Творения забытого мастера

Исаак Яковлевич Иткинд (1871–1969) был знаменит в послереволюционной России, он общался с известными людьми – Сергеем Есениным, Алексеем Толстым, Максимом Горьким. Но в 1937-м все резко изменилось: Иткинда арестовали якобы за шпионаж в пользу другого государства и сослали в Казахстан. О нем не было вестей, и многие посчитали, что мастер погиб. Но он выжил вопреки обстоятельствам и продолжил заниматься творчеством.

– В Казахстане художник с интересом вглядывался в черты незнакомого ему народа, его всегда удивляло и восхищало своеобразие лиц, – рассказывает хранитель фондов, магистр искусствоведения Татьяна Кожухова.

Позже писатель Эдуард Тополь в своем произведении «Две жизни, две смерти Исаака Иткинда» воспроизвел жизненную историю, о которой ему поведала секретарь Союза художников КазССР во время его командировки в Алма-Ату. Молоденькая девушка рассказывала, как в 1944-м по городу стали ходить слухи о каком-то старике – не то гноме, не то колдуне, который живет на окраине, в землянке, питается корнями. А еще собирает пни и из них делает удивительные фигуры, которые умеют по-настоящему плакать и по-настоящему смеяться…

Тогда никто из местных и предположить не мог, что скульп­туры этого «колдуна» стоят в музеях Франции, Западной Германии, США, находятся в запасниках Русского и Пушкинского музеев.

Прошли годы. Исаак Яковлевич, несмотря на нелегкую судьбу, сумел сохранить сердечное отношение: по-доброму и с мудростью он воплотил многих людей в своих скульптурах. Мас­тер создал великолепную серию портретов из дерева, посвященных национальным героям Казахстана. Среди них – акын Жамбыл, суровый Амангельды, поэт и просветитель Абай.

Лектор обратила внимание, что в работе «Джамбул на отдыхе» Иткинд мастерски передал настроение лиричности и затаенной грусти. Старый поэт, запрокинув руки, лежит, глядя в небо. На лице его полуулыбка, он весь там – в величавой голубизне. Необычен и прием построения этого портрета, представляющего, скорее, горельеф: плавная линия контура течет вверх по руке Жамбыла, создавая выпуклый круг.

Скульптурный портрет по­этессы Берты фон Зутнер также великолепен. Под тенью волос поверхность дерева проработана так мастерски, что кожа на лице кажется живой и мягкой, словно вот-вот дрогнут ресницы, разом­кнутся губы и зазвучат стихи.

Начиная с 1956 года, по словам Татьяны Кожуховой, Исаак Иткинд создал свои самые значительные скульптуры. Среди них «Философ», «Старик с книгой», «Паганини». Необычной работой был назван «Смеющийся старик», словно пронизанный светом и библейской верой в жизнь и любовь. Такая работа могла появиться только в ­50-х, после завершения периода сталинизма, когда творчество мас­тера обрело новые крылья.

Фактура дерева здесь использована безукоризненно, структура лица дана иначе, чем в других работах из цикла о мудрых стариках: ощущается крепкое лицо, мускулы, нескончаемо струится борода, в которую мас­тер превратил корни дерева. Никогда еще в работах Иткинда не звучало столько оптимизма и веры в будущее.

Такой же жизни и экспрессии полно другое произведение – «Паганини». Кажется, скрипач только сейчас закончил играть. Скульптура словно поет, она сложна и прекрасна, как музыка, которую создавал великий музыкант.

«Мне 95 лет, но я не хочу умирать, – говорил Исаак Яковлевич в документальном фильме «Прикосновение к вечности», снятом в 1967 году режиссером-документалистом Араратом Машановым в честь юбилея Иткинда (фрагменты фильма были показаны во время лекции). – Умирать, понятно, придется, человек не вечен. Но я надеюсь попасть в рай, как-никак я до 26 лет изучал Талмуд. А в раю отличные условия для работы, много райского дерева и обнаженных натурщиц. Я и там буду работать, понимаете?..».