​Тегеран-16

(Окончание. Начало в № 144)

Первое, что бросилось в глаза – еще по пути из аэропорта, – граффити на фасадах и ограждениях. А еще – нарисованные портреты людей и фотографии – постеры. Что, казалось нам прежде, несовместимо с канонами строгого ислама. По этому поводу даже в нашей группе возникла дискуссия. Но, пройдясь по дворцам и улицам, бутикам и магазинам, музеям и базарам, чуть-чуть прикоснувшись к истории сказочной Персии и современного Ирана, поняли, как мало мы знаем о стране, в которой так много исторических плас­тов и диаметрально противоположных чередующихся полос общественного устройства.

Красавицы и щеголи

Из неожиданного: журналы с полуобнаженными красавицами на лотках торговцев. Манекены – как правило, европейской наружности – в витринах магазинов. И там же выставленные глубоко декольтированные платья. Множество бутиков, которые идут рядами однотипных товаров. В смысле – ряд женской одежды, ряд сувениров, ряд техники. Мы жили на улице преобладания магазинов мужской одежды. И хотя в пятницу (жума!) большинство торговых точек и базаров, в том числе самый большой Центральный базар, не работали, все бутики с мужской одеждой были открыты. Как мы приметили, почему-то именно эти магазины работали чуть ли не круглосуточно. Наверное, иранцы – щеголи…

За рулем авто – и мужчины, и женщины. Но в общественном транспорте четкое разделение: одна половина занята только мужчинами, вторая – женщинами. В большинстве кафе официанты – мужчины. Но неверно думать, что женщины сидят по домам. Они весьма активны, и очень красивых работающих иранок мы встречали за прилавками, в гостинице, в музеях, в ресторанах.

Без туманов – рИальные миллионеры

В Иране национальная валюта – риалы. Их можно приобрести за наличные доллары в обменниках, которых тут немало, начиная с аэропорта. И этот обмен – возможность почувствовать себя миллионером: за свои 100 долларов я выручила 3 млн 490 тыс. риа­лов. Кстати, довольно легко соотносить цены с тенговыми: просто делить на 100.

Впрочем, спустила я миллионы стремительно: отличные иранские фисташки недешевы – за килограмм взяли 720 тыс. риалов. Остальное ушло на финики. Они необыкновенные, сочные...

Кстати, впервые в жизни мы наблюдали здесь валютную биржу… на ступеньках близ базара. Это не черный рынок. Это законная, легальная торговля валютой. Ну а базарный интерьер – это такая специфика. Какое-то время мы могли наблюдать это действо: один продавец выкрикивает номинал, а люди из очень густой толпы – здесь были только мужчины – называют свою цену. Окончания торгов мы не застали, но живописную сцену сняли. Кстати, на фотографии видны мужчины с пластырями на лице. Это не то, о чем вы подумали. Просто многие иранцы делают пластику лица, исправляя нос. Щеголи, право слово!

Путешествуя по Ирану, не стоит пока рассчитывать на платежную карту. Банкоматы тут на каждом шагу. Но системы локальные. Ожидает­ся, что международные платежные системы скоро сюда вернутся, и иранцы в полной мере восстановят связь с финансовым миром. Этого ждут туристы, а еще больше – бизнес. Так что наличные в Иране пока более уместны.

Стоит запомнить, что в наличном обороте есть еще туманы. Один туман – это 10 риалов. Туристы путаются в этой валюте, ведь практически все надписи на банкнотах на фарси. Поэтому не грех будет вначале определиться, в какой валюте торг идет и какая валюта имеется в наличии...

Еще одна характерная для Тегерана особенность – на каждом шагу специальные однотипные ящики для сбора помощи бедным. Любой человек может подойти и опустить туда монету или купюру. К слову, распределяет эти средства государство. Вернее, городские власти.

Ну и невозможно не заметить в городе многотысячную армаду мотоциклистов. Они снуют повсюду, развозя обеды, товары, корреспонденцию, людей. Это местный кураж, который может пугать приезжих и восхищать тех, кто решится промчаться по Тегерану с ветерком. Огромное сообщество со своими «парковками», правилами и «шутками». Проехавшийся в миллиметре от туфли пешехода лихач вызовет восхищенный смех его коллег. О реакции пешехода умолчу…

Печать веков, печать событий

Иран – колыбель цивилизаций. Это ощущаешь повсеместно. Но, гуляя по Тегерану, трудно отделаться от впечатления, что в архитектурном смысле город (но не его историческая часть) застыл где-то на рубеже 80-х годов прошлого века. Отчасти это верно, поскольку после Иранской революции страна выбрала свой путь, отличный от глобальной западной магистрали. Страна очень самобытна. Ее ремесла, искусство, уклад в конце прошлого века легко продолжили собственный вековой тренд, оставив тренд глобальный на обочине. И этим страна привлекательна для уставшего от глобализации туриста. Сувениры, ткани, украшения, домашняя утварь – это все сделано в Иране. Выбор огромен, а вещи очень самобытны.

В Тегеране и Иране туристов ожидает масса открытий. Обязательно стоит посетить телевизионную башню Бордже Милад (с персидского – «Рождение»). Это самое высокое здание в Иране – 435 метров. Ее автор – архитектор Мохаммад Реза Хафези. Башня – шестая по высоте в мире. Она расположена на холме, чем напоминает Алматы, и с нее открывается прекрасный вид на Тегеран. Обязательно стоит побывать в Национальном музее Ирана, где хранятся археологические находки доисламского Ирана, а также в Исламском музее. Это позволяет понять историю страны.

Здесь можно просто гулять – в городе только парков около 800. Не оставит равнодушным туриста и посещение шахского Дворца Голестан (Сад роз). С 1894 года здесь расположен художественный музей с уникальной коллекцией произведений известных иранских художников и графиков двух предыдущих веков. Кстати, увиденные там портреты разрешили наш спор об изображениях людей в исламе: в Иране их рисовали издревле.

Вековая загадка – на века

После выхода Ирана из-под санкций страну-загадку наверняка захотят посетить многие. Но вначале в него должны зайти туроператоры. Туры сюда должны выстраиваться с учетом специфики страны. Наверняка эти турпрограммы будут интересны профессиональным историкам, археологам, востоковедам, иранистам.

Обычных туристов поездки увлекут, но при наличии гидов, говорящих не только по-английски или на фарси, но и на казахском или русском языках, а также при грамотно составленных турпакетах. Здесь многое есть для отдыха – море, парки, историчес­кие достопримечательности, подлинные древности. Но их богатство рядовому путешест­веннику смогут открыть квалифицированные и высоко эрудированные профессионалы.

Например, нам очень хотелось побывать в резиденции, где в 1943 году встречались союзники по антигитлеровской коалиции – Сталин, Черчилль и Рузвельт. Но выясни­лось, что она находится на территории посольства РФ. А в комнате, где спал Сталин, ныне отдыхает российский посол. Но это – эпизод в мировой истории. Древняя же Персия и ее богатейшее наследие – это подлинная, до конца неразгаданная загадка цивилизаций на многие века.

Нет преград для бизнеса

Но для бизнеса, для предпринимателей, как представляется, теперь, с открытием регулярного рейса «Эйр Астаны» и снятием международных санкций, никаких преград нет. Как рассказал нам при встрече Мохаммад Мирзаи, иранский ученый, предприниматель из FARASABZ Com, возможности партнерства для двух наших стран огромные.

Господин Мирзаи – создатель и владелец ряда патентов на формулы и технологии для производства химической продукции. В частности, моющих средств. По его патентам налажено производство не только в Иране, но и в Пакистане, Афганистане, Казахстане. Одно из таких производств уже есть в Шымкенте. Это линейка косметических и моющих средств под общим брендом Light. Другое производство развивается в Талдыкоргане. Как говорит ученый, эти продукты будут выпускаться под брендом Folora в ближайшем будущем компанией Amanat-Kazyna.

По делам ему часто приходится летать в Алматы. Сейчас он помогает налаживать производство, ведет курсы для казахстанских сотрудников. Он рад тому, что новый регулярный рейс национального перевозчика Казахстана связал наши страны. Прежде был только один иранский рейс в неделю между странами. Что было не очень удобно для ведения бизнеса. С тремя еженедельными рейсами «Эйр Астаны» бизнес станет вести проще. А в целом, уверен он, это будет способствовать укреплению деловых и дружеских связей народов двух стран.