В круге… гончарном

На ее страничку в Instagram я наткнулась случайно. У ­@karlygash_gonchar почти 8 тыс. подписчиков, о большом интересе к этому древнейшему искусству говорит и сама девушка. Сегодня отбоя нет от желающих посетить ее мастер-классы. Но так было не всегда.

Началось все с местного «Арбата», куда в 2018 году воспитанница столичного Дворца школьников пришла по совету своего педагога. Все лето Карлыгаш стояла на импровизированной аллее ремесленников и делала миниатюрные горшочки. Но тогда это не вызывало большого интереса прохожих – то ли публика была не та, то ли девушка была еще совсем юной и неопытной.

Однако именно в то время последовательница великих гончаров прошлого серьезно задумалась о собственной студии и в очень короткие сроки реализовала свою мечту.

– Сначала это была маленькая комната площадью 15 квадратных метров, в наличии – лишь один гончарный круг и я – один мастер, – рассказывает Карлыгаш. – Для обжига возила изделия в другие студии. Но совсем скоро, благодаря тому что людям это было очень интересно, дело начало расти. Все получаемые от продажи средства я вкладывала в развитие: купила еще один гончарный круг, муфельную печь для обжига, чтобы делать настоя­щую кухонную посуду, вырос и коллектив.

Сейчас девушка ­арендует ­просторное помещение в 100 квад­ратов и по праву считает это уже серьезным достижением. Ведь ей всего 21 год! Но, забегая вперед, скажу, что Карлыгаш не по годам мудрая и целеустремленная. Это тот самый случай, когда на человека, занятого делом, и приятно смот­реть, и увлекательно слушать.

У хозяйки студии семья небольшая. Мама, по профессии инженер-технолог, вырастила двух дочерей сама. Лет 15 ­назад они переехали в столицу из Балхаша и жили в одном из пригородных поселков. Так что девочке прихо­дилось проводить в пути за знаниями немало времени.

Мама старалась всячески развивать дочерей. Карлыгаш посещала всевозможные кружки, играла на домбре, танцевала, неплохо рисовала. И все же только гончарное дело увлекло ее по-настоящему. В этом, учась еще в десятом классе, она увидела свое предназначение.

Начинала работу на гончарном круге с 200–300 граммами глины. Сейчас девушка «вытягивает» ­куски этого природного пластилина весом и 16, и 20 килограммов. Хотя даже 2 кило для гончара – довольно сложная задача. В студии немало ее работ – кружки, чайники, кувшины, вазы, тарелки, молочницы, горшочки... Столько удивительных и нужных вещей можно сотворить своими руками!

Большее удовольствие – наб­людать за процессом. Пока мы беседовали, гончарным кругом заинтересовался мой сын, и Карлыгаш провела с ним небольшой мастер-класс.

– Когда я учу кого-то, глина – это просто материал для работы. Но когда творю сама, она становится чем-то большим. Мягкая, послушная, глина приобретает формы, которые я захочу, и это удивительно, – подсаживается к Нурали Карлыгаш и рассказывает о первых шагах. – Разделяем кусок глины на две части и выбиваем из него воздух, ударяя друг об друга. Затем кидаем на гончарный круг и закрепляем по центру пальчиками.

Гончарное искусство в общем-то не претерпело грандиозных изменений с течением времени. Единственное, усовершенствовалось оборудование. Если раньше гончарный круг работал за счет ножного механизма, то сейчас достаточно включить его в розетку. Это, конечно, гораздо удобнее, говорит гончар, не нужно отвлекаться и можно сконцентрироваться только на изделии. Кстати, в начале карьеры у нее был именно такой, дешевый, механический гончарный круг. Сегодня же в студии уже 4 хороших аппарата, каждый, к слову, стоимостью 200–300 тыс. тенге.

Ребенок уже смочил руки водой – это необходимо, чтобы глина стала послушной и не прилипала к пальцам – и, пуская от удовольствия слюну, при помощи мастера начал приподнимать кусок глины, превращая ее в ровный конус. Оказывается, на мастер-классы приводят даже двух-, трехлеток, а вот серьезно обучаться лучше с 7–10 лет. В детях это занятие развивает мелкую моторику, мышление, творческий потенциал.

– Сейчас я уже реже преподаю сама, больше занимаюсь развитием студии, – рассказывает Карлыгаш. – Очень хочу, чтобы это дело стало популярным в Казахстане. Не поверите, но у нас нет ни ассоциации, ни фестивалей гончарных. Вот у меня в планах есть нечто такое создать, организовать. Сейчас многие молодые люди уезжают из Казахстана, считают, что здесь нет перспектив, а сами при этом ничего для своей страны делать не хотят. Мне же хочется, чтобы люди ради гончарного дела в том числе приезжали в Казахстан.

Девушка признается, что для нее построить бизнес или заработать много денег – не главная задача. Помощи от государства не получала, спонсоров у нее не было. Начинала с нуля, буквально с улицы. Но благодаря тому, что вырученные деньги постоянно вкладывала в развитие, а не тратила на себя, дело процветает. Вот такая нынче предприимчивая и умная молодежь!

Тем временем сын внимательно выслушивает наставления: выстраиваем центровку глины, делаем отверстие пальцами, выравниваем поверхность вазочки. Если научиться делать именно обычную вазу, то все остальное – не сложно, уверяет мастер. Вот с изделиями, состоящими из ­нескольких частей, типа чайника с носиком, крышкой и ручкой, придется повозиться.

– Очень медленно тянешь глину на себя, – продолжает наставник. – Глина – ­экологически чистый материал, только наносимая глазурь – химикаты. Раньше в керамической посуде хранили кисломолочные продукты, в них они долго не портились. Лучше глину не передерживать на гончарном кругу, потому что под воздействием воды она становится мягкой и менее послушной.

Специальным инструментом для обрезки глины – стеком – Карлыгаш удаляет излишки, а ниткой вырезает готовое изделие с гончарного круга. Внут­ри нее – вода, и нужно губкой обязательно ее удалить, иначе при сушке дно может треснуть. Теперь сотворенная прямо на наших глазах вазочка должна сохнуть 10 дней, а затем ее обжигают в муфельной печи при температуре 1 000 градусов и при желании покрывают прозрачной пищевой глазурью.

– Не всем пригодится этот навык, но элементарно сделать себе кружку и пить потом из нее дома чай – это же здорово! – увлеченно рассказывает Карлыгаш. – Свое дело я сравниваю с кинотеатром, куда ты приходишь отдохнуть, получить впечатления. Это больше развлечение, нежели обучение, своеобразный релакс. Тем не менее это и новые знания, не­обычное увлечение. Ведь сейчас все хотят научиться чему-то, попробовать что-то новое для себя. Людям интересно узнавать технологию производства и делать что-то лично.

Это правда, сотворенное ­своими руками всегда особенно ценно. Даже мой сын весь вечер спрашивал, когда мы сможем забрать его вазочку.

В студии проводят разные мастер-классы. Большой популярностью пользуются романтические свидания, когда за определенную сумму влюбленные могут посидеть за одним гончарным кругом, как в легендарном фильме «Призрак», насладиться романтичес­кой обстановкой со свечами и музыкой, сделать профессиональ­ные фото. Команда­ Карлыгаш Оралбаевой может это устроить, ведь у них есть и мастера-гончары, и SMM-менеджеры, и фотограф. Если же парочке не нужны все эти дополнительные услуги, и они хотят просто вместе попробовать новое увлечение, и это можно устроить, только уже за гораздо меньшие деньги. Мастер-классы для детей и их родителей обходятся не дороже похода в фаст-фуд.

Студия не пустует даже в будние дни, признается хозяйка. А уж на выходные здесь всегда аншлаг. Очень радует, что горожане тем же торговым центрам и ресторанам предпочитают творческую студию. Учитывая, что в столице гончарных мастерских несколько, можно предположить, что число желаю­щих обучаться и развиваться будет только расти.

Ну, а Карлыгаш пока учится заочно на графического дизайнера, постоянно узнает что-то новое о гончарном деле, особенно в плане покраски готового изделия, и думает о дальнейшем развитии своей студии. Пока приобрели компактную муфельную печь стоимостью 600 тыс. тенге, но нужна побольше, а стоит она уже 1,5–2 млн. Глину заказывают с завода в Экибастузе, уже очищенную, без песка и камней. Один килограмм стоит 500–600 тенге, а на неделю требуется килограммов 100.

Уже уходя, спрашиваю у Карлыгаш: а есть ли изделие, которым она гордится?

– Пока такого нет. Но мне кажется, все творческие люди недовольны своими работами, – ответила гончар. – Мечтаю что-то объемное «вытянуть», с метр-два ростом, но там свои технологии, другие инструменты, больше гончарный круг. Мой кумир – Димаш Кудайбергенов, благодаря ему Казахстан начали узнавать. И я тоже хочу стать тем человеком, благодаря которому Казахстаном будут восхищаться.