​История «запретной» золотой медали

Их, героев прошлых лет, мы увидели на трибунах Центрального стадиона Алматы. Один из гостей наших состязаний – прославленный казахстанский марафонец Виктор Краузе, приехавший из Германии в любимый город через 30 лет после расставания с ним. И через 45 лет после выигрыша главной медали в своей спортивной карьере. С чемпионом Советского Союза 1973 года мы прямо тут же, на трибуне, вспомнили те далекие годы.

– Виктор Иванович, в первой половине июля 1973 года в Моск­ве одновременно проводились и чемпионат Советского Союза, и Всесоюзные спортивные игры молодежи по легкой атлетике. И Вы в одном забеге выиграли сразу две золотые медали. Расскажите об этом.

– Да, тогда мы, молодые спортс­мены, вели борьбу на дистанции и между собой, и со своими старшими товарищами. Мне было 23 года, а марафон я бежал всего второй раз в жизни! На первом марафоне в Калининграде выполнил норму мастера спорта, на втором – стал чемпионом СССР…

В Москве никто не ожидал от меня такого результата, даже я сам. Наверное, здесь счастливо сложились сразу несколько обстоятельств. Первый же удачный старт того года был у меня зимой, на первенстве ВЦСПС в беге на 25 километров в Ферганской долине. А потом еще несколько приличных результатов. Так что надежды что-то серьезное показать в Москве во мне теплились.

– А Вас можно назвать первопроходцем в казахстанском марафонском беге?

– Первопроходцем я себя не считаю, просто мне удалось первому выиграть столь престижные соревнования, как чемпионат СССР. А первопроходцами были такие сильные бегуны, как, например, Дамир Мухамедзянов, у которого я многому научился, вместе с которым готовился к чемпионату и Молодежным играм. Мы вместе тренировались в Пржевальске. Опираясь на теоретический и практический опыт старших товарищей, на их знания, я хорошо подготовился к главному забегу года в Москве. Мы много обсуждали с Дамиром, как вести себя на дистанции, какие могут возникнуть проблемы и как лучше их преодолеть. К тому же я был хорошо готов физически и психологически. С Мухамедзяновым мы за 10 дней до чемпио­ната СССР неплохо пробежали на иссык-кульской тренировке 30 километров, после чего Дамир сказал: «Теперь я знаю, на что мы способны. Меня в Москве никто колом не вышибет из шестерки сильнейших, а ты подготовлен еще лучше». Тогда я и понял, что натренирован действительно неплохо, поверил, что могу достойно посоревноваться с лучшими бегунами Союза.

– И Мухамедзянов как в воду глядел: сам занял 5-е место, а Вы получили «золото»…

– Но у меня все могло сорваться в самый последний момент. Дело в том, что медики постоянно обращали мое внимание на проблемы с сердцем. Сам я ничего подозрительного не чувствовал, никаких проблем не ощущал. Но врачам, вооруженным электрокардиограм­мами, было виднее: из-за каких-то неведомых мне сердечных проб­лем в детстве не сбылась моя мечта стать нахимовцем, затем меня не взяли служить в Советскую армию… И в Москве перед самым забегом медики получили данные ЭКГ, которые исключали возможность моего участия в чемпионате страны. Представляете мое состояние: столько готовиться, набрать такую прекрасную спортивную форму и остаться без шанса на победу!

Расстроенный, я подошел к представителю нашей команды Николаю Сорокину и все рассказал. «Готовься к забегу, иди на старт, – ответил тренер. – Я беру всю ответственность на себя». Ничего я тогда не понял: какую ответственность берет он на себя, как потом будем выпутываться из этой ситуации? Но очень уж хотелось участвовать в соревнованиях, и я пошел побеждать.

– На финише дистанции у Вас не все получилось, как хотелось бы. Тогда у представителя «Локомотива» Виктора Краузе и марафонца из пермского «Буревестника» Юрия Великородных оказалось совершенно одинаковое время – 2 часа 17 минут 14,6 секунды. Вам победу присудил только фотофиниш…

– А я, между прочим, буквально на последних сотнях метров хотел было сойти с дистанции. Подумал: что мне делать на финише, если я не был допущен даже на старт? Но жажда борьбы, азарт соревнования и нежелание сдаваться на милость победителям взяли верх. И я боролся до последних сотых секунды.

– И какой была развязка этой, с одной стороны «криминальной», с другой – жизнеутверж­дающей, оптимистической истории?

– Тренер серебряного призера чемпионата СССР Юрия Великородных пошел доказывать неправоту моего участия в забеге, дошел аж до заместителя председателя Спорткомитета СССР Анатолия Колесова. А тот, подумав, ответил: «Вот если бы вы обратились ко мне перед стартом марафона, я бы, безусловно, отстранил Краузе от участия в чемпионате. А теперь, после его победы, после всего того, что он натерпелся на дистанции 42 километра 195 метров, что пережил в психологическом плане, ничего предпринимать не буду. Победителей не судят!»

– Вы еще долго после той победы бегали марафоны?

– Закончил спортивную карьеру в 1980 году, потом перешел на тренерскую работу. Готовить я начал и мужчин, и женщин. Дослужился до званий заслуженного тренера Казахской ССР и заслуженного тренера СССР. Мои­ми воспитанницами на каком-то этапе были и Зоя Иванова, и Надежда Гумерова, и Татьяна Гриднева, и другие известные в стране мастера марафонского бега. Зоя Иванова, например, была серебряным призером чемпионата мира, выиграла крупные международные соревнования «Дружба-84», которые социалис­тические страны проводили вместо Олимпийских игр в Лос-Анджелесе. Она же нес­колько раз подряд становилась чемпионкой Советского Союза, в том числе и первой чемпионкой СССР в этой легкоатлетической дисциплине.

– Когда и как Вы уехали в Германию, как в дальнейшем складывалась Ваша жизнь?

– В Германию мы уехали в 1988 году. Окончили с женой школу физиотерапевтов, скажем так, переучились на физиотерапевтов. В Германии полистали наши дипломы, посмотрели, какие у нас были предметы в инс­титуте физкультуры. Увидели – анатомия, физиология… И предложили учиться по-новому. Три года. Потом мы два года работали в большой клинике, затем, когда накопили достаточный опыт, воспользовались таким положением, что после двух лет работы ты можешь открыть свою частную практику. Открыли свою физио­терапевтическую практику по реабилитации. Работали вдвоем с женой. Сейчас мы на пенсии, но по этой же специальности продолжаем дальше трудиться. У нас большой дом: внизу – рабочее мес­то, а на втором этаже мы живем. Двое детей, есть внуки – мы всем в этой жизни довольны…