Настоящее интервью

Когда наступал месяц Рамазан, апа и дәу-апа пили чай рано-рано утром. И называли это сәресі. К сәресі готовились задолго до Оразы. Закупали талқан, тщательно промывали мейіз – изюм, сбивали масло и хранили его в бараньем желудке – қарын. Также апа, съездив в Мерке или в Чалдавар в базарный день, привозила прозрачный науат и другие вкусности.

Бабушка и прабабушка не признавали сахар-песок, чай пили только с кусковым. Это были большие куски, не прямые и ровные, как сейчас, а разной формы. Эти куски дробили. Иногда это делал кто-то из детей. Для этого стелилась специальная белоснежная ткань. Гора сахара постепенно превращалась в маленькие кусочки. Крошки обязательно вытряхивали в заранее приготовленную емкость. Сахарную пыль апа пускала в ход, когда варила кашу или толкла творог для детей, объясняя это двумя словами:

– Ысырап болмасын.

Чтобы не было расточительства. Волшебные слова. В них – мудрость, в них – жизнь. И основы финграмотности, бережливости, осознанного отношения ко всему.

Каждый год накануне Оразы я вспоминаю, как готовились к этому месяцу Шария-апа и ее мама, моя прабабушка Самия. И тоже покупаю науат и сухофрукты. Такая вот попытка вернуть волшебство сәресі. Эти две женщины рода наполняли нас всех светом, добром. Воспитывали не нравоучениями, не нотациями, а просто своей жизнью, своей верой, даже своим внешним видом. Каждое утро надевали кимешек и қазақша көйлек с камзолом, произносили «бисмиллях» перед каждым движением. Терпеливо читали намаз среди детского гвалта и шума, не обращая внимания ни на что, умея сосредоточиться на диалоге с Жаратушы. И принимая свою судьбу, предписанную Им.

Известный писатель Кабдеш Жумадилов в романе «Огонь Прометея» поднимает тему духовности, религии (а как мы помним, именно древнегреческий Прометей передал людям огонь). В одном из интервью, говоря о романе, он отметил: «…Огонь, то есть тепло, свет в сердце человека – это его вера, его религия. И от состояния этого огня зависит и все остальное: образ жизни, поступки, мысли, сознание. Поэтому важно поддерживать, сохранить огонек веры в сердце. И пост в Рамазан – один из лучших способов».

Сложно не согласиться с литератором. Свет веры – это маяк, ведущий прямой дорогой истины.

В этом году Наурыз совпадает с Рамазаном, который с детства мы называем просто Ораза. Два самых важных праздника словно слились воедино, создав неповторимое ощущение общ­ности целей, мыслей, устремлений.

Впервые Наурыз как массовый праздник я увидела в конце 80-х в родном Джамбуле. До этого Наурыз не праздновали, но в ауле бабушка и прабабушка отмечали приход Нового года по-своему, тихо: белили печь, варили көже из зимнего соғыма, выносили көрпеше из дома на солнце...

Мой папа тогда руководил городским отделом культуры, и почти вся работа по организации праздника легла на его плечи. Задолго до праздника, который в тот год отмечался в Джамбуле 16 марта, папа начал читать старинные книги, написанные арабской вязью, а я удивленно спрашивала, как он это делает, ведь там другие буквы. «Мы изучали арабский в университете», – отвечал он.

Главным экспертом праздника была моя апа. Помню, как каждый вечер она отвечала на вопросы своего сына, моего папы. А мы, взяв «микрофон» и повесив на плечо сумку, изображали журналистов, явно мешая взрослым в их большом и нужном деле.

...Уже потом, спустя годы, я пойму, какие важные и нужные дела вершились тогда, каким благородным делом занимался отец и какую ценную информацию мы слышали от своей апа. И буду сожалеть, что сейчас уже никак нельзя взять настоящее интервью у своей апашки.