралинского района в лице Имама Абишева… производили осмотр дома, принадлежащего Калибековой Гульжан, ул. Каратюбинская, дом № 29, об открытии молитвенного дома с 5 марта 1947 года по 5 марта 1950 года. Дом деревянный в две комнаты…»
За аренду платили 100 рублей в месяц. Каждую пятницу верующие собирались, имам читал проповеди. По воспоминаниям старожилов, Имам Абишев был человеком с большим и добрым сердцем. Помогал другим чем мог. В годы войны от имени населения Каркаралинска собирал деньги и перечислял их в фонд обороны, на помощь семьям фронтовиков, на постройку танковой колонны.
Как утверждают современники, Имам кари отлично лечил не только душу, но и тело. Благодаря ему многие избавились от болезней. Лечил при помощи специальных молитв. Иногда на арабском записывал их на бумагу и просил больных положить ее в посуду и залить водой. Люди пили воду – болезнь отступала.
Мне довелось переписываться с родственником Имама кари – ныне покойным Гани Искаковым, который жил в Алматы. Он родился в 1933 году в Каркаралинске. Долгие годы работал в органах КГБ, майор в отставке. Его воспоминания хорошо воссоздают образ Имама кари. Вот выдержки из его писем.
«Мать Имама кари и мать моего отца – родные сестры. Родился Имам кари в семье Абиш кожа … потомка Сеит кожа, арабских миссионеров. Мама Имама кари Адван (Адуан) – дочь Габдулгазиза кожа. Имам кари – величайший богослов, теолог. Его все уважали и знали далеко за пределами района (...). В свое время он многих вылечил лечебными молитвами, проводил обряд обрезания (…). Многие считали за честь быть его гостями или принимать его у себя. Даже при мимолетных встречах жаждали его советов, торопились с вопросами, зная загодя, что он всегда прав во всем и доброжелателен. Жена его Зауке была почитаема всеми (первая леди, как принято величать в наше время).
…Я 10-летним мальчиком в 1943 году жил у Имама кари как племянник. Отец был на фронте, мать безработная, и Имам кари как двоюродный брат отца, спасая меня от голода, предложил моей матери отдать меня жить у него… Я был ровесником его младшего сына Аннаса. С ним мы работали дома по хозяйству (…). Вечерами Имам кари учил нас аятам и сурам из Корана, читал нам религиозные книги, переводя их с арабского, персидского, турецкого и татарского языков. Все это втайне от окружения…
Имам кари, когда я виделся с ним… в Каркаралинске в 1953, 1955, 1961, 1963 годах рассказывал мне о наших родных, о себе, о гонениях на него советскими органами власти как на муллу. Он говорил, что в середине 20-х непродолжительное время сидел во внутренней тюрьме КГБ Алма-Аты. Позже каждый день я видел эту тюрьму из окна своего кабинета в течение 15 лет… По его рассказам, звание «кари» он защищал в советах (соборах) городов Семипалатинска, Алма-Аты, Ташкента. Помню, у Имама кари на крыше было более 20 ящиков с книгами, рукописями. Многие не знают, но знаменитый геолог-маркшейдер, член-корреспондент НАН РК, писатель, энциклопедист Акжан Жаксыбекович Машанов студентом в 1920-х годах жил дома у Имама кари. Там Акжан Машанов подружился с моим отцом Габдуллой Искаковым. Они учились вместе в педтехникуме…
Другом Имама кари был и Богдан Ясенецкий – Человек с большой буквы, эрудированный. Жена его была крупным ботаником, описала всю растительность Каркаралинского района. Были они ссыльные. Богдана Ильича и Имама кари связывала большая дружба. Они устно пересказывали друг другу мировую теологическую литературу. Благодаря их дружбе я получил доступ к богатой домашней библиотеке Богдана Ильича. Я брал интересные книги издания конца XVIII века. Таких книг я больше нигде не встречал…»
Последняя обитель
Богдан Ясенецкий – ученый-агроном, человек необыкновенного ума и доброты – родился в 1873 году в городе Умань (Украина). По национальности поляк. Окончил Варшавские агрономические курсы при Музее земледелия и промышленности (1901–1905). В 1913 году в Санкт-Петербурге изданы две его книги: «Краткий курс организации хозяйства» и «Сельскохозяйственное счетоводство». По словам старожилов, он же и автор книги «Пчеловодство».
Действительный член Ученого сельскохозяйственного комитета Украины и член ученого совета Уманского сельскохозяйственного института, Богдан Ильич до депортации занимался педагогической деятельностью. 26 апреля 1930 года постановлением ОСО ГПУ Украины выслан в Казахстан на три года по статье 58-10 УК РСФСР. Так Богдан Ильич попал в Каркаралинск. Жил он у Имама Абишева пока не приобрел дом.
Ученого сразу приняли на работу преподавателем каркаралинских техникумов: педагогического и зооветеринарного. В 1937 году спокойная жизнь Богдана Ильича закончилась. Постановлением «тройки» УНКВД по Карагандинской области 8 декабря 1937 года Богдан Ясенецкий как враг народа был осужден на 10 лет лагерей. После тюрьмы в Алма-Аты его ждали Ухтапечлаг НКВД и его подразделения: Котласская база, п⁄п Вогваздино, Усть-Вымская база, ОЛП № 7, ОЛП № 12. После освобождения 2 апреля 1947 года вернулся в Каркаралинск, ставший для него последней обителью. Еще позже Ясенецкий был реабилитирован.
В Каркаралинске устроился на работу и в разные годы преподавал в зооветтехникуме и школе. Трудился в семенной лаборатории, городском парке, животноводческой школе. Жители Каркаралинска уважали и ценили Богдана Ильича. Надежда Раздольская-Галаева, 1934 г. р., была близка к семье Богдана Ильича. В ее воспоминаниях много интересных деталей.
«Богдан Ильич лечил людей травами. Лекарственные растения выращивал в палисаднике. Что не мог вырастить, то его жена Вера Евграфовна собирала в лесу. Потом эти травы супруги сушили, и Богдан Ильич лечил ими больных. За лечение он ничего не брал. Говорил: «Не надо, я не люблю, чтобы мне давали...» – рассказывала при встрече Надежда Раздольская-Галаева.
И в том мире вместе
«Он говорил и нам, и жене, чтобы его после смерти похоронили на мусульманском кладбище. После смерти Имама кари он сильно переживал и сказал: «Скоро и мой черед придет», – продолжала Надежда Ивановна. – Умер Богдан Ильич 27 июня 1968 года. Детей у супругов Ясенецких не было. Приехала родня из Риги. Они решили копать могилу на русском кладбище. Жена была против, потому что Богдан Ильич ей завещал, чтобы похоронили на мусульманском кладбище рядом с Имамом кари. Они были родственными душами, оба верующие... Кроме того, было время, когда религию под корень истребляли, а эти люди, несмотря на гонения, верили сами и несли веру другим.
Потом появились те, кто сказал, что на мусульманском кладбище без разрешения муллы нельзя хоронить. Тогда жена Богдана Ильича говорит: «Я не нарушу то, что обещала». И обратилась ко мне: «Надя, голубчик, вам придется сходить к Шаекину, сказать, что Богдан Ильич умер и что он просил, чтобы его похоронили на мусульманском кладбище». Пошла к Михаилу Шаягзамовичу Шаекину, тогда он был первым секретарем райкома. Объяснила все. А он хорошо знал Богдана Ильича, уважал его (…). Распорядился. Выкопали могилу, организовали похороны.
Помню, когда умер Богдан Ильич, на следующий день открывается калитка и заходит незнакомый мужчина. Он оказался старым другом Богдана Ильича, польским священником. Он не знал о смерти друга, но говорит: «Мне неспокойно было, и сердце что-то чувствовало». Зашел этот батюшка домой и говорит: «Вы что делаете? Вы что коммуниста хороните? Он что, член партии, что лежит в красном гробу?»
Вера Евграфовна и я молчим. А мама моя говорит: «Тут с райкома помогают, потому что никого своих у них нет…» Когда все разошлись, батюшка помолился и говорит: «Я согласен, чтобы похоронили на мусульманском кладбище. Он мне сам говорил: «Когда умру, хочу, чтобы меня похоронили только на мусульманском кладбище. Это казахская земля, казахи нас приняли, они к нам относятся хорошо…»
У другого деревянного дома сидел хозяин. Славянин приостановился. «Что хотел?» – спросил его мужчина. Прохожий попросил: «Пить. Можно воды?» «Заходи», – ответил хозяин. В доме он угостил незнакомца кумысом.
Напиток понравился неожиданному гостю. Хозяин предложил чаю и спросил, кто такой и откуда. Незнакомец рассказал, что его сослали в Каркаралинск и ему негде жить. На что добродушный владелец дома ответил: «Вот моя койка, вот твоя. Есть будешь то же, что и я. Живи, пока не найдешь жилье».
Так познакомились ученый-агроном Богдан Ясенецкий и Имам кари Абишев, местный мулла, впоследствии ставший имамом. Их крепкая чистая дружба продлилась до конца жизни. А в один из дней друзья дали слово, что и после смерти будут рядом. В 1967 году умер Имам кари. Через год, в 1968-м, – Богдан Ясенецкий. При жизни Богдан Ильич завещал жене и просил знакомых, чтобы его похоронили на мусульманском кладбище рядом с другом. Его просьбу выполнили. Но что мы знаем о судьбе этих людей?
Имя, определившее путь
Точный год рождения Имама кари Абишева выяснить не удалось: по документам он с 1893 года, а на надгробном памятнике стоит 1883 год. Имам кари – потомок знаменитого Забидоллы ишана – имама в мечети Кунанбая хаджи в Каркаралинске. По поверью, ишаны происходят от прямых потомков пророка Мухаммеда: от его дочери Фатимы и ее сыновей Хасана, Хусаина и Мухсина. Достичь сана ишана суждено не всем потомкам. Надо знать не только весь Коран наизусть, но достигнуть через ислам вершин науки и усвоить тайны мира. Они могут совершать чудеса, не поддающиеся научному объяснению.
Названный от рождения Имамом, он продолжил духовный путь своих предков. Кари он стал за знание Священного Корана наизусть. Учителем Имама был знаток ислама каркаралинец Мажит кари (Габдулмажид кари). Имам кари женился на дочери своего наставника Зауре. От этого брака родились Мукаш, Саубан, Асхат, Аннас, Амина.
В 1922 и 1923 годах Имам кари Абишев был учителем второй совшколы первой ступени. Отличный педагог, он обучал детей мусульманской грамоте даже у себя дома, но скоро подвергся гонениям. В 1931 году его лишили права совершать религиозные обряды. Разрешение получил в 1936 году. В начале марта 1944 года Имам кари назначен, как написано в документе, «имамом при Каркаралинских мусульманских религиозных приходах».
Мечеть закрылась. Духовные лица преследовались. Имам кари решил найти место, где бы мусульмане духовно обогащались, молились. И подобрал подходящий дом. Договорился о его аренде. В акте написано от руки: «1947 года марта 5 дня. Мы нижепоименованные Каркаралинского района в лице Имама Абишева… производили осмотр дома, принадлежащего Калибековой Гульжан, ул. Каратюбинская, дом № 29, об открытии молитвенного дома с 5 марта 1947 года по 5 марта 1950 года. Дом деревянный в две комнаты…»
За аренду платили 100 рублей в месяц. Каждую пятницу верующие собирались, имам читал проповеди. По воспоминаниям старожилов, Имам Абишев был человеком с большим и добрым сердцем. Помогал другим чем мог. В годы войны от имени населения Каркаралинска собирал деньги и перечислял их в фонд обороны, на помощь семьям фронтовиков, на постройку танковой колонны.
Как утверждают современники, Имам кари отлично лечил не только душу, но и тело. Благодаря ему многие избавились от болезней. Лечил при помощи специальных молитв. Иногда на арабском записывал их на бумагу и просил больных положить ее в посуду и залить водой. Люди пили воду – болезнь отступала.
Мне довелось переписываться с родственником Имама кари – ныне покойным Гани Искаковым, который жил в Алматы. Он родился в 1933 году в Каркаралинске. Долгие годы работал в органах КГБ, майор в отставке. Его воспоминания хорошо воссоздают образ Имама кари. Вот выдержки из его писем.
«Мать Имама кари и мать моего отца – родные сестры. Родился Имам кари в семье Абиш кожа … потомка Сеит кожа, арабских миссионеров. Мама Имама кари Адван (Адуан) – дочь Габдулгазиза кожа. Имам кари – величайший богослов, теолог. Его все уважали и знали далеко за пределами района (...). В свое время он многих вылечил лечебными молитвами, проводил обряд обрезания (…). Многие считали за честь быть его гостями или принимать его у себя. Даже при мимолетных встречах жаждали его советов, торопились с вопросами, зная загодя, что он всегда прав во всем и доброжелателен. Жена его Зауке была почитаема всеми (первая леди, как принято величать в наше время).
…Я 10-летним мальчиком в 1943 году жил у Имама кари как племянник. Отец был на фронте, мать безработная, и Имам кари как двоюродный брат отца, спасая меня от голода, предложил моей матери отдать меня жить у него… Я был ровесником его младшего сына Аннаса. С ним мы работали дома по хозяйству (…). Вечерами Имам кари учил нас аятам и сурам из Корана, читал нам религиозные книги, переводя их с арабского, персидского, турецкого и татарского языков. Все это втайне от окружения…
Имам кари, когда я виделся с ним… в Каркаралинске в 1953, 1955, 1961, 1963 годах рассказывал мне о наших родных, о себе, о гонениях на него советскими органами власти как на муллу. Он говорил, что в середине 20-х непродолжительное время сидел во внутренней тюрьме КГБ Алма-Аты. Позже каждый день я видел эту тюрьму из окна своего кабинета в течение 15 лет… По его рассказам, звание «кари» он защищал в советах (соборах) городов Семипалатинска, Алма-Аты, Ташкента. Помню, у Имама кари на крыше было более 20 ящиков с книгами, рукописями. Многие не знают, но знаменитый геолог-маркшейдер, член-корреспондент НАН РК, писатель, энциклопедист Акжан Жаксыбекович Машанов студентом в 1920-х годах жил дома у Имама кари. Там Акжан Машанов подружился с моим отцом Габдуллой Искаковым. Они учились вместе в педтехникуме…
Другом Имама кари был и Богдан Ясенецкий – Человек с большой буквы, эрудированный. Жена его была крупным ботаником, описала всю растительность Каркаралинского района. Были они ссыльные. Богдана Ильича и Имама кари связывала большая дружба. Они устно пересказывали друг другу мировую теологическую литературу. Благодаря их дружбе я получил доступ к богатой домашней библиотеке Богдана Ильича. Я брал интересные книги издания конца XVIII века. Таких книг я больше нигде не встречал…»
Последняя обитель
Богдан Ясенецкий – ученый-агроном, человек необыкновенного ума и доброты – родился в 1873 году в городе Умань (Украина). По национальности поляк. Окончил Варшавские агрономические курсы при Музее земледелия и промышленности (1901–1905). В 1913 году в Санкт-Петербурге изданы две его книги: «Краткий курс организации хозяйства» и «Сельскохозяйственное счетоводство». По словам старожилов, он же и автор книги «Пчеловодство».
Действительный член Ученого сельскохозяйственного комитета Украины и член ученого совета Уманского сельскохозяйственного института, Богдан Ильич до депортации занимался педагогической деятельностью. 26 апреля 1930 года постановлением ОСО ГПУ Украины выслан в Казахстан на три года по статье 58-10 УК РСФСР. Так Богдан Ильич попал в Каркаралинск. Жил он у Имама Абишева пока не приобрел дом.
Ученого сразу приняли на работу преподавателем каркаралинских техникумов: педагогического и зооветеринарного. В 1937 году спокойная жизнь Богдана Ильича закончилась. Постановлением «тройки» УНКВД по Карагандинской области 8 декабря 1937 года Богдан Ясенецкий как враг народа был осужден на 10 лет лагерей. После тюрьмы в Алма-Аты его ждали Ухтапечлаг НКВД и его подразделения: Котласская база, п⁄п Вогваздино, Усть-Вымская база, ОЛП № 7, ОЛП № 12. После освобождения 2 апреля 1947 года вернулся в Каркаралинск, ставший для него последней обителью. Еще позже Ясенецкий был реабилитирован.
В Каркаралинске устроился на работу и в разные годы преподавал в зооветтехникуме и школе. Трудился в семенной лаборатории, городском парке, животноводческой школе. Жители Каркаралинска уважали и ценили Богдана Ильича. Надежда Раздольская-Галаева, 1934 г. р., была близка к семье Богдана Ильича. В ее воспоминаниях много интересных деталей.
«Богдан Ильич лечил людей травами. Лекарственные растения выращивал в палисаднике. Что не мог вырастить, то его жена Вера Евграфовна собирала в лесу. Потом эти травы супруги сушили, и Богдан Ильич лечил ими больных. За лечение он ничего не брал. Говорил: «Не надо, я не люблю, чтобы мне давали...» – рассказывала при встрече Надежда Раздольская-Галаева.
И в том мире вместе
«Он говорил и нам, и жене, чтобы его после смерти похоронили на мусульманском кладбище. После смерти Имама кари он сильно переживал и сказал: «Скоро и мой черед придет», – продолжала Надежда Ивановна. – Умер Богдан Ильич 27 июня 1968 года. Детей у супругов Ясенецких не было. Приехала родня из Риги. Они решили копать могилу на русском кладбище. Жена была против, потому что Богдан Ильич ей завещал, чтобы похоронили на мусульманском кладбище рядом с Имамом кари. Они были родственными душами, оба верующие... Кроме того, было время, когда религию под корень истребляли, а эти люди, несмотря на гонения, верили сами и несли веру другим.
Потом появились те, кто сказал, что на мусульманском кладбище без разрешения муллы нельзя хоронить. Тогда жена Богдана Ильича говорит: «Я не нарушу то, что обещала». И обратилась ко мне: «Надя, голубчик, вам придется сходить к Шаекину, сказать, что Богдан Ильич умер и что он просил, чтобы его похоронили на мусульманском кладбище». Пошла к Михаилу Шаягзамовичу Шаекину, тогда он был первым секретарем райкома. Объяснила все. А он хорошо знал Богдана Ильича, уважал его (…). Распорядился. Выкопали могилу, организовали похороны.
Помню, когда умер Богдан Ильич, на следующий день открывается калитка и заходит незнакомый мужчина. Он оказался старым другом Богдана Ильича, польским священником. Он не знал о смерти друга, но говорит: «Мне неспокойно было, и сердце что-то чувствовало». Зашел этот батюшка домой и говорит: «Вы что делаете? Вы что коммуниста хороните? Он что, член партии, что лежит в красном гробу?»
Вера Евграфовна и я молчим. А мама моя говорит: «Тут с райкома помогают, потому что никого своих у них нет…» Когда все разошлись, батюшка помолился и говорит: «Я согласен, чтобы похоронили на мусульманском кладбище. Он мне сам говорил: «Когда умру, хочу, чтобы меня похоронили только на мусульманском кладбище. Это казахская земля, казахи нас приняли, они к нам относятся хорошо…»
