​У последней черты

Когда речь заходит о таких тяжелых темах, каждый из нас почему-то пытается отстраниться, считая, что суицид – это удел слабых людей из неблагополучных семей. Подсознание таким образом ограждает нас от стрессовых мыслей, закрываясь и ставя барьер фразой «меня это не коснется». А между тем в наши дни, как бы страшно это ни звучало, самоубийство – явление весьма распространенное и, что еще важнее, требующее всестороннего участия.

За последние 60 лет частота суицидов в мире увеличилась на 60%. Суицид занимает 8-е место в списке причин смерти и 1-е – среди причин насильственной смерти, особенно среди лиц молодого и среднего возраста. Если задуматься: от самоубийств гибнет больше людей, чем от всех вместе взятых вооруженных конф­ликтов и преступлений.

Раньше от суицидов в год умирал миллион человек, сейчас активно проводятся программы по их превенции, результат которых очевиден: минус 200 тыс. человек. Соотношение завершенных суицидов и суицидальных попыток – 1 к 10, но эта цифра все равно неприемлема, потому что одного из десяти все же не удается спасти. Важна профилактическая работа, в которую, помимо прочего, входят семинары-тренинги для специалистов психологической и психиатрической помощи. В столице недавно прошел такой семинар, организованный НОУ «SOS Детская деревня Астана».

– Ежедневно в мире регистрируется 2 200 смертей от суицидов. Это равноценно 15 авиакатастрофам. Представьте, что в мире каждый день бы разбивалось 15 самолетов, и в этих трагедиях никто не выживал, – обратила внимание врач психиатр-суицидолог кабинета экстренной психологической помощи столичного Медицинского центра проблем психического здоровья Екатерина Миронова.

По данным ВОЗ, уровень завершенных суицидов в мире – 16 человек в год на 100 тыс. населения. В соответствии с этими показателями страны с низким уровнем самоубийств (до 10 на 100 тыс.) – Италия, Англия, Израиль, Греция, Грузия, Армения, Азербайд­жан. Специалисты поясняют, что такой показатель связан с сильно развитым институтом семьи в этих государствах: человек чувствует себя принадлежащим к внутрисемейному сообществу, опирается на него в трудных ситуациях. Средний уровень самоубийств (до 20 человек на 100 тыс.) в таких странах, как Франция, Молдова, Китай, Германия, Канада, Австралия и США. К странам с высоким и очень высоким уровнем (свыше 20 человек на 100 тыс.) относятся Литва, Беларусь, Россия, Казах­стан, Венгрия, Украина и Япония.

Кризисным показателем в ВОЗ считается 20 самоубийств на 100 тыс. населения, в Казах­стане эта цифра составляет 21,4. Пос­ледние исследования касательно суицидов проводились 2 года назад, поэтому сейчас можно говорить о неуклонном снижении этого показателя. При этом Восточно-Казахстанская область остается самым неблагополучным в плане суицидальности регионом страны: цифры превышают критичес­кий кризисный показатель ВОЗ в 3 раза – 59,9 на 100 тыс. населения.

– Только за последние 5 лет в результате суицидов погибли 17 529 наших сограждан, в том числе 998 несовершеннолетних: около тысячи семей лишились своих детей. Это тысяча граждан, которые могли бы жить, развиваться, приносить пользу своей стране. Вместе с тем последствия суицидального поведения испытывают 800 тыс. казах­станцев. Каждый завершенный суицид оставляет как минимум 6 человек из окружения с сильнейшей, глубочайшей психо­эмоциональной травмой. Они становятся «психологичес­кими инвалидами», которым требуется серьезная реабилитация, – особо отметила Екатерина Миронова.

Согласно статистике, в Казах­стане большинство детей, совершивших суицид, проживает в сельской местности – 69%. Здесь играют роль социальные факторы: дефицит работы, мест досуга, а когда молодой человек попадает в большой мегаполис, видит эти возможности и понимает, чего он лишен, это негативно сказывается на его психике. Еще один ключевой момент – отсутствие в сельской местности доступа к своевременной психологической, психотерапевтичес­кой и врачебной помощи.

Как распознать суицидента?

ВОЗ насчитывает более 800 причин суицидального поведения. Самые распространенные из них – одиночество, потеря любви, прес­тижа, близкого человека, смысла жизни, унижение достоинства, истязание и угрозы, тяжелые неизлечимые болезни, гомосексуальная ориентация, а также интимно-личные и семейные причины. Экономические и бытовые проблемы в этом списке стоят на последнем месте, но оказывают достаточно сильное влияние на психику человека.

Самоубийство не происходит на ровном месте, для этого необ­ходимо взаимодействие биологических, психологических и социальных факторов. К биологическим относят тяжелые психические (депрессия, расстройство личности, шизофрения) и соматические (длительно протекающие заболевания, изматывающие психику) патологии. Психологические факторы строятся на основании типов личности. Так, в группе риска находятся эмоцио­нальные, деп­рессивные, истерические и агрессивные люди. К социальным факторам относятся пол, возраст, социальное положение, наличие зависимостей, игромания, злоупот­ребление психоактивными веществами, профессиональный статус, сексуальная ориентация и многое другое. Поэтому, утверждает Екатерина Миронова, никогда нельзя сразу предугадать их действие: специалист может все вычислить по биологическим факторам, но пациента, например, в один день бросила девушка и выгнали с работы. В этом случае именно социаль­ные обстоятельства становятся триггером, побуждаю­щим суицидента к действию.

– Высокие показатели суицидальности среди представителей профессий творческих, также в зону риска входят бухгалтеры, офтальмологи, психиатры и патологоанатомы, военные и ветераны войн. По Астане наи­большее количество суицидов среди безработных, социально неустроенных граждан. Прак­тика показывает, что лица с нетрадиционной сексуальной ориен­тацией тоже живут среди нас и испытывают проблемы из-за отсутствия толерантности в обществе. Раньше ко мне в год приходили 1–2 клиента с такой причиной, сейчас – 10–15, – говорит Екатерина Миронова.

Специалисты призывают быть более бдительными к близким, которые проходят тяжелый жизненный период, особенно при наличии признаков суицидального поведения.

Политика предупреждения

Госорганами, акиматами проводится работа по предотвращению суицидов, на особом контроле – профилактика среди несовершеннолетних. Так, «Закон о СМИ» в 2012 году был дополнен нормой, позволяющей приостанавливать выпуск продукции, блокировать доступ к интернет-ресурсам при размещении информации, пропагандирующей суицид.

– Тема суицида подается в СМИ неправильно: они эстетизируют самоубийство, преподносят его как сенсацию, не указывая ресурсные организации и пути выхода из сложившейся кризис­ной ситуации, – считает суицидолог.

Однако принятая органами мера показала на практике свою эффективность в противодействии таким интернет-сообществам, как «Синий кит», «Красная сова», «Разбуди меня в 5.30», прямо побуждающим несовершеннолетних к совершению суицида.

Сейчас программы по превенции суицидов внедряются по всему миру, проведен ряд обширных социологических исследований, позволивших определить ориен­тиры для соответствующей профилактической работы. Существуют различные телефоны доверия, анонимные сайты психо­логической помощи, люди в любом случае знают, что им есть куда обратиться.

В Казахстане по результатам проведенных проверок органами прокуратуры было инициировано принятие «Межведомственного плана действий по предупреж­дению суицидов на 2018–2021 годы». Это тот нормативно-правовой акт, на который опираются психологи и психотерапевты в профилактической работе. С 2015 года в стране также действует программа ЮНИСЕФ о поэтапном внедрении проекта по превенции суицидов среди несовершеннолетних, поддержанная МВД, МОН и МЗ.

– В идеале необходимо было обучить специалистов и здравоохранения, и образования параллельно, познакомить их, чтобы они взаимодействовали межведомственно. Но на практике оказалось, что все уперлось в деньги. Например, в Астане обучили сначала специалистов первичной медико-санитарной помощи (ПМСП), потом 9 месяцев ждали, когда на обучение выделит деньги МОН. Пока обучили представителей образования – половина обученных медработников куда-то перевелась, уволилась и прочее. Между тем те, кто эту программу сейчас в своих учреждениях образования использует, получают положительный результат. Например, психолог школы № 22 ею пользуется по своей инициативе, и у нее хорошая выявляемость лиц с аутодеструктивным поведением, – заметила Екатерина Миронова.

Сейчас в стране внедряется та же, но модифицированная прог­рамма, а все опросники переведены в электронный формат, также соз­дана платформа для психологов, которая будет запущена с сентября. Разработана «Дорожная карта по профилактике суи­цидального поведения среди детей и подростков до 2019 года». Она утверждена протоколом Национального координационного совета по охране здоровья и есть во всех учреждениях образования и здравоохранения.