ОВОС и ныне там

Новость о том, что в промышленном центре планируют построить еще одно непростое производство, взбудоражила общественность региона два года назад. Инвесторы заявили: хотим выпускать кальцинированную соду, которую при потребности страны в 450 тыс. тонн пока завозят из-за рубежа.

Безусловно, такой проект может дать хороший экономический эффект, но при существующей экологической нагрузке на регион даже миллионы ежегодных налоговых поступлений и новые рабочие места – очень слабый аргумент для населения. А если учесть, что и предлагаемая технология далека от «зеленой», то понять опасения горожан несложно.

В январе 2019 года состоялись первые общественные слушания, на которых обсуждали предварительную оценку воздействия на окружающую среду (ПредОВОС) технико-экономического обоснования строительства завода по выпуску кальцинированной соды мощностью 200 тыс. тонн в год. Появиться он может в Северной промышленной зоне Павлодара, то есть, по сути – на окраине города (в 5,5 км от жилой застройки и 2,7 км от садоводческих товариществ).

Уже тогда заинтересованная общественность и экологи заявили: предлагаемая технология Сольве (так называется один из распространенных способов получения каустической соды) далека от современных реалий, она станет непосильной нагрузкой для экологии региона. Новому заводу потребуется огромный объем воды, которую предполагается брать из Иртыша, а затем загрязненную в процессе производства вредными солями просто сливать в сточный накопитель для испарения.

Более того, разработчики предложили в качестве накопителя использовать печально известное озеро Былкылдак, о ртутном загрязнении которого и потенциальной опасности для Иртыша со времен химического производства знают далеко за пределами Казахстана.

Павлодарцы заявили: и технология слишком опасна, и Был­кылдак трогать нельзя.

– Вода в современном мире считается одним из важнейших ресурсов, а Казахстан является одним из вододефицитных государств, – подчеркивает позицию экологов руководитель общественного объединения «Эком», член экосовета области Светлана Могилюк. – И вдруг в республике собираются строить завод, который будет ежегодно фактически безвозвратно забирать более 2 миллионов кубометров свежей воды. Для сравнения, это значительная часть стока Иртыша в пределах Павлодарской области. Его истоки находятся в пределах Китая, откуда приходит около 9 кубокилометров воды, а еще 18 кубических километров формируется в пределах нашей страны, преимущественно в горах Алтая. И вот более десятой части от того, что формируется в пределах республики, мы будем превращать в сточные воды и безвозвратно испарять. Когда в начале 2000-х годов Китай начал строить канал и забирать для орошения воду в объеме до 1–1,5 кубокилометра в год, в Казахстане все заговорили об угрозе Иртышу, о том, что мы скоро останемся без воды. Тогда как нам оценивать планы по строительству содового завода?

…После тех слушаний возникло некоторое затишье и неопределенность – стало непонятно, отказались или нет инвесторы от идеи, видя негативное отношение населения к проекту. Справки пытались навести члены общественного объединения «Эком», но безрезультатно. И даже аким Павлодарской области Абылкаир Скаков, давший брифинг вскоре после своего назначения на долж­ность, заверил журналистов, что в планах этого производства пока нет.

Тем не менее ТОО «Павлодар сода» возобновило разработку «содового проекта»: в июне павлодарцы увидели объявление об очередных общественных слушаниях по корректировке ПредОВОС. Материалы на сей счет заранее разместили на сайте управления недропользования, чтобы в ходе встречи с горожанами о проекте можно было говорить детально.

Из документов следовало, что разработчики отказались от Былкылдака и уже начали расчеты для другого накопителя – Сарымсак, который сейчас принадлежит на праве долго­срочной аренды Павлодарскому нефтехимическому заводу.

Начали за здравие…

Вторые слушания нисколько не внесли ясности в ситуацию, а скорее наоборот. Выступивший первым заместитель директора ТОО «Павлодар сода» Амантай Сабитов сообщил: с учетом замечаний постарались изменить часть технологических решений. От метода Сольве, в основе которого лежит большое водопотреб­ление, не отказались, но использовать существующие сточные накопители передумали.

Докладчик пояснил, что компания Сольве (ее привлекают в качестве одного из основных разработчиков проекта) предложила такое решение, которое позволит отказаться от большого объема пара, заменив его высокотемпературными теплоносителями. Соответственно, часть водопотребления будет сокращена. К тому же ТОО «Павлодар сода» намерено построить собственный накопитель, взяв в аренду карьер неподалеку.

Данный водоем хотят сделать из двух частей – накопительной и рециркулируемой. Это, дескать, даст сокращение водопотребления на 40%. Так что Сарымсак неф­техимического завода трогать не будут, также как и Был­кылдак.

После этих слов Амантая Сабитова казалось, что сейчас второй докладчик расскажет подробнее об идее и технологических особенностях, чтобы понять, как будет улучшен проект. Но нет – директор ТОО «ЕвразияЭкоПроект» Карлыгаш Тулеубекова (это разработчик ПредОВОС) начала зачитывать данные по той корректировке, от которой, как выяснилось, теперь отказываются.

В центре ее доклада – все то же сточное озеро Сарымсак, принадлежащее ПНХЗ. И сокращение водозабора она не называла: как изначально планировали пот­реблять 2,2 млн кубометров в год (плюс к ним 230 тыс. кубических метров хоз-питьевой), так все и оставили, без каких-либо данных по снижению на 40%.

Причем Карлыгаш Тулеубекова заверила, что это малая доля общего водопотребления Павлодара, которое она оценила в 100 млн кубометров (около 60 млн приходится, по ее данным, именно на промпредприятия).

В ходе слушаний выступили и несколько представителей ПНХЗ, которые заверили, что ни в одном письменном документе не было получено разрешения у завода на использование их сточного накопителя. Они подчеркнули, что Сарымсак вообще не должен был появляться в расчетах ПредОВОС содового предприятия – это незаконно. И устный отказ ТОО «Павлодар сода» от использования этого накопителя юридические службы ПНХЗ не могут принять на веру, потому что письменного заверения нет.

Аргументы против

Резюмировать претензии общественности (а их немало) попыталась Светлана Могилюк. Помимо многочисленных замечаний, высказанных на первых слушаниях (и о самой технологии, и о том, как рассчитывали объемы выбросов в атмосферу, их влиянии на экологию, об образовании твердых отходов), есть еще три главных пункта.

Первый касается категории экологической опасности, к которой отнесен проект. Экологи настаивают на том, что, судя по масштабам влияния на окружаю­щую среду (один только объем водозабора чего стоит), проект следует отнести к первой категории опасности, что потребует для него заключения государственной экологической экспертизы.

А вот сами разработчики посчитали, что содовый завод – это вторая категория, требующая заключения только вневедомственной экспертизы. Аргумент привели такой: в качестве проекта-аналога взяли схожий содовый завод, который планировали построить в Кудайкольском сельском округе Павлодарской области в 2010 году.

Так вот, по проекту 2010 года основное производство относилось ко второй категории опасности, а лишь часть его объектов, построенных отдельно, в том числе накопители, к первой. Павлодарская общественность с таким подходом не согласна принципиально. Тот проект так и не был реализован, а значит, не мог послужить аналогом, но, по словам инициаторов, других в Казахстане не было, а российские действующие предприятия не могут предоставить свои данные в чужую страну. Были такие запросы или нет, вообще не упоминалось.

Второе разногласие касается непосредственно предлагаемой технологии и ее безальтернативности. Метод Сольве Амантай Сабитов отнес к одному из лучших в мире, однако Светлана Могилюк назвала такую позицию намеренным введением горожан в заблуждение.

Метод Сольве был разработан бельгийским химиком еще в 1861 году, да, он используется и в настоящее время, но чаще из-за своей дешевизны в сравнении с самыми современными решениями. Его главный недостаток – при этой технологии образуется большое количество неутилизируемых отходов.

– ОВОС предполагает, что разработчики расскажут о разных вариантах и объяснят, почему от одних отказались, а единственный выбрали за основу, – говорит Светлана Могилюк. – Но у нас этого принципа альтернативы вообще нет. До сих пор не понятно, почему инициаторы не хотят применять полностью безводное или зацикленное на 100% производство без стоков, почему не разрабатывают решение, когда технологическая вода очищается настолько, чтобы ее можно было сбрасывать в Иртыш без ущерба для окружающей среды. Аргументированных, с расчетами, объяснений, почему решено использовать именно метод Сольве, мы не увидели. Нам просто показали фотографии европейских заводов, применяющих данный способ, но не рассказали, какие технологии очистки воды и выбросов, утилизации отходов конкретные предприятия используют.

И третий момент: на общественные слушания нужно выносить только те решения, которые предварительно предоставлены в документах. Руководство предприятия – инициатора проекта – говорит о каких-то новых взглядах, но они ничем не подтверждаются.

Помимо этого, Светлана Могилюк подчеркнула: из доступных материалов следовало, что по сравнению с предыдущим документом ПредОВОС существенно сократился объем предполагае­мых выбросов в атмосферу и концентрация хлоридов в стоках. Но на основании чего получены такие цифры – не понятно, так как никаких изменений в технологиях или в очистке не представлено. И все это можно расценить как попытку запутать общественность.

* * *

В итоге повторные общественные слушания по предварительной оценке воздействия на окружающую среду содового завода признали несостоявшимися. Причина вполне очевидна: инициатор заявил о существенных изменениях в проекте, но информация об этом не была предоставлена своевременно. Однако стало ясно, что идея «усилить» промблок Павлодара никуда не делась. Осталось лишь добиться того, чтобы и экологическая сос­тавляющая такого «усиления» была бы по-настоящему сильной и современной.