​Летучий спасатель

Вообще в Комитете по чрезвычайным ситуациям Министерства внутренних дел авиация появилась только в 2001 году. Правда, тогда это был авиационный отдел на базе другого республиканского госпредприя­тия. Как самостоятельная же единица Казавиаспас появился годом позже.

– Здесь было всего 2 или 3 самолета, да и те передали из Минис­терства обороны практически по списанию, – рассказывает генеральный директор АО «Казавиа­спас» Комитета по ЧС МВД РК Андрей Косолапов. – Их, конечно, подремонтировали, и они смогли прослужить еще лет 5. Но что значит 3 вертолета для государства общей площадью, превышающей 2 с половиной миллиона квадратных километров?..

Впрочем, главное – дело было начато и авиационный парк пос­тепенно рос, изо дня в день, доказывая свою состоятельность и необходимость при проведении спасательных работ. Ну, действительно, на каком другом транс­портном средстве можно так близко подобраться к пожару, обзорно запечатлеть сложившую­ся картину или помочь пострадавшему, находящемуся вдалеке от цивилизации, добраться без тряски и в максимально короткий срок к нужным врачам в больницу?

– Санавиация – это вообще отдельный разговор. Ведь мы, помогая специалистам прибыть к пострадавшему, тоже вносим свою лепту в его спасение. Счет порой идет на минуты, и здесь многое зависит от умения сконцентрироваться на поставленной задаче, от профессиональных навыков управления вертолетом, – подхватывает беседу пилот с 36-летним стажем Искандар Реджаметов.

По его словам, ситуации бывают разные, и иногда без преувеличения можно сказать, что от решений пилота зависят жизни людей. Дело в том, что Казавиаспас вылетает исключительно по крайне тяжелым случаям, когда без экстренного вмешательства медиков дело может обернуться трагедией. И вот тогда лететь дальше или нет, если вдруг, воп­реки прогнозам, усилился ветер или топливо на нуле, решает уже пилот.

– Ну например, мы летим из точки А в точку В, но из центра нам неожиданно сообщают, что если есть возможность, то по пути нужно залететь в точку С, чтобы забрать пострадавшего. Все ничего, если позволяют климатические условия и вертолет с полным баком, но всего ведь не предусмотришь, – рассуждает пилот. – Конечно, я могу отказаться, сказав, что топливо на нуле или ветер усилился до предельных показателей, но в эту минуту я уже не могу не думать о том человеке и его родных, которые ждут сейчас именно наш вертолет. Вот и приходится молниеносно анализировать ситуацию. Допус­тим, топлива мало, но ветер при возвращении назад будет попутный, и мы за счет этого сможем добиться дальности. Была не была. Ведь на кону жизнь человека, быть может, ребенка.

Когда работа в счастье

Так неравнодушный пилот уже спас не один десяток людей, причем он не просто доставил их в нужное место и время, как выяснилось во время беседы. Искандар Реджаметов, да и не только он один, каждый раз не забывает записывать все номера телефонов врачей и больниц, куда доставил своего пациента, а потом, спустя время, звонит, узнавая о состоянии подопечных.

– Во время работы в Усть-Каменогорске был случай, когда нам пришлось транспортировать мужчину с переломом шейного позвонка. Состояние его было крайне тяжелым, – вспоминает Искандар Расулматович. – И когда я спросил врачей, они сказали, что он находится между жизнью и смертью, и у него не так много шансов выкарабкаться из этой истории. Я взял телефоны лечащего врача и позвонил ему спустя пару месяцев. Каково же было мое облегчение, когда услышал, что этого пациента уже благополучно выписали домой. Вы даже не представляете, какое это счастье, когда понимаешь, что ты помог человеку выжить!..

А между тем это лишь единичный случай из тысячи подобных. Сколько детей, туристов, беременных женщин перевезли на вертолетах Казавиаспаса, уже даже не перечесть. Такие вот под­виги совершаются здесь ежедневно. И героями зачастую становятся тут как медики и спасатели, так и пилоты. Андрей Косолапов в свою очередь вспомнил случай, когда работники Казавиаспаса снимали прямо с воды рыбака с приступом аппендицита. Ситуа­ция осложнялась неустойчивой погодой, впрочем, и с этим пилоты спасательной авиации справились на отлично.

Не случайно в АО говорят, что у них работают только лучшие. Здесь постоянно работают над повышением квалификации летного состава. Ежегодно проводятся плановые курсы для их подготовки, причем не только в Астане, но и на базе российских и европейских центров. Пилоты тренируются на сертифицированных тренажерах, одним из которых, кстати, обзавелись и в КЧС. Этот тренажер позволяет добиться максимальной приближенности к условиям реального полета. В итоге пилоты могут довести до автоматизма свои действия при отказе двигателя, например, или же возгорании на борту.

– Мы предоставляем авиационные услуги в комплексе. То есть отвечаем как за своих пилотов, так и за технику. А это в связи с трагическими событиями прошлого года весьма актуальный воп­рос, – говорит Андрей Косолапов. – Прои­зошедшие крушения вертолетов случились по разным причинам. Но я, как человек, пос­вятивший авиации уже 39 лет, могу сказать со всей ответственностью, что дело здесь не в плохих машинах. Ведь все они имеют сроки службы, допуски. И если они уже дошли до эксплуатанта, то значит прошли необходимые сертификационные испытания.

Большое внимание в связи с этим следует уделять обслуживанию транспортных средств, подготовке пилотов, влиянию метеорологических факторов. Поскольку если все это накладывается друг на друга в одно время и в одном месте, то вероятность трагедии очень высока. При этом определяющей здесь является политика самой авиа­компании, которая не должна экономить ни на покупке зап­частей, ни на подготовке своих специалистов.

Первым делом – вертолеты

На балансе Казавиаспаса сегодня уже 27 вертолетов. Из них 18 еврокоптеров (EC-145), собранных на заводе в Астане по принципу крупноузловой сборки. 5 вертолетов класса Ми-8 и -2, предназначенных специально для тушения небоскребов (Ка32А11ВС), а еще в парке компании есть 2 самых тяжелых вертолета в мире – Ми-26. Несколько вертолетов переоборудованы под санавиацию. Такие амбулансы имеют на борту все необходимые для медицинских манипуляций устройства и соответствуют международным стандартам.

По словам Андрея Косолапова, все эти вертолеты уже показали себя в работе. Они рассредоточены по всему Казахстану, за исключением пока Северо-Казахстанской и Костанайской областей. Что касается частоты вылетов и уровня их опасности, то лидирует здесь Алматинская область, где пилотам приходится совершать полеты в горы, нередко в условиях повышенной облачности, на эвакуацию пострадавших, поиск туристов, для тушения пожаров при помощи вертикальных потоков и мониторинга поведения горных рек.

К слову, Искандар Реджаметов также сейчас работает в южном регионе, охватывая полетами и Алматы, и Шымкент, и Тараз. А в Астане он, как выяснилось, в эти дни оказался, поскольку проходит очередные курсы повышения квалификации летного состава.

– Сложные вылеты у нас, конечно. Но техника не подводит, – говорит пилот Реджаметов. – Здесь вообще машины все относительно новые. Еврокоптерам, например, всего 5–6 лет, да и те под постоянным наблюдением специалистов.

Между тем опыт у Искандара, как бывшего военного летчика, очень большой. Не случайно его называют одним из лучших, ведь на счету у Реджаметова несколько вынужденных посадок, в том числе при отказе двигателя, пожаре во время полета. Видимо, оттого и родные все время тревожатся за него.

– Они, конечно, привыкли, но постоянно волнуются за меня. Особенно мама, которой уже почти 99, – улыбается Искандар. – Каждое утро приходится ей звонить, где бы я ни находился, отчитываться о моем здоровье и настроении.

Кстати, из военных летчиков в спасательную авиацию Искандар Реджаметов перешел частично благодаря нашей газете. Как оказалось, он постоянный подписчик издания, и именно в тот момент, когда увольнялся из армии, прочитал в «Казахстанской правде» информацию о создании авиационного отдела при КЧС. В итоге всего за 2 с небольшим года работы в Казавиаспасе Искандар Реджаметов уже поработал в Северном, Восточном и Южном регио­нах страны, участвуя в эвакуации пострадавших, горно-спасательных работах, тушении разных видов пожаров с воздуха, облете территорий в предпаводковый период, пожароопасный сезон.

Но он лишь один из множества профессионалов, которые ежесуточно заступают на службу в Казавиаспас. И он лишь один из немногих, у кого на счету десятки, а то и сотни спасенных жизней, причем не только граждан РК, но и других государств. К слову, в АО имеется опыт доставки гуманитарного груза в Японию и Пакистан. А кроме того, наши пилоты осуществляли рейсы в Турцию, чтоб доставить на родину пострадавших в ЧС туристов Республики Казахстан.

– Хочу отметить, что наш среднегодовой налет насчитывает порядка 5,5 тысячи часов! Для вертолетной компании это очень серьезно, – подчеркивает генеральный директор АО. – Мы вылетаем по всем типам спасательных операций и ставим перед собой задачи по увеличению и расширению географии наших полетов. Благодаря поддержке государства мы вообще выходим уже на другой уровень.

Так на сегодня поставлен воп­рос о появлении в парке Казавиа­спаса самолетов. Разработана «дорожная карта» по расширению парка в 2 раза, к реализации которой, вполне возможно, приступят уже в 2019 году. А что касается самолетов, то предложение это поддерживают даже на самом высоком уровне. Ведь надо понимать, что на вертолетах все задачи на такой территории решить не представляется возможным. Тем более опыт наличия самолетов у Казавиаспаса уже был. Но тогда эти Ан-12 и Ил-76 уже были списаны другой авиакомпанией. Специалисты немного продлили их срок службы, и они успели выполнить неоднократную переброску личного состава, имущества граж­дан при ЧС. А это, согласитесь, при нашей территории и слабо развитой инфраструктуре дорог в отдельных регионах страны для кого-то может сыграть решающее значение.