Аида Балаева: Новый политический цикл должен стать временем качества

Первые выборы депутатов нового однопалатного Құрылтая обозначили уже следующий этап – практической реализации этих изменений. Теперь эффективность реформ будет оцениваться не только по новым институтам и законам, но прежде всего по тому, как они отражаются на повседневной жизни граждан.

Общество оценивает государство по вполне конкретным вещам: насколько хорошо учится ребенок, может ли человек своевременно получить медицинскую помощь, востребован ли выпускник, насколько защищена семья, доступны ли культура и спорт.

Заместитель Премьер-министра – Министр культуры и информации Аида Балаева находится в особой позиции для такого разговора. Как министр она отвечает за культуру, информационную политику, гражданское общество, молодежь и семью, межэтнические и межконфессиональные отношения, креативные индустрии. В статусе вице-премьера она координирует также пять министерств социального блока Правительства.

– Аида Галымовна, выборы в новый Құрылтай обозначили начало следующего этапа реформ. Но после масштабной конституционной и политической модернизации граждане вправе задать вполне практический вопрос: что теперь должно измениться именно в их жизни?

– Последовательность курса Президента Касым-Жомарта Токаева показывает, что политическая модернизация изначально была направлена на глубокое обновление самой модели государства. Принятие новой Конституции, перераспределение полномочий, обновление представительной системы, обеспечение верховенства закона и порядка призваны сделать государственные институты справедливее, эффективнее и ближе к запросам граждан.

При этом состоявшиеся выборы не завершают процесс реформ. Напротив, они открывают следующий этап совершенствования и дальнейшей настройки политической модели, а также продолжения преобразований в экономике и социальной сфере. За последние годы изменения вышли далеко за рамки институциональных преобразований. Меняется политическая и управленческая культура, характер отношений между государством и обществом, требования граждан к власти и понимание собственной ответственности за развитие страны.

Избирательная кампания также показала высокую степень зрелости гражданского общества и готовность обсуждать уже не саму необходимость преобразований, а содержание дальнейшего развития Казахстана.

Ключевые ориентиры президентского курса – Закон и Порядок, «Таза Қазақстан», деятельный патриотизм, межэтническое и межконфессиональное согласие, поддержка молодежи, развитие образования и науки, цифровизация и искусственный интеллект, сохранение традиционных ценностей, модернизация социальной и коммунальной инфраструктуры, миролюбивая и сбалансированная внешняя политика – формируют единое понимание того, каким должно быть дальнейшее развитие страны.

Теперь особенно важно наполнить новую конституционную и политическую архитектуру практическим содержанием. Новая школа важна, если раньше ребенку не хватало места за партой. Но после ее открытия общество вправе спрашивать, чему и как там учат. Медицинский объект обеспечивает физическую доступность помощи, но затем возникают вопросы диагностики, времени ожидания и эффективности лечения.

Поэтому нынешний политический цикл – это уже не только продолжение институциональных реформ. Это этап, на котором их состоятельность должна подтверждаться качеством конкретного результата и изменениями, которые человек ощущает в повседневной жизни.

Культура: конституционный статус и реальная инфраструктура

– Новая Конституция закрепила сохранение историко-культурного наследия и поддержку национальной культуры в числе основополагающих принципов государства. Но многие театры, музеи и другие учреждения десятилетиями не знали серьезной модернизации. Не возникает ли разрыв между тем значением, которое государство теперь придает культуре, и реальным состоянием культурной инфраструктуры?

– Президент последовательно относит сохранение национальной культуры, духовных ценностей и исторического наследия к важнейшим приоритетам развития страны. Сегодня культура рассматривается гораздо шире сети театров, музеев или библиотек. Это фундаментальный элемент национальной идентичности и общественной устойчивости.

Закрепление этих принципов в Конституции повышает и ответственность государства. В Казахстане насчитывается более 25 тыс. объектов историко-культурного наследия. Недостаточно просто физически сохранить памятник. Его необходимо изучать, профессионально реставрировать, включать в образовательное пространство, создавать вокруг него культурные и туристические маршруты, делать доступным в цифровой среде.

Одновременно закрывается накопленный инфраструктурный долг. Современная реконструкция театра или музея уже не может сводиться к обычному ремонту. Необходимо сохранить историческую идентичность здания и обеспечить современный уровень инженерии, безопасности и сценических технологий.

Показателен Казахский национальный театр драмы имени Мухтара Ауэзова. Речь идет о комплексной реконструкции здания площадью более 30 тыс. кв. м с большим и малым залами на 832 зрительских места. Здесь одновременно сохраняется исторический облик театра и полностью обновляются инженерные и сценические системы.

Основной объем строительно-монтажных работ планируется завершить до конца года. Наиболее сложный и длительный этап связан с нижней механикой сцены. Это специализированное оборудование, которое проектируется и изготавливается индивидуально под конкретный театр. Полный цикл – от разработки до монтажа, синхронизации и испытаний – занимает около 18 месяцев.

Предварительное техническое открытие намечено на начало 2027 года, а полноценное возобновление работы театра после завершения монтажа сценического оборудования – до лета 2027 года. Здесь важно не формально закрыть строительный объект, а получить современный театр, рассчитанный на десятилетия работы.

В Государственном академическом русском театре для детей и юношества имени Наталии Сац реконструкция уже практически завершена – готовность объекта составляет 98%. Техническую сдачу планируется завершить до 1 ноября, а 7 ноября, в день рождения театра, обновленное здание вновь примет зрителей. В первый день юным зрителям покажут «Кота в сапогах», на исторической сцене пройдет гала-концерт в честь открытия, а для взрослой аудитории на камерной сцене представят спектакль «Страсти по Шекспиру».

Отдельно хотела бы отметить директора театра Олега Михайловича Гостева. Он очень последовательно сопровождал весь проект, лично контролируя сроки, качество работ и оснащение театрального пространства. Такое отношение руководителя к своему учреждению имеет большое значение, и, думаю, результат зрители смогут оценить уже совсем скоро.

Обновляются и другие ключевые учреждения. Капитально отремонтирован Национальный музей искусств Республики Казахстан имени Абылхана Кастеева, проводится реконструкция Алматинского хореографического училища имени Александра Селезнева.

Есть и международное измерение. Серийный объект «Скальные мечети и связанные с ними объекты Мангистау», объединивший пять сакральных комплексов – Шопан ата, Караман ата, Шакпак ата, Султан эпе и Бекет ата, – вошел в Список всемирного наследия ЮНЕСКО. Такой статус не только дает международное признание, но и существенно повышает требования к сохранению этих объектов.

Меняется культурная дипломатия. В Пекине при участии Президента открыт первый Культурный центр Казахстана за рубежом, подписано межправительственное соглашение о создании аналогичного центра в Турции. Мы постепенно переходим от отдельных Дней культуры, гастролей и выставок к постоянному культурному присутствию страны за рубежом.

Культура как часть новой экономики

– Государство все чаще говорит о культуре языком экономики: креативные индустрии, инвестиции, рабочие места, экспорт. Не возникает ли здесь противоречия?

– Нет, если четко разделять задачи. Нельзя оценивать национальный музей, исторический объект или академический театр исключительно размером выручки. Есть культурные ценности, сохранение которых является прямой обязанностью государства.
Но современное творчество одновременно способно создавать серьезную экономическую стоимость. По инициативе Главы государства креативные индустрии получили статус самостоятельного направления экономической политики. Сегодня в этом секторе насчитывается 47,5 тыс. субъектов, занято более 156 тыс. человек, валовая добавленная стоимость достигла 1,5 трлн тенге. Налоговые поступления за 2025 год составили 207 млрд тенге.

Создан Фонд поддержки креативных индустрий, во всех 20 регионах работают креативные хабы. Теперь речь идет о производительности, инвестициях, сильных казахстанских брендах, интеллектуальной собственности и экспорте.

– Вы отдельно занимаетесь вопросом «Казахфильма». Почему государство сейчас фактически возвращает национальной киностудии функции, которые ранее были выведены в Центр кино? Не получится ли обратное движение к старой централизованной модели?

– Здесь речь значительно шире организационной структуры двух учреждений. Для Казахстана Национальная киностудия «Казахфильм» имени Шакена Айманова никогда не была обычной производственной компанией. Это национальный институт, вокруг которого десятилетиями формировались профессиональная школа, техническая база, кинонаследие и международное присутствие казахстанского кино.

После реформы 2019 года система была разделена: государственная поддержка и конкурсный отбор сосредоточились в Центре кино, а национальная киностудия оказалась одним из участников рынка наряду с частными компаниями. На практике это привело к ослаблению самого «Казахфильма»: снижалась загрузка производственной базы, становилось сложнее сохранять профессиональные кадры, студия постепенно утрачивала системообразующую роль.

При этом отдельно пересматривались подходы к самой системе государственной поддержки кино. Речь идет уже не о «Казахфильме», а о механизмах отбора проектов через Государственный центр поддержки национального кино. С 2024 года отбор проходит в два этапа: сначала рассматриваются сценарии и сценарные планы по определенным приоритетным темам, затем – полноценные кинопроекты. Рассмотрение проектов ведется по видам фильмов – игровое, анимационное, документальное и хроникальное кино. При оценке учитываются не только творческая составляющая, но и опыт производителя, перспективы дальнейшего проката. Для поддержанных государством проектов закреплено обязательство выхода в кинотеатральный прокат. Для нас принципиально, чтобы государственное финансирование завершалось не фактом производства фильма, а его встречей со зрителем.

Обновленный подход уже отражается и на национальных проектах, которые получают государственную поддержку. В 2025 году в кинотеатральный прокат вышли 10 отечественных картин, поддержанных в рамках этой системы, среди них «Qaitadan», «Фейковый Арман», «90+1», «Тарлан», «Игроманка», «Joqtau», «Ароматное сердце», «Тезек» и другие. Показательно, что «Qaitadan» преодолел отметку в 1 млрд тенге кассовых сборов. Для нас это важный показатель: государственная поддержка должна помогать появлению не только содержательных картин, но и фильмов, которые находят своего зрителя.

Эта работа продолжается и в 2026 году. В этом году в широкий прокат вышли пять фильмов, созданных при государственной поддержке. Среди них – «Гипноз», «Билет из рая», «Осенний бриз», «Құт» и документальная картина «Пряники для ее отца, моего прадеда, ее деда». В августе казахстанскому зрителю впервые был представлен фильм «Победителей видно на старте». Осенью этот ряд продолжат новые проекты: 3 сентября в прокат выходит «38. Соңғы нүкте», а 10 сентября – «Бүркітші».

Отдельное направление этой работы связано непосредственно с «Казахфильмом». По поручению Главы государства был сделан принципиальный шаг – возвращена прямая государственная поддержка киностудии. С 2025 года не менее 30% от общего объема государственного финансирования в сфере кино направляется непосредственно «Казахфильму» через механизм государственного задания. Это уже позволило студии планировать собственную производственную деятельность и постепенно восстанавливать устойчивость. Важно, что после многолетней убыточности «Казахфильм» вышел на самоокупаемость.

Теперь речь идет о стратегическом этапе. Государственная поддержка, производство кино, развитие профессиональной инфраструктуры, сохранение национального кинонаследия и международное продвижение не должны существовать как разрозненные звенья. Их необходимо вновь связать в единую систему вокруг сильной национальной киностудии. В этой логике ведется работа по передаче функций Государственного центра поддержки национального кино «Казахфильму». Планируемый срок завершения – 1 июля 2027 года. Для этого предстоит внести необходимые законодательные изменения и пройти предусмотренные процедуры.

Но важно правильно понимать смысл решения. Мы не возвращаемся к модели, при которой вся киноиндустрия замыкается на одной государственной структуре. Частное кинопроизводство должно развиваться дальше. Прозрачный конкурсный отбор, независимая экспертная оценка и равные возможности для частных производителей необходимо сохранить.

Стратегическая задача – восстановить «Казахфильм» как сильный национальный центр, способный давать инфраструктуру и профессиональную опору всей отрасли. Частные компании должны иметь возможность снимать там свои проекты, пользоваться современной производственной базой, сотрудничать со студией и совместно выходить на международные рынки.
Мы говорим не о монополизации, а о возвращении стране полноценного национального института кино.

Религиозная политика: сохранить баланс в новой среде

– Подготовлена новая Концепция государственной политики в религиозной сфере до 2030 года. Не означает ли это, что государство намерено усилить контроль?

– Такой задачи нет. Нам необходимо сформировать понятную долгосрочную модель, в которой одновременно обеспечиваются свобода совести, светский характер государства, межконфессиональное согласие и безопасность общества. По поручению Премьер-министра разработан проект Концепции развития государственной политики в религиозной сфере на 2026-2030 годы. Сейчас документ вынесен на рассмотрение Правительства.

Религиозная среда тоже меняется. Меняются каналы коммуникации, способы распространения информации, формы вовлечения молодежи. Поэтому модель, основанная преимущественно на реагировании на уже возникшие проблемы, требует обновления.

Дополнительным фактором становится стремительное развитие искусственного интеллекта и новых технологий. С одной стороны, они дают новые возможности для анализа информационной среды, раннего выявления рисков и более точной профилактической работы. С другой – существенно ускоряют распространение информации, позволяют быстрее создавать и адресно продвигать деструктивный и манипулятивный контент.

То есть технологическое развитие одновременно облегчает и усложняет нашу работу. Поэтому и государственные подходы должны перестраиваться с учетом новой цифровой реальности. В Концепции определены ключевые направления – продвижение принципа светскости, укрепление межконфессионального согласия и межрелигиозной толерантности, противодействие деструктивным религиозным течениям, обеспечение свободы совести и безопасность в цифровом пространстве.

Отдельно уточняется само понимание светскости. Светское государство не ограничивает религию. Оно обеспечивает равенство граждан независимо от их отношения к вере, сохраняет конфессиональную нейтральность и не вмешивается во внутренние канонические вопросы религиозных объединений.

Существенно усиливается профилактический подход. Важно работать не только с последствиями радикализации, но и с причинами – недостаточной религиозной и правовой грамотностью, деструктивным контентом, вовлечением молодых людей через цифровые платформы. Сегодня радикальная идея может попасть непосредственно в телефон подростка. Государственная политика должна учитывать эту реальность, не нарушая при этом фундаментального права человека на свободу совести.

Информационная политика: свобода и ответственность

– Официальный государственный орган сегодня может проиграть анонимному Telegram-каналу и по скорости, и по доверию. Можно ли вообще выиграть эту борьбу регулированием?

– Только регулированием – нет. В Казахстане зарегистрировано более 5,3 тыс. СМИ, включая свыше 1,4 тыс. интернет-изданий. Но информационное пространство давно значительно шире традиционной медиасистемы. Официальное сообщение конкурирует с Telegram-каналами, блогерами, короткими видео, зарубежными платформами и алгоритмической лентой.

Курс Президента на слышащее государство в цифровую эпоху приобретает дополнительный смысл. Слышать – значит не только принимать обращения. Нужно своевременно понимать общественные настроения, причины тревоги или недоверия, быстро и профессионально объяснять сложные решения.

Создается система SuperVision, которая должна помогать раньше выявлять информационные риски и кризисные волны. Но никакая технология не заменит качественной государственной коммуникации. Доверие нельзя установить постановлением. Его приходится зарабатывать достоверностью, скоростью и соответствием слов реальным действиям.

– Но одновременно государство усиливает законодательное регулирование цифровой среды. В Құрылтай уже внесен большой пакет поправок по масс-медиа и онлайн-платформам. Не возникает ли риск чрезмерного контроля?

– Цифровая среда развивается значительно быстрее законодательства, и на это невозможно закрывать глаза. Речь не идет о том, чтобы ограничить сам интернет. Базовые нормы ответственности должны одинаково работать и в офлайн-, и в онлайн-среде. Пакет законопроектов уже внесен в Құрылтай. Предусматривается усиление ответственности онлайн-платформ за распространение противоправного и деструктивного контента, а также исполнение требований по его удалению. Предлагается распространить ответственность за клевету и использование нецензурной брани и на онлайн-платформы.

Отдельный блок касается защиты детей. Предлагается запретить регистрацию в социальных сетях детям младше 16 лет. Ограничение не распространяется на мессенджеры, а конкретные механизмы подтверждения возраста будут определяться отдельно.

Глава государства также поручил масштабировать внедрение обязательных детских SIM-карт и усилить фильтрацию контента для несовершеннолетних. Президент особо подчеркнул необходимость переходить от устранения последствий к предупреждению угроз психологическому состоянию детей.

Есть и вопросы ответственности за контент, который подается как профессиональный или обучающий. Пользователь должен понимать, обладает ли человек, продающий ему знания или услуги, соответствующей квалификацией. Другие поправки касаются работы аудиовизуальных платформ, защиты чести и достоинства граждан и механизмов опровержения недостоверной информации.

Свободу слова и ответственность нельзя противопоставлять. Возможности распространения информации сегодня несопоставимы с теми, что существовали еще десять лет назад. Вместе с этими возможностями объективно возрастает и ответственность.

Общественное согласие, молодежь и семья

– Казахстан десятилетиями опирался на сложившуюся модель межэтнического согласия. Но меняются поколения и информационная среда. Достаточно ли просто сохранить существующие механизмы?

– В Казахстане проживают представители более 130 этносов. За десятилетия сформирована культура сосуществования, в которой этническое многообразие не противопоставляется общей гражданской идентичности. Но механизмы общественного согласия не должны быть статичными. Разработан пакет законодательных изменений, который закрепляет понятие этнокультурных объединений, определяет правовой статус Домов дружбы и механизмы их финансирования.

При этом задача значительно шире, чем просто не допустить конфликт. Общественное согласие предполагает повседневное доверие, уважение к различиям, общую гражданскую идентичность и работающие механизмы диалога.

– Молодежная и семейная политика тоже долго измерялись количеством мероприятий. Как уйти от формального подхода?

– Молодого человека в первую очередь интересуют образование, работа, жилье, возможность реализовать себя и быть услышанным. Государственная политика должна строиться вокруг этих жизненных запросов.

За последние три года через «Жасыл ел» трудоустроено более 100 тыс. молодых людей, внедрена «Цифровая карта молодежи», развивается Jastar AI по востребованным мерам поддержки. Но любая цифровая система оправдана только тогда, когда за ней появляется конкретная возможность для человека.

Сейчас готовится новая Концепция «Қазақстан жастары» на 2027-2032 годы. Перед рабочей группой поставлена задача не механически продлевать действующий перечень мероприятий, а сначала дать объективную оценку тому, как меняется сама молодежная среда.

Нужно учитывать демографический рост отдельных молодежных групп, занятость и NEET, внутреннюю и внешнюю миграцию, доступность жилья, семейные установки, физическое и психологическое здоровье, цифровизацию и развитие компетенций в сфере искусственного интеллекта.

Молодежная политика должна не только реагировать на уже возникшую проблему, но и заранее видеть социальные и демографические риски ближайших лет. Похожая логика действует в семейной политике. Количество Центров поддержки семьи выросло с 33 до 158, в прошлом году туда поступило более 44,5 тыс. обращений.

Если в семье одновременно есть проблемы занятости, психологическая ситуация, вопросы ребенка или социальная уязвимость, человек не должен самостоятельно искать решение в нескольких ведомствах. Государственная система должна видеть всю ситуацию.

Социальный блок: человек не живет по ведомствам

– В качестве вице-премьера Вы координируете пять министерств социального блока. Но чем больше ведомств участвует в решении одной проблемы, тем выше риск, что ответственность в итоге окажется размытой. Как этого избежать?

– Координация социального блока не может сводиться к суммированию ведомственных отчетов. Для человека не существует отдельно Министерства просвещения, Министерства здравоохранения или Министерства труда. У него одна жизненная траектория. Ребенок приходит в детский сад, затем идет в школу. После нее поступает в колледж или университет. Качество подготовки определяет его положение на рынке труда.

Здоровье влияет на продолжительность активной жизни. Социальная система должна поддержать человека в трудный период и, если возможно, помочь ему вернуться к самостоятельности. Проблемы чаще всего возникают именно на стыках. Можно подготовить тысячи специалистов, которые не нужны экономике. Можно построить больницу, но не решить кадровый вопрос. Можно увеличивать социальные расходы, не меняя положения конкретной семьи.

Поэтому задача координации не в подмене функций профильных министров. На уровне вице-премьера необходимо видеть такие разрывы и добиваться того, чтобы разные ведомственные решения работали на одну цель.

Образование: от новой школы к новому содержанию

– Государство вложило огромные средства в образование, строит новые школы, вдвое повысило зарплаты учителей. Но вопросы к содержанию обучения и учебникам остаются. Получается, инфраструктура развивалась быстрее содержания?

– В определенный период государство объективно было вынуждено прежде всего решать дефицит ученических мест, аварийность и трехсменность. С 2019 года введено свыше 1,3 тыс. новых школ более чем на 1 млн ученических мест. За семь лет расходы на образование увеличились более чем втрое и достигли 6,4 трлн тенге. Этот этап был необходим. Сейчас вопрос смещается внутрь самой школы: чему учат ребенка, соответствует ли программа его возрасту, насколько качественный у него учебник, и кто завтра придет к нему в класс в качестве педагога.

Качество школьных учебников я отдельно подняла на совещании по подготовке педагогических кадров. Было поручено проанализировать всю систему их создания с участием ведущих педагогических университетов, а затем пересмотреть подходы к отбору, разработке и экспертизе.

Речь не об исправлении нескольких ошибок в конкретной книге. Нас интересует весь путь учебника – от формирования содержания и работы автора до профессиональной экспертизы и того, насколько материал понятен ребенку и действительно развивает его мышление.

Конкретные изменения идут и в начальной школе. В рамках Комплексного плана развития дошкольного и начального образования на 2026-2028 годы содержание программ пересмотрено с учетом возрастных возможностей детей и необходимости снизить избыточную нагрузку.

Например, только по математике в 1-4 классах пересмотрены 244 учебные цели, в том числе исключаются темы, не соответствующие возрасту ребенка. Для первоклассников вводится специальный адаптационный период, чтобы дети с разным уровнем подготовки могли легче включиться в обучение. Обновлено содержание языковых дисциплин, увеличено время на «Әліппе» и «Ана тілі».

То есть речь уже идет о вполне конкретной перестройке содержания: меньше перегрузки, больше базовых навыков – чтения, письма, математической и функциональной грамотности, более понятный переход от детского сада к школе.

Новая Конституция также должна быть отражена не только в правовых документах, но и в воспитании будущих граждан. Поэтому пересматриваются государственные образовательные стандарты и содержание школьных курсов. С нового учебного года вводятся «Основы Конституции», «Закон и порядок», «Личная безопасность», обновляется преподавание «Основ права».
Отдельный вопрос – педагогическое образование. Повышение статуса учителя и двукратный рост зарплаты были необходимы. Теперь столь же серьезные требования должны предъявляться к качеству подготовки самого педагога.

Формируется сеть опорных педагогических университетов, разработаны программы развития пяти профильных вузов. Образовательные программы актуализированы в 51 университете, в течение двух лет предполагается закрыть 105 программ с устаревшим содержанием.

Меняется и сам отбор будущих педагогов. Одного результата ЕНТ недостаточно, чтобы понять, сможет ли человек работать с детьми, понятно объяснять материал, критически мыслить и выстраивать коммуникацию. Поэтому со следующего года в пилотном режиме предполагается двухэтапный отбор – ЕНТ и дополнительный устный экзамен.

– Казахстан способен готовить абсолютных победителей международных олимпиад. Но как обеспечить высокий уровень не только для лучших учеников, а для каждого ребенка?

– В 2025-2026 учебном году наши школьники завоевали 1 059 медалей и 57 специальных наград на международных олимпиадах и конкурсах. Все пять участников сборной на Международной олимпиаде по физике получили золотые медали. Это выдающийся результат. Но сильная олимпиадная школа не освобождает нас от необходимости повышать средний уровень всей системы. Скорее она показывает, какой потенциал есть у наших детей при качественной подготовке.

Одним из сложных вопросов остается разрыв между городом и селом. В стране 2,6 тыс. малокомплектных школ. В 500 из них запускается пилот по использованию искусственного интеллекта. Технология имеет смысл, если дает ребенку в небольшом селе дополнительные образовательные возможности и помогает сокращать фактическое неравенство.

Безопасность и равные возможности ребенка

– Защита детей остается одной из наиболее болезненных тем. Мы регулярно сталкиваемся с буллингом, насилием, подростковыми суицидами. Что здесь изменилось именно на уровне Правительства?

– Стало очевидно, что эта работа не может оставаться исключительно внутри системы образования. Поэтому Межведомственная комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав переведена на уровень Правительства. Одновременно пересмотрена работа 274 региональных комиссий, чтобы они занимались не только последствиями, но и ранним выявлением проблем. Результат уже виден: количество несовершеннолетних, состоящих на учете в органах внутренних дел, сократилось на 40,5%. За каждым таким ребенком закрепляется наставник.

Особое внимание уделяется профилактике суицидального и аутодеструктивного поведения. Во всех регионах созданы управления по защите прав детей, а основные направления этой работы закреплены в Концепции «Дети Казахстана» на 2026–2030 годы с объемом финансирования 1,3 трлн тенге.

Отдельное внимание сегодня уделяется безопасности детей в цифровой среде. Глава государства поставил задачу перейти от устранения последствий к предупреждению угроз психологическому состоянию детей. В этой связи Президент предложил законодательно ограничить регистрацию в социальных сетях для детей младше 16 лет, поручил масштабировать внедрение обязательных детских SIM-карт и усилить фильтрацию вредного контента для несовершеннолетних.

С нового учебного года планируется единая цифровая платформа для педагогов-психологов, которая позволит раньше выявлять признаки насилия и буллинга.

В этом году впервые введено лицензирование организаций, оказывающих образовательно-оздоровительные услуги детям. Для координации летней кампании создан Республиканский штаб, аналогичные штабы работают в регионах. Лицензирование здесь нужно не ради еще одного документа, а как подтверждение того, что организация действительно готова отвечать за безопасность ребенка.

Равные возможности касаются и детей с особыми образовательными потребностями. Сегодня инклюзивным образованием охвачено более 169 тыс. детей. Но семье зачастую нужны одновременно медицинская, педагогическая, коррекционная и социальная помощь.

Поэтому разработан межведомственный план развития инклюзивного образования до 2030 года. Это хороший пример проблемы, которую невозможно решить в границах одного ведомства.

Кадры: экономика должна формировать заказ

– Работодатели продолжают говорить о кадровом дефиците. При этом государство ежегодно финансирует обучение сотен тысяч студентов. Не означает ли это, что система слишком долго готовила специалистов исходя из собственных возможностей, а не из потребностей экономики?

– Такой дисбаланс действительно существовал, и теперь мы видим его не на уровне предположений, а на основе прямых данных бизнеса. Анкетирование 41 тыс. предприятий по системе технического и профессионального образования и 73 тыс. предприятий применительно к высшему образованию дало достаточно подробную картину реального спроса экономики. Наибольший дефицит кадров выявлен в сельском хозяйстве, энергетике, логистике, строительстве, сфере услуг и здравоохранении. При этом по отдельным направлениям, например ИТ, подготовка уже превышает потребность рынка.

В системе высшего образования уже закрыто 700 образовательных программ, которые не отвечали запросам рынка труда.
Это серьезный сигнал самой системе. Университет не должен формировать предложение только потому, что исторически имеет определенную кафедру и преподавательский состав. Необходимо понимать, где выпускник будет работать и нужен ли такой специалист экономике.

Поэтому востребованность выпускника, его профессиональная компетентность и реальное трудоустройство должны все сильнее влиять на государственный заказ и содержание образовательных программ.

Наука: государственная поддержка по новым критериям

– Глава государства достаточно жестко говорил о проблемах отечественной науки. Финансирование заметно выросло, но Президент потребовал, чтобы бюджетные средства получали прежде всего действительно качественные и востребованные исследования. Что изменилось после этой критики?

– Критика была обоснованной. За последние годы государство серьезно увеличило поддержку науки, создало более устойчивую финансовую основу, усилило статус ученого. Но Президент поставил следующий вопрос: что страна получает от этих вложений?
Глава государства прямо обозначил необходимость четкого и целевого использования бюджетных средств и подчеркнул, что государственную поддержку должны получать университеты, институты и ученые, которые действительно проводят качественные и востребованные исследования. Отдельно Президент обращал внимание на слабую инфраструктуру коммерциализации и недостаточную связь научных разработок с реальными технологиями и экономикой.

После этого подходы были принципиально пересмотрены. Мы пересматриваем критерии отбора научных проектов и саму логику определения приоритетов. Государство не должно распределять ресурсы по слишком широкому перечню направлений без понимания конечной задачи. Научная повестка должна исходить из стратегических интересов страны, запросов экономики и мировых научно-технологических тенденций.

В проекте Комплексного плана стратегического развития науки сформирована новая иерархия приоритетов: стратегические проекты, критически важные для национальной безопасности и технологического суверенитета; перспективные направления, способные дать технологический рывок; фундаментальные и междисциплинарные исследования; развитие кадрового и инфраструктурного потенциала науки.

Важным изменением стало и то, что вопросы науки были выведены за рамки исключительно ведомственной повестки. На уровне Премьер-министра состоялось отдельное комплексное обсуждение с участием Национальной академии наук, государственных органов, регионов и бизнеса. Затем по поручению Премьер-министра был создан Совет по развитию инноваций – Инновационный штаб, работающий под моим председательством.

Для меня это принципиально важно. Наука не может обсуждаться только в формате отчета профильного министерства о количестве грантов, статей или исследовательских проектов. За одним столом должны находиться ученый, предприятие, отраслевое ведомство и регион, которому нужна конкретная технология.

Поэтому мы начали с вопроса, который раньше задавался недостаточно системно: что сама экономика хочет от науки? Опрошено более 6 тыс. предприятий, выявлено свыше 1,6 тыс. компаний с инновационным потенциалом. Теперь необходимо превратить потребности бизнеса в понятный технологический заказ и соединить его с возможностями научных коллективов.

У предприятия должна быть возможность сформулировать производственную задачу. У ученого – предложить решение. А государственная система должна обеспечить путь от исследования и пилота до внедрения и экономического эффекта. Так должна работать прикладная наука. При этом фундаментальные исследования никто не оценивает только по немедленной коммерческой отдаче. Стране необходима и сильная фундаментальная школа. Но государство должно понимать, зачем поддерживает конкретное направление и какую стратегическую задачу оно решает.

Отдельное направление – подготовка кадров для новой технологической экономики. По поручению Главы государства создается Казахский исследовательский университет искусственного интеллекта. Его ценность будет определяться специалистами и разработками, которые он даст стране, а не самим фактом появления еще одного учреждения.

Здравоохранение: после строительства объектов меняется сам вопрос

– В здравоохранении строятся сотни объектов и увеличивается финансирование. Но пациент в первую очередь спрашивает, насколько быстро и качественно он получит помощь. Не означает ли это, что экстенсивная модель постепенно исчерпывает себя?

– Инфраструктурный этап был необходим. Без больницы, поликлиники или медицинского пункта нельзя говорить даже о базовой доступности. Но по мере закрытия этого дефицита вопрос действительно меняется. Теперь требуется не только наличие медицинского объекта, но и качество маршрута пациента, профилактики, диагностики и лечения.

Особое внимание сегодня уделяется детскому здравоохранению. В Казахстане около 7 млн детей. Это огромная часть человеческого капитала страны, и состояние их здоровья напрямую повлияет на общество через десять, двадцать, тридцать лет.
При этом сохраняется дефицит специализированных педиатрических мощностей, особенно с учетом роста детского населения южных регионов. Поэтому по поручению Главы государства в Алматинской области будет построен современный многопрофильный детский центр на 500 коек.

Одновременно акцент смещается на профилактику и первичную помощь. Расширяется самостоятельный сестринский прием, мобильные бригады принимают часть домашних вызовов, а врач получает больше времени непосредственно на работу с пациентом. Верхняя возрастная граница скринингов расширена до 76 лет.

Но есть еще одна тема, которую больше нельзя считать узкомедицинской, – ментальное здоровье. За последние годы количество казахстанцев, у которых впервые выявлены психические расстройства, выросло почти на 25%. Особенно тревожно, что психические расстройства вышли на первое место среди причин детской инвалидности. Растет количество детей с расстройствами аутистического спектра, усиливаются проблемы лудомании и цифровой зависимости.

Если система реагирует только тогда, когда человек уже нуждается в специализированной психиатрической помощи, значит, помощь приходит слишком поздно. Поэтому разработан Комплексный план по охране ментального здоровья на 2027-2030 годы. Он должен объединить профилактику, раннее выявление, первичную помощь и модернизацию инфраструктуры. Большинство действующих центров психического здоровья не проходили капитального ремонта около 15 лет.

Ментальное здоровье связано с семьей, школой, цифровой средой, зависимостями и общественной безопасностью. Здесь необходима согласованная работа разных служб.

– ОСМС остается одной из наиболее критикуемых систем. Через нее прошли триллионы тенге, но человек может столкнуться с очередью или обнаружить услуги, которые ему вообще не оказывались. Где противоречие?

– При таком объеме финансирования прозрачность системы должна быть безусловной. Поэтому контроль постепенно переносится на этап до перечисления денег, а не после того, как нарушение уже произошло. В этом году запущен Единый портал финансирования здравоохранения Qalqan. Новый цифровой контур уже позволил до перечисления средств выявить более 20 тыс. нарушений на сумму около 310 млн тенге.

Раньше фиксировались даже случаи оплаты лечения граждан, которые длительно находились за рубежом или уже умерли. Такие нарушения должна отсекать сама система. Усиливается идентификация пациента, а гражданин сможет видеть историю оказанных ему медицинских услуг и оперативно оспаривать «приписки».

Но цифровой контроль не отменяет главный вопрос – что получает пациент. За шесть лет через ОСМС прошло более 6,8 трлн тенге. При таком масштабе общество вправе предъявлять очень высокие требования к доступности и качеству медицинской помощи.

Социальная поддержка: от категории к жизненной ситуации

– Государство направляет огромные средства на социальную поддержку. Но Президент поставил задачу, чтобы помощь прежде всего получали действительно нуждающиеся. Не означает ли новый подход сокращение социальных обязательств?

– Нет. Базовые социальные гарантии государства сохраняются. Но социальная система должна быть не только щедрой, но и справедливой. За годы в разных регионах сформировались десятки мер поддержки, часть из которых дублировалась. Формальная принадлежность к определенной категории не всегда показывает реальное положение семьи. Поэтому с 1 января 2027 года вводятся новые подходы. При предоставлении ряда мер будет учитываться реальная нуждаемость – доходы, имущественное положение и общий уровень благополучия семьи.

Параллельно проведена унификация местной социальной помощи. Вместо 66 различных видов сформировано 13 единых мер.
Но смысл этой работы не в механическом сокращении выплат. В Цифровой карте семьи учтены данные 2,3 млн получателей. Это позволяет видеть не просто категорию, а жизненную ситуацию конкретной семьи.

Современная социальная политика должна не только компенсировать уязвимость денежной выплатой. Там, где это возможно, она должна расширять самостоятельность человека – через реабилитацию, образование, занятость, доступ к необходимым услугам и полноценное участие в общественной жизни. Высвобождаемые средства должны направляться туда, где поддержка действительно необходима, а сама помощь – способствовать возвращению человека к устойчивой самостоятельной жизни.

Занятость и миграция: государству приходится конкурировать за человека

– Государство ежегодно сообщает о сотнях тысяч трудоустроенных, но бизнес продолжает говорить о дефиците работников. Может быть, сам показатель «трудоустроен» уже недостаточен?

– Сам по себе он действительно не показывает всей картины. Можно трудоустроить человека на короткий срок и формально улучшить статистику. Но если через месяц он снова остается без работы, проблема не решена. Поэтому акцент переносится на устойчивое трудоустройство. Меняется деятельность карьерных центров. Их сотрудники должны не просто ждать обращения безработного, а работать адресно – помогать определить возможности человека, подобрать вакансию и сопровождать до работодателя.

Запущен пилот Цифровой службы занятости. Она работает в том числе с незарегистрированными безработными. Для человека формируется индивидуальный план, искусственный интеллект подбирает вакансии внутри региона, за его пределами и на крупных предприятиях страны. Система постепенно переходит от реагирования на обращение к проактивной модели.

– Но параллельно казахстанцы выезжают работать за рубеж, а экономика страны сама ищет квалифицированных специалистов. Не становится ли миграция частью той же кадровой проблемы?

– Конечно. Сегодня страны конкурируют не только за инвестиции, но и за человеческий капитал. Поэтому миграционная политика уже не может ограничиваться учетом въехавших и выехавших. В конце прошлого года утверждена новая Концепция миграционной политики. Для прибывающих в Казахстан на постоянное проживание внедряется цифровая система отбора, учитывающая знание государственного языка, образование, квалификацию, опыт работы и правовую историю.

Для инвесторов и специалистов востребованных профессий предусматривается более гибкий подход. По поручению Главы государства прорабатывается «Алтын виза», расширяется перечень востребованных профессий, развивается механизм «единого окна» через e-Residence.

Не менее важен выезд наших граждан. Создается цифровой реестр частных агентств, занимающихся трудоустройством казахстанцев за рубежом, и система учета выезжающих на работу граждан.

Государство не может ограничивать право человека выбирать место работы. Но оно должно понимать миграционные потоки, защищать трудовые права граждан и одновременно создавать внутри страны условия, способные удерживать и привлекать квалифицированных людей.

Спорт: государственный результат – не только медаль

– В спорте общество привыкло считать результат по Олимпиадам и чемпионатам мира. Но какое отношение медаль одного профессионального спортсмена имеет к здоровью миллионов граждан?

– Спорт высших достижений важен. Это престиж страны, национальная гордость, пример для молодежи. Но Президент неоднократно акцентировал внимание именно на массовом и детском спорте. Доля регулярно занимающихся физической культурой и спортом достигла 44,5%, среди детей и подростков систематически занимаются около 1,8 млн человек.

Физическая активность напрямую связана со здоровьем и профилактикой хронических заболеваний. Поэтому вложения в массовый спорт одновременно снижают будущую нагрузку на здравоохранение.

Отдельная задача – равные возможности. Среди людей с инвалидностью регулярно занимаются спортом пока менее 20%.
По поручению Главы государства формируется сеть центров инклюзивного спорта по всей стране. Первые объекты уже работают, в дальнейшем такая инфраструктура должна появиться во всех регионах.

– При этом Казахстан продолжает принимать крупные международные соревнования. Не возникает ли противоречия между такими имиджевыми событиями и курсом на массовый спорт?

– Противоречия нет, если крупное международное соревнование оставляет после себя системный результат. Такой турнир дает стране организационный опыт, стимулирует интерес детей и молодежи, развивает тренерскую и судейскую школы, международные связи, повышает требования к инфраструктуре.

Показательный пример – сотрудничество Казахстана с FIDE. Президент отдельно отмечал, что шахматы – это не только спорт, но и инструмент интеллектуального развития, образования и стратегического мышления.

Но ценность любого крупного чемпионата не должна завершаться церемонией закрытия. Она должна продолжаться в детских секциях, подготовке специалистов, массовом интересе и более высоких стандартах развития спорта.

Туризм: проблема одной зоны почти никогда не принадлежит одному ведомству

– Туризм требует одновременно дорог, аэропортов, канализации, инвестиций, сервиса и работы акиматов. Может ли одно профильное министерство решить такой набор вопросов?

– Именно поэтому при Правительстве создан Координационный совет по вопросам развития туристической отрасли, который я возглавляю. Очень часто проблема конкретной туристической зоны находится за пределами полномочий одного министерства. Дорога относится к одному органу, аэропорт – к другому, канализация – к акимату, связь – к оператору. Для туриста это одна проблема. Поэтому и государство должно видеть ее целиком.

Задача Координационного совета – объединить центральные и местные исполнительные органы, национальные компании и бизнес вокруг конкретных барьеров отрасли и довести каждый вопрос до ответственного исполнителя и практического решения.
Спрос при этом уже растет. В 2025 году Казахстан посетили 15,7 млн иностранных граждан, около 11,1 млн – с туристическими целями, вклад отрасли в экономику достиг порядка 5 трлн тенге.

Такой рост быстро выявляет слабые места. Алаколь – характерный пример. Реконструированы 488 км дорог Талдыкорган – Ушарал и Ушарал – Достык, обновлена взлетно-посадочная полоса аэропорта Ушарала, развивается инженерная и санитарная инфраструктура. Но туризм нельзя развивать только методом постоянного догоняющего строительства. Необходимо заранее понимать нагрузку на территории и одновременно расширять географию предложения.

У Казахстана большой потенциал экологического, гастрономического, конного, автомобильного, событийного и делового туризма. В конечном счете важен не только счетчик прибытий. Значительно показательнее, сколько дней турист остается, сколько регионов посещает и какую добавленную стоимость создает для местного бизнеса.

Новый политический цикл: Конституция должна работать в жизни человека

– В начале разговора мы говорили о новой Конституции и большом цикле политических реформ. Если собрать все направления вместе, получается довольно жесткий вывод: после изменения самой архитектуры государства уже недостаточно ссылаться на объем финансирования, число построенных объектов и новые программы. Теперь придется доказывать, что конституционные и политические преобразования действительно работают. Новый политический цикл именно об этом?

– Именно так. Новая Конституция закрепила результаты масштабной политической модернизации и сформировала правовую и институциональную основу следующего этапа развития страны. Но принятие Основного закона не завершает реформы. Напротив, теперь заложенные в нем принципы должны получить конкретное продолжение в работе государства.

Последние годы во многом были посвящены устранению накопленных системных дефицитов. Не хватало школьных мест и медицинской инфраструктуры, науке требовалось больше ресурсов, культуре – модернизация материальной базы, социальной сфере – цифровизация, туризму – базовая инфраструктура. Благодаря последовательному курсу Президента Касым-Жомарта Токаева во многих направлениях сегодня создана совершенно другая стартовая позиция.

Конституционная и политическая модернизация одновременно повышает требования к самой государственной системе. Теперь недостаточно сказать, сколько средств выделено – нужно показать отдачу. Недостаточно построить объект – необходимо доказать, что он качественно работает. Недостаточно создать новый институт – нужно понимать, какую проблему он решил. Недостаточно оцифровать услугу – важно, стало ли человеку действительно проще.

Именно в этом я вижу практическое продолжение реформ. Новая Конституция изменила архитектуру государства и закрепила фундаментальные принципы его развития. Теперь эффективность этой модели должна подтверждаться конкретным общественным результатом. Поэтому я бы назвала следующий этап временем качества – качества образования и науки, здравоохранения, занятости, социальной поддержки, культурной и информационной среды, спорта, туризма. В конечном счете – качества самого государственного управления.

– Тогда какой самый простой тест? По каким изменениям через несколько лет гражданин сможет понять, что новая Конституция, проведенные реформы и новый политический цикл действительно изменили его жизнь, а не остались набором институтов и программ?

– Одной цифры здесь не будет. Если ребенок независимо от места рождения получает хорошее образование и растет в безопасной среде, значит система дает ему равный старт. Если выпускник получает востребованную профессию, а университеты и наука создают необходимые экономике технологии, значит образование работает на развитие страны. Если человек своевременно получает медицинскую помощь, а социальная поддержка помогает ему преодолеть сложный период и вернуться к самостоятельной жизни, значит государственные институты действительно выполняют свою функцию.

То же относится к культурной и общественной среде. Человек должен знать историю страны, ощущать связь со своей культурой. Культурное наследие должно оставаться живой частью современной жизни. Творческий талант должен иметь возможность становиться профессией и бизнесом. Человек с инвалидностью должен иметь реальные возможности учиться, работать, заниматься спортом и жить максимально самостоятельно.

Главный смысл проводимых Президентом Касым-Жомартом Токаевым реформ – построение современного, справедливого и эффективного государства, в центре которого находится человек. Новая Конституция закрепила основы этой модели, а выборы в Құрылтай открыли следующий этап ее развития.

Теперь задача Правительства – наполнить эти преобразования практическим содержанием во всех сферах, с которыми гражданин сталкивается каждый день. И оценивать нашу работу граждане должны именно по этим изменениям, а не по количеству программ, совещаний или освоенных средств.