АК родом из Казахстана

Родина Михаила Калашникова – небольшое село Курья, что в Алтайском крае на границе с Казахстаном. Он был семнадцатым ребенком в многодетной крестьянской семье, после него родились еще двое ребятишек, но выжили всего восемь.

Видимо, судьба была не особо милостива к семье Калашниковых – в 1930 году главу многочисленного семейства Тимофея Александровича признали кулаком и выслали в Сибирь. А его сын после окончания семилетки вернулся на Алтай, в
Курью. Когда Михаилу исполнилось 18 лет, он перебрался в Казахстан, устроился учетчиком депо станции Матай Туркестано-Сибирской железной дороги, что затерялась среди песчаных барханов нынешнего Аксуского района Алматинской области.

Осенью 1938 года его призвали в Красную армию, попал в Киевский особый военный округ. Окончив курсы младших командиров, получил специальность механика-водителя танка и был направлен в танковый полк одного из городков Украины. С ранней молодости у Михаила Калашникова проявлялись способности к новаторству, а во время армейской службы он создал комбинированный счетчик моторесурса танка.

Изобретение молодого солдата вызвало интерес у командующего округом генерала армии Георгия Жукова, и он командировал Калашникова для изготовления опытных образцов в Киевское танковое техническое училище, затем для сравнительных испытаний – в Москву, а потом для доработки счетчика и запуска его в серийное производство – на один из ленинградских заводов.

Этот прибор стал первым изоб­ретением молодого танкиста Калашникова, рекомендованным к серийному выпуску еще в 1940 году, но организовать его производство, к сожалению, не успели. Началась Великая Отечест­венная война.

Уже в самом ее начале, в октяб­ре 1941 года, командир танка старший сержант Калашников был тяжело ранен под Брянском и попал в госпиталь. Там он впервые по-настоящему загорелся идеей создания своей собственной модели пистолета-пулемета. Начал делать наброски и чертежи, читал книги в госпитальной библиотеке. Как позже вспоминал Михаил Тимофеевич, в создании нового оружия ему пригодились советы лейтенанта-десантника, с которым познакомился в госпитале, тот до войны работал в одном из закрытых КБ и хорошо знал системы стрелкового оружия.

Казахстанский след

После госпиталя Михаил Калашников был отправлен на реабилитацию в шестимесячный отпуск. А вот как дальше складывалась его судьба, я прошу рассказать главного эксперта Архива Президента РК Евгению Чиликову.

– Когда Калашников получил шес­тимесячный восстановительный отпуск, то поехал не домой, а сошел на станции Матай, где работал до войны, – говорит Евгения Чиликова. – Тогда паровозное депо казалось ему «настоящим техничес­ким раем», там он научился всему тому, что потом так пригодилось в армии. Там были старые товарищи, друзья-мастера, настоя­щие умельцы. Изобретатель решил, что они помогут справиться с той почти непосильной задачей, которую он перед собой поставил. Так началось конструирование и изготовление пистолета-пулемета Калашникова.

В мае 1943 года Калашников, работая над своим изобретением, провел пробные стрельбы, после чего был вызван к начальнику отделения НКВД станции Матай, где у конструктора отобрали оружие и запретили проводить подобные эксперименты.

За помощью в решении этой проб­лемы старший сержант Калашников обратился в ЦК КП (б) Казахстана. Михаил Тимофеевич писал: «Исходя из того, что некоторые люди боятся ружейного выстрела и совершенно безопасные поступки конструктора увеличивают в своих глазах в тысячи раз и придают им тень небывалого страха, как-то П-к заявил: «Вы знаете, что оружие и незаряженное стреляет, или, хуже того, у портного раз в году аршин стреляет». Конечно, если придерживаться такой точки зрения, если мы будем бояться старого, то никогда не сделаем ничего нового, но моя точка зрения совершенно противоположная. Я твердо и нас­тойчиво буду испытывать новый образец в самых разнообразных условиях местности, обеспечивая полную безопасность испытаний. А на отстрелке я ни в какой мере не собираюсь экономить патроны, о чем мне не раз напоминали в Артуп­равлении, а наоборот, буду стрелять столько, сколько потребуется для достижения намеченной цели. Кроме того, я должен авторитетно сказать, что такого места для отстрелки оружия, как в Матае, вряд ли мы сыщем на любом артиллерийском полигоне, тогда как, отойдя от станции на некоторое расстояние, можно вес­ти огонь хоть на 50 километров, так как кругом пески и никаких полевых работ в этой местности не производится и население не имеется. Поэтому, исходя из вышеизложенного, в целях быстрейшей доработки опытного образца прошу Вашего указания о немедленном возвращении мне пистолета ТТ, крайне мне необходимого».

Распоряжения сверху были сделаны незамедлительно.
Энкавэдэшник получил предуп­реждение о невмешательстве в работу изобретателя.

Но, несмотря на контроль и поддержку работы со стороны
ЦК КП (б) Казахстана, изобретателю приходилось буквально «с боем» решать вопросы своего прожиточного минимума. Он шлет секретарю ЦК КП (б) Казахстана Койшигулову, курировавшему оборонную промышленность республики и одновременно возглавлявшему Республиканскую комиссию при ЦК КП (б) Казахстана по военным изобретениям, телеграмму за телеграммой.

«Вы меня не раз предупреждали о моей молчаливости, но вот, наконец-то, вышло мое терпение... Мне обещали, говоря: «Езжайте спокойно и работайте, все будет сделано, пришлем переводом». Но, как видите, сегодня 20 июля (1943 года), а я до сих пор не получал ни копейки с 1 марта с. г. И как Вы думаете, можно ли дальше так работать? Я со своей стороны сделал все, что смог, и сейчас продолжаю испытывать образец, но вышеуказанные обстоятельства вынуждают меня оставить это и пойти на производство, чтобы заработать себе на существование».

Сначала ему было отказано в зарплате и предлагалось едино­временное пособие в 750 рублей, выделенное управлением железной дороги. Естественно, в условиях военного времени изыскать финансы на оружие, еще не прошедшее апробации, было сложно. Но Калашников своей дерзостью и настойчивостью, своим стремлением не отступать перед трудностями сумел заинтересовать руководство республики.

9 сентября 1943 года он получил правительственную телеграмму: «Вопрос зарплаты разрешен положительно. Немедленно выезжайте в Алма-Ату вместе с образцом вашего изделия».

Из Матая Калашников был командирован в Алма-Ату, где у него появилась возможность совершенствовать свое изобретение в учебных мастерских эвакуированного сюда Московского авиационного института. В сентябре 1943 года, получив материальную поддержку, неугомонный конструктор вновь обращается с письмом уже к уполномоченному Комиссии партийного контроля при ЦК ВКП (б) по КазССР Кузнецову, пытаясь устранить еще одну несправедливость. По мнению Калашникова, к награде за разработку и изготовление опытного образца пистолета-пулемета были представлены добросовестные работники, «однако более заслу­живающие награды товарищи остались в стороне, как то:

1. Суслов В. И. – начальник инструментально-мерительной лаборатории МАИ, где происходило изготовление последнего образца, на плечах которого лежала вся организационная работа и благодаря которому было обеспечено быстрое и качественное изготовление образца.

2. Кучинский В. В. – студент МАИ, принимавший самое активное участие в конструктивной разработке всех трех образцов пистолета-пулемета и вместе со мной руководивший работой до последнего дня изготовления образцов.

3. Жданов В. Н. – слесарь Карачаровского завода с любовью и личной инициативой относился к порученной работе, не считаясь со временем, участвовал в изготовлении последнего образца (с начала и до окончательной отделки)».

Позже в своих мемуарах Михаил Тимофеевич писал о героях этого письма – и награжденных, и оставшихся без поощрений – как о людях, выросших в крупных специалистов и настоящих ученых, дружбу с которыми он поддерживал на протяжении всей своей жизни.

В октябре 1943 года Калашникова направили в Самарканд к Павлу Семеновичу Курбаткину, командую­щему Среднеазиатским военным округом. Там его образец ручного пулемета под винтовочный патрон калибра 7,62 мм был представлен Анатолию Аркадье­вичу Благонравову, ведущему советскому ученому в области механики, академику, заместителю начальника Артиллерийской академии им. Ф. Дзержинского. По словам Калашникова, его отзыв открыл путь изобретателю-самоучке к профессиональной конструкторской работе.

Правда, по результатам полигонных испытаний пистолет-пулемет преимуществ не показал, и Калашников начал работать над другими видами стрелкового оружия. С 1945 года он трудился над созданием автоматического оружия под патрон образца 1943 года.

После войны, в 1949 году, вышло правительственное постановление о принятии АК образца 1947 года на вооружение и запуске его в массовое производство на Ижевском машиностроительном заводе. Тогда же старший сержант Калашников был удостоен за свое изобретение Сталинской премии первой степени и ордена Красной Звезды. И хотя образцы, сконструи­рованные в Казахстане, так и не были приняты на вооружение, и, по словам конструктора, они даже «отдаленно не напоминают конечный результат» автомата Калашникова, но именно они, первые его детища, стали конструктивной базой легендарного АК.

Оружие для солдата

Уже в преклонном возрасте Михаил Калашников в одном из интервью так объяснял секрет успеха своего автомата: «Солдат сделал оружие для солдата. Я сам был рядовым и хорошо знаю трудности, с которыми сталкиваются в солдатской жизни. Когда дорабатывалась его конструкция, я бывал в военных частях, консультировался со специалистами. И солдаты говорили мне, что их устраивает, а что нужно доработать. Получилось простое, надежное и эффективное оружие. АК работает в любых условиях, безот­казно стреляет после того, как побывает в земле, болоте, упадет с высоты на твердую поверхность. Он очень простой, этот автомат. Но хочу сказать, что сделать простое иногда во много раз сложнее, чем сложное».

Впоследствии на Ижевском машиностроительном заводе на базе конструкции АК под личным руководством Калашникова были разработаны десятки опытных образцов автоматического стрелкового оружия. В 1971 году по совокупности исследовательско-конструкторских работ и изобретений Калашникову была присвоена ученая степень доктора техничес­ких наук. Он стал академиком 16 различных российских и зарубежных академий. Имел 35 авторских свидетельств на изобретения.

В 1956 году ему было присвоено звание «техник-лейтенант», а спус­тя 10 лет – звание «майор техничес­кой службы». В 1967 году Михаилу Калашникову было присвоено звание подполковника, а спустя два года – полковника. В 1994 году он стал генерал-майором, а в
1999-м – генерал-лейтенантом.

До конца своих дней Михаил Тимофеевич жил очень скромно. Но и сама страна тоже многое недополучила за его гениальное изобретение, потому что за бесценок продавала лицензии на изготовление автомата Калашникова.

На вопрос, не сожалеет ли он о том, что не нажил особых богатств, Калашников отвечал: «Нельзя все мерить деньгами. Для меня самое дорогое, когда люди говорят: «Ваше оружие спасло мне жизнь!» Зачем мне миллионы? Я и так живу хорошо».

Михаил Калашников ушел из жизни 23 декабря 2013 года на 95-м году. Похоронен в пантеоне героев Федерального военного мемориального кладбища.