Христо Кючуков: «Языки надо учить по любви»

«Знать много языков — значит иметь много ключей к одному зам­ку», – считает наш собеседник Христо Кючуков, доктор педагогических наук, профессор, нейролингвист, специалист в области детского двуязычия, межкультурного образования, социальной работы и социальной педагогики, консультант секции «Психолинг­вистика» Института языкознания им. А. Байтурсынулы.

– В Казахстане билингвальность – явление весьма распространенное. А для ребенка два разных языка – хорошо или плохо? Сможет ли он овладеть языками в равной степени, и пойдет ли это ему на пользу? Отличается ли как-то сознание билингвов от людей, владеющих одним языком?

– Конечно, у людей, владеющих несколькими языками, абсолютно другое развитие сознания, нежели у тех, кто говорит лишь на одном. Психологи установили: у детей, с раннего возраста изучающих два, три языка, очень высокий интеллектуальный коэффициент (IQ).

Билингвизм, конечно, полезен, но при этом очень важно, чтобы дети в раннем возрасте усваивали именно родной язык. Его надо очень хорошо знать, постоянно слышать и совершенствовать. Часто он отличается от официального.

Бывает и такое, что язык семьи не воспринимается таким же престижным, как официальный язык государства, и тогда у ребенка случается внутренний конфликт. Он воспринимает мир через родной язык – видит, слышит, говорит, чувствует – это первично, и лишь потом начинает писать и читать.

Политика государства должна брать во внимание языки меньшинства и обеспечивать их развитие. Но, к сожалению, не все понимают, как это важно. Детям, владеющим несколькими языками, в будущем открываются дополнительные возможности и перспективы. Говоря на двух языках, ребенку приходится быстро переключаться с одного языка на другой. Таким образом формируются новые нейронные связи, развиваются интеллектуальные способности, память, сооб­разительность, логика.

– Как известно, под Вашим руководством в Казахстане было проведено психолингвис­тическое исследование детей 3–6 лет. Расскажите подробнее об этом опыте, какие цели и задачи перед Вами стояли?

– Подобные исследования я провожу во многих странах. В Казахстане это делали впервые. Вообще, основа развития речи – это формирование словарного запаса, развитие мелкой моторики, рисование, лепка, иные развивающие занятия. Мы хотели установить, как дети понимают психолингвистичес­кие задания, которые связаны с развитием языка и мышления, какова связь между степенью развития мышления и степенью развития языка.

Исследование в Казахстане стало первым психолингвистическим исследованием, проведенным с детьми в возрасте 3–6 лет. Мы использовали передовые методы психолингвистики. Основная цель – наблюдение связи между сознанием и языком казахских детей, говорящих на казахском языке.

Мы показывали им серию картинок для развития нарративности речи (умение рассказывать). И в конце задавали вопросы, связанные с теорией мышления. В Казахстане с казахскими детьми на казахском языке до нас этого не делал никто, поэтому для меня данное исследование было очень важным и интересным.

После проведения исследования пришли к выводу, что необходимо внедрять новые методики преподавания языка в дошкольных учреждениях. Изыскания мы обязательно продолжим.

– Интерес у мирового сообщества к нашей стране растет. Известно, что казахский язык будут преподавать в Оксфорд­ском университете. Как, по Вашему мнению, можно поспособствовать тому, чтобы в мире формировался интерес не только к стране, но и к казахскому языку?

– Сегодня люди во всем мире интересуются тем, что же это за страна такая – Казахстан, какие там живут люди и на каких говорят языках. Развитие и внед­рение казахстанского трехъязычия – очень дальновидный ход в государственной политике. Ведь помимо билингвов через пару десятков лет вас ожидает поколение трехъязычных граждан с очень высоким IQ и развитым уровнем мышления, а это огромное преимущество, особенно перед теми странами, где пытаются возвысить один язык, принижая значение других.

Надо стремиться не подавлять какой-то язык, а развивать дополнительно и другие языки. В Казахстане придерживаются именно такой мудрой политики.

Развивая интерес к стране, государство автоматически развивает интерес к языку. Мир меняется, и все чаще люди поворачиваются в сторону тюркского мира. Казахский язык – аттрактивный, он вызывает интерес не только у ближайших соседей.

А преподавание казахского языка в Оксфордском университете – это как раз и есть проявление мирового интереса к языку и стране. Это очень важный шаг в развитии Казахстана, в представлении миру своего языка и культуры.

Считаю это важным научным новшест­вом с точки зрения социо­лингвистики и психолинг­вистики.

Казахский народ – очень творческий и талантливый, песни казах­станцев разлетаются по всему миру, а это пиар. Спортсмены – это тоже пиар. Плоды уже видны.

– Существует мнение, что, выучив хотя бы один неродной язык, человеку будет гораздо легче изучать другие. Так ли это? Вы, как известно, владеете восемью языками. В каком возрасте их изучали и с каким было сложнее всего?

– Я родился и вырос с тремя языками – это турецкий, болгарский, цыганский. Затем были русский и немецкий.

Но немецкий я перестал упот­реблять и очень быстро забыл. Если не обращаться к языку более шести месяцев, он начинает атрофироваться. Впоследствии, когда вернулся к его изучению, испытывал трудности, нелегко давались грамматика и некоторые особенности. На тот момент мне было 48 лет, но я этот язык выучил и довольно сносно владею им сейчас.

Вы правы, когда ребенок растет с несколькими языками, выучить еще один ему проще, это доказано наукой. Владеть языком – это не как на велосипеде: однаж­ды и навсегда. Языками надо пользоваться, постоянно их применять и совершенствовать.

Я владею восемью языками, это правда. Учил их в разные периоды своей жизни. Возрастных ограничений для изучения иност­ранного языка нет. Границы мы сами устанавливаем себе в голове. Мой новый интерес – казахский язык. Хочу при следующем исследовании общаться с детьми на их родном языке. Еще мечта – изучить арабский, хинди и греческий.

– Для некоторых детей языком, на котором они говорят, думают, произнесли первое слово, является русский. Изу­чив казахский, каким он для них будет, сможет ли человек думать на нем?

– Дети, которые говорят на русском и станут изучать казахский, он для них будет вторым. Но это абсолютно не проблема! Они могут знать два языка на одном уровне и станут в итоге билингвами. Для этого, конечно, изучать язык надо с 3, 4, 5 лет, тогда стопроцентно ребенок будет думать на двух языках. Это особенность двуязычных людей.

Билингвы в разных ситуациях думают на разных языках. Тем, кто не владеет в достаточной степени вторым языком, понять это сложно. Но только представьте, как это расширяет сознание и мышление!

Я тоже периодически думаю на разных языках. На английском, если долго говорю на английском. Могу переформатироваться и начать планировать и думать на болгарском. Когда нахожусь среди родственников, используя турецкий, то и думаю на нем.

Способность эта меняется. Даже сны снятся на разных языках.

– Существуют ли единые правила в изучении языков? Что Вы посоветуете нашим гражданам, начинающим изу­чать казахский язык?

– Единых правил не существует. Каждый человек изучает по-разному. У меня лично система такая – приступая к изучению нового языка, прежде всего пополняю словарный запас. Учу очень много слов и, чтобы их запомнить, каждое пишу десять раз. У меня образное мышление, и если я увижу как слово пишется, то быстрее запоминаю его.

Но есть и другая категория людей – им легче и быстрее пополнять словарный запас и сближаться с языком, слушая, например, песни. Люди, которые хотят изучать казахский, тоже могут использовать этот метод. Он очень многим подходит. Есть мелодия, есть ритм, и человек, даже не понимая значения слов, запоминает их.

Но самое важное – это, конечно, мотивация, понимание – для чего ты изучаешь язык и чего хочешь достичь. И еще очень важно – языки надо учить по любви! Буквально – закрутить с новым языком интеллектуальный роман!