Спешите делать добрые дела

Инициатором его создания является общественное объединение "Психоаналитическая ассоциация", в последние годы ведущее несколько проектов, в которых его бенефициарами являются люди с психическими расстройствами.

Говоря о том, почему же она – психоаналитик с большой практикой – решилась взяться еще и работать с людьми, страдающими нарушением психического здоровья, президент ассоциации Анна Кудия­рова рассказывает:

– Трудясь в этой сфере, рано или поздно сталкиваешься с теми, кому очень нужна наша профессиональная помощь, но у них нет денег на личные консультации и индивидуаль­ные встречи. Мое желание работать с ними можно расценивать как угодно – долг перед Богом, проявлением гуманности, суть от этого все равно не поменяется: это хорошее благое дело – помогать самым обездоленным, униженным и уязвимым. А поскольку ассоциация психоаналитиков являет­ся общественным объединением, то мы, чтобы заработать денег для работы с этой категорией людей, стали участвовать в конкурсах, объявляемых разными фондами.

Сейчас ассоциация активно ставит вопрос о том, чтобы наше общество ушло от использования слова "инвалид".

– Invalid в переводе с английского обозначает испорченный, не имеющий законной силы, – говорит Анна. – Так называют, например, паспорт, ставший в силу разных причин недействительным. Цивилизованные страны, считая это и унизительным, и оскорбительным для людей с ограниченными возможностями, давно оказались от invalid, заменив его disable (неполное использование человеком своих способностей). У нас же, вкладывая в слово invalid стигму, то есть запланированную дискриминацию, особую метку, как бы заранее стремятся задеть побольнее душу не такого как все человека. Особенно тяжело детям, их хрупкая психика не готова воспринимать как данность ту реальность, в которой им выпало жить. При этом взрослые часто оказываются гораздо жестче и непримиримее к ним, чем сверстники. Мамы признаются, что если они выводят своих детей, обреченных сидеть в коляске, гулять на улицу, то женщины не могут сдержать разд­ражения: мол, наши дети будут пугаться.

Люди с ментальными нарушения­ми еще уязвимее, считают психологи. Они отмечают, что даже сами слова, где есть корень "псих" – психолог, психоаналитик, психотерапевт, психиатр, – вызывают у большинства страх, отвращение, брезгливость. А поскольку первая задача психоаналитика – работать с теми, у кого больна душа, то Ассоциация психоаналитиков, решив внести свою маленькую каплю в преломление ситуации, организовала клубный дом, где часто проходят бесплатные тренинги с учас­тием людей с ментальными нарушениями и обычных алматинцев, и гостей нашего города. Атмосфера на них складывается неизменно теплая и дружественная.

– Благодаря горожан за то, что они поддержали нашу инициативу, мы иногда говорим, что в тренинге принимали участие ребята из Дома-интерната для психохроников, и все начинают оглядываться: "А где они?" – продолжает Анна Кудиярова. – Ситуация, в общем, как в знаменитом историческом анекдоте. Как-то у немецкого ученого-энциклопедиста, барона Александра фон Гумбольдта, возникло странное желание познакомиться с нас­тоящим сумасшедшим. Его друг из Парижа, психиатр, пообещал познакомить его с одним из своих пациентов. В следующий свой визит в столицу Франции Гумбольдт встретился со своим другом в ресторане. Тот пришел в компании двух мужчин: один – разумный, воспитанный, малоразговорчивый и другой – чрезвычайный экстраверт, эксцент­рик в разговоре, экстравагантно и слегка небрежно одетый, беспрерывно болтающий. В конце обеда довольный Гумбольдт отозвал свое­го друга и сказал ему, указывая на болтуна: "Твой сумасшедший прос­то восхитителен! Я отлично провел время". "Но сумасшедший тот, другой, – ответил врач. – А человек, на которого ты указал, это господин Оноре де Бальзак". Но вернусь к клубному дому. Со временем мы поняли, что тренингов и встреч, которые проходят там, мало. И мы подумали: а что если часть наших бенефициаров после психологической реа­билитации интегрировать в общество, обучив и дав им работу? Ведь что такое самостоятельный гражданин нашего общест­ва? Это тот человек, который может сам себя содержать. На пособие, которое они получают от государства, чувствовать себя таковым очень трудно, хотя если взять статистику, то государство тратит ежегодно триллионы тенге на содержание психодиспансеров и других учреждений закрытого типа, предназначенных для людей с психическими нарушениями.

Когда я прошлой осенью вышла в социальные сети с идеей организовать инва-кафе, эта идея нашла очень хороший отклик. Нашлись и фонды, готовые поддержать нас, есть уже и название – "Тренинг-кафе". Осталось дело за главным – за помещением. А ребята, наши бенефициары, пройдя в клубе специальную подготовку, уже сейчас готовы приступить к работе – часть из них будут поварами, часть – официантами, часть – техническими работниками. Что касается ключевых позиций, то эти сотрудники, начиная от охранника и кончая админист­ратором, будут дипломированными психологами. Поскольку у нас особая категория работников, то мы должны поддерживать их где словом, где взглядом, где тренингами. И если через несколько месяцев наше кафе станет самоокупаемым, значит, наши усилия были не напрасными. Но для начала, повторюсь, нам нужно найти недорогое помещение. Сейчас наша команда день и ночь находится в его поисках.

Название "Тренинг-кафе", по словам Анны, не новое. Оно давно уже прижилось в Праге, Тель-Авиве, Люблине, Стамбуле, Америке... И вот теперь первое такое заведение, где будут работать люди с ментальными нарушениями, появится и в Центральной Азии. Открывая его, организаторы ставят перед собой амбициозную задачу: через совместные тренинги, обсуждение разных событий, происходящих в социуме, повернуть большую часть общества к небольшой группе людей с очень уязвимой психикой, и научить и тех, и других не бояться друг друга. Многочисленные друзья Анны в социальных сетях уже активно интересуются: "Где же это кафе? Мы готовы прийти туда попить кофе".
Будут ли посещать кафе люди, которые получают пособие с расстройствами не ментального, а физического здоровья?

– Это вопрос времени и денег. Мы заранее приносим извинения, но на первых порах мы не можем позволить себе пандусы, – честно ответила Анна. – А вообще в наших планах сделать "Тренинг-кафе" местом встречи всех людей с особыми потребностями, проживающими в нашем городе. А планов и идей у нас – громадье. Каспий банк дает нам компьютерный класс, и как только кафе начнет приносить прибыль, мы намерены сделать такие программы, чтобы слабовидящие и слабослышащие люди могли прийти и посидеть в Интернете. Вполне возможно, что то помещение, которое, я уверена, мы вот-вот найдем, сразу будет приспособлено под это. Хозяин Стамбульского "Тренинг-кафе", с которым мы так же, как и с другими иностранными коллегами, поддерживаем связь, при последнем разговоре по скайпу, услышав воп­рос, как это ему удалось открыть кафе в центре Стамбула, рассмеялся: "Без поддержки мафии это было невозможным". А потом очень серьезно добавил, что без помощи государства и частного бизнеса в таких делах не обойтись. И мы сейчас активно выходим на акимат. Услышаны мы были быстро. Уже через несколько дней после того, как наше письмо было размещено на сайте мэрии, депар­тамент внут­ренней политики, активно призывающий НПО выходить на них со своими идеями, пригласил нас на встречу. Если все пойдет по плану, то сразу после празднования Наурыза мы и откроем "Тренинг-кафе", которое будет обслуживаться людьми с нарушениями метального здоровья.

Анна уверена, что если и у нас начнут помогать самым слабым и уязвимым людям, то со временем это станет добрым символом нашего города, и, рассказывая о достопримечательностях Алматы, гиды обязательно укажут, что здесь есть особое "Тренинг-кафе".

– Оно, возможно, станет тем самым местом, где любой из нас может проявить свою гуманность и милосердие, – мечтает она. – И в то же время хотелось бы, чтобы люди приходили выпить чашку кофе не из жалости к людям с ограниченными возможностями, а потому, что в этом кафе вкусный кофе и хорошее обслуживание. Известно ведь, что век денег, сделанных на одном только сострадании, недолог. Отзывы алматинцев "Как здесь здорово!" будут вкладом во взращивание самооценки наших бенефициа­ров. И вполне возможно, что некоторые из сотрудников, накопив опыт и первоначальный капитал, отделятся от нас, чтобы открыть свои собственные кафе.