Он опередил время

Чокан прежде всего стал известен как неутомимый собиратель и вдумчивый исследователь казахского фольклора. В трудах «Предания Большой киргиз-кайсацкой орды», «Исторические предания о батырах XVIII века», «Древности», «Язык», «Самородная словесность» он исследует множество народных поэм, сказок, легенд, преданий. Как впоследствии заключал Чокан, казахский народ имеет богатую и не лишенную поэтических достоинств замечательную литературу.

Творчество Чокана наполнено любовью к родной земле. О ней он не забывал и в дальних странствиях. Дневник поездки на Иссык-Куль начинается с описания пути из Семипалатинска в Аягуз. О реке, воспетой в преданиях жителей, автор отзывается так: «Я очень люблю и восхищаюсь Аягузом, может быть, поэтическая легенда о любви прекрасной Баян к золотоволосому Козы-Корпешу, действие которой происходило на этой реке, есть немаловажная тому причина».

В записках Валиханова много красочных описаний селений, городов, встреч с жителями. Как писатель, он фиксировал все, что увидел в многодневных, многомесячных путешествиях.

Так, Чокан писал: «Дальняя синева гор пестрела высоко, сое­диняясь с облаками. Местами верхи выходили из-за туч, восходящее солнце разливало на них багрово-блес­тящий свет. Внизу с шумом, пенясь, струит свои зеленоватые волны Чарын».

Захватывает и описание эпизода, когда путешественник шел по самому краю обрыва, и его лошадь рухнула вниз, а сам он спасся чудом, передано впечатляюще и зримо.

Иссык-Кульские открытия

Труды Чокана посвящены истории и культуре всех народов Центральной Азии. Именно он впервые записал часть кыргызского эпоса «Манас», имеющего общетюркское значение, назвав его «Степной Илиадой».

Великий путешественник Петр Семенов, впоследствии прозванный Тянь-Шанским, перед своей поездкой на Иссык-Куль консультировался с Чоканом и был в восторге от его глубоких познаний в области истории и географии региона. Ведь Валиханову раньше Семенова удалось побывать на закрытом для иностранцев по политическим причинам и потому загадочном озере Иссык-Куль.

Там в мае 1856 года Чокан сделал открытие, подобное обретению великой страны. В то время о кыргызах знаний было очень мало, ведь никто из ученых не приезжал и не интересовался в таком масштабе их жизнью и бытом, впрочем, как и духовным наследием тюркских народов в целом.

«26 числа (мая), – писал Чокан в своем дневнике, – был у меня кыргызский певец. Он знает поэ­му «Манас»… Манас – главный герой поэмы, вся его жизнь сос­тоит в сражениях и искательстве красавиц. В этой легенде на озере Иссык-Куль встречаются три народа – казахи, ногайцы и кыргызы. Казахский хан Жанибек, мудрец Асан-Кайгы хорошо известны у кыргыз…»

Отрывок этот и есть первое свидетельство самого Чокана о том, когда именно и где он открыл величайшее сказание тянь-шаньских кыргызов.

– Один эпизод из поэмы «Манас», именно тризна по Кукетай-хану, записан мною со слов кыргызского рапсода. Вероятно, это первая кыргызская речь, переданная на бумаге, – замечал Чокан.

Карандаш его бежал по бумаге. Стройный юноша внимательно слушал певца кочевого народа, улавливая все оттенки его песни:

«У высокорослого Манаса подняты брови

И холодно лицо, кровь черна,

Но тело бело, живот пестрый, хребет синий,

На кого похож храбрый Манас?

Он подобен щетинистому волку!»

Чокан также узнал о существовании эпоса, продолжающего «Манас», сказок об одноглазом Алпе – людоеде и кыргызском Одиссее – скитальце и удальце Батурхане.

Путешественник также сравнивал памятники казахов и кыргызов. Так, казахи старались увековечить память о своих батырах постройкой уступчатой башни, крепостной стены, насыпным курганом. Недаром и знаменитый монумент Козы-Корпеша считается надгробным сооружением, мавзолеем героя великого сказания. В более близкие к нам времена усуни Старшего жуза потратили огромные средства для постройки памятника султану Сюку.

В своем дневнике Чокан впервые описал огромный Иссык-Куль: «Сияя чистейшим кобальтом (синим цветом), озеро сливалось с сиянием неба и дальним рельефом снежных гор, палящее солнце бросало на долину кругообразные от облаков тени. Мы же стояли на вершине, где было тепла не более чем как на шесть или семь градусов…»

Общественное значение

Как отмечает Жарас Ермекбай, важно заново осмыслить наследие Чокана как общественного деятеля.

Валиханов окончил Омский кадетский корпус и оказался в кругах военной бюрократии. При этом ему было присуще критичес­кое отношение к чиновничеству, поскольку часть этого сословия нередко занималась решением сугубо личных проблем, а не службой на благо страны. В письме Дос­тоевскому от 5 декабря 1856 года он пишет, что чиновничий Омск так противен со своими сплетнями и вечными интригами, что не на шутку собирается его оставить и спрашивает Федора Михайловича, как это лучше устроить.

О преступных делах некоторых чиновников писали в то время прогрессивные ученые, писатели и путешественники, побывавшие в Казахстане. Сам Чокан тоже с негодованием писал о подобных злодеяниях своим петербургским друзьям – Достоевскому, Майкову, Курочкину, Гутковскому. Он упорно разоблачал махинаторов, пытался бороться с беззаконием, лихоимством.

К примеру, Чокану нередко приходилось сталкиваться с Виктором Ивашкевичем, чиновником по особым поручениям и советником генерал-губернатора Западной Сибири, замешанным в коррупционных схемах. Когда-то этот Ивашкевич начинал свою деятельность в революционном «Обществе черных братьев», которое сам же и создал, писал возмутительные стихи, за что был сослан в Сибирь. Там он изменил своим убеждениям и превратился в вымогателя и стяжателя.

Сам генерал-губернатор Западной Сибири Густав Гасфорт ничего не мог поделать с шайкой темных дельцов в своем окружении – взяточников и казнокрадов, наживавшихся на судебных делах, поставках хлеба в Семиречье и Заилийский край, на винном откупе. Именно об этом писал Достоевский: «…хотя в Сибири холодно, но чиновникам живется тепло».

Отсюда же корни неприятия Чоканом коррупции и взяточничества, которое четко прослеживается в его произведениях. Вот эту часть духовного наследия Чокана можно взять на вооружение для решения сходных проблем, стоящих перед современным казахстанским обществом.

Великий поход

В 1858–1859 годах Валиханов совершил свою знаменитую поезд­ку в Кашгар, которая принесла ему славу отважного путешественника и великого ученого. Результаты этой поездки – труды, посвященные истории, географии и социальному строю народов Восточного Туркестана. Среди них особенно интересна работа «О состоянии Алтышара», которую современники считали подлинным географическим открытием. Этот труд Валиханова явился весомым вкладом в народоведение, в отечественную и мировую науку.

Поездка в Кашгар, в Восточный Туркестан была сопряжена с не­обычайными трудностями, лишениями, опасностями, утвердила за Валихановым славу отважного путешественника и неутомимого ученого-исследователя. Чокан стал первым ученым, открывшим для Европы Кашгарию.

Долгое время Кашгар оставался загадкой для науки. Кроме знаменитого землепроходца Марко Поло в XIII веке и Бенедикта Гое­са, прошедшего из Индии в Китай в XVII веке, были только два европейца, рискнувших туда отправиться: неизвестный офицер Ост-Индской компании, разоблаченный как английский шпион и битый бамбуковыми палками, а также немецкий ученый Адольф Шлагинтвейт, также разоблаченный и трагически погибший. Словом, иностранцев в Кашгаре не жаловали.

Поэтому, отправляясь в путешествие, Валиханову пришлось «превратиться» в купца Алимбая. Эту вынужденную роль он играл в течение 10 месяцев, пока не переступил границу родной земли.

Научный подвиг Чокана в свое время приковал внимание всего ученого мира. Труды Валиханова о Кашгаре печатались и в Лондоне, и в Берлине. В предисловии к английскому изданию трудов путешественников читаем: «среди отчетов о путешествиях в Среднюю Азию, представленных здесь, выдающееся место принадлежит сообщениям Валиханова».

В сообщении о путешествии Валиханова в Кашгар, напечатанном в одном из немецких журналов, также писалось, что «господин Валиханов единственный из европейцев ступил на эту землю». Таково было широкое признание мировой общественностью научной деятельности первого казахского ученого.

Затем Чокан жил в Петербурге, где работал в высшем военном учреждении – Генеральном штабе, а также Азиатском департаменте Министерства иностранных дел, Русском географическом обществе, членом которого он был избран в 1857 году, слушал лекции в Петербургском университете.

Он работал над составлением и изданием карт Средней Азии и Восточного Туркестана, принимал участие в подготовке к изданию трудов ученого Карла Риттера, обобщал материалы по географии, этнографии, истории Центральной Азии и Казахстана.

Осмыслить будущее

Выдающийся казахский писатель Мухтар Ауэзов безграничной дружбе Чокана и Достоевского посвятил такие слова: «В Чокане Валиханове Достоевский сразу угадал человека с ярким и не­обычным будущим, увидел общественного деятеля, который станет светочем своего народа. Через Достоевского Чокан познакомился с литераторами Майковым, Полонским, Крестовским; был знаком с Менделеевым, Доб­ролюбовым, посетил в редакции «Современника» Чернышевского».

В результате бесед с Валихановым поэт Аполлон Майков написал стихотворение «Емшан», посвященное любви к родной земле, где есть такие строки:

…За грудь схватился… Все глядят:

Он – грозный хан, что ж это значит?

Он, пред которым все дрожат,-

Пучок травы целуя, плачет!

В письме Майкова Валиханову читаем: «...мы немного времени провели вместе, но я так полюбил Вас...».

В ученой и литературной среде, в которой вращался Чокан во время пребывания в Петербурге, он пользовался большим уважением и любовью. Григорий Потанин, первый биограф и друг Чокана, писал: «народ свой он любил... Он хотел ему добра, и служить будущему своего народа было его мечтой».

Валиханов прекрасно знал жизнь казахов, быт, нравы, обы­чаи, многовековую духовную культуру, прекрасно разбирался в сложнейших политических проблемах, в нуждах и чаяниях своего народа, глубоко чувствовал его потребность в развитии, в выходе из духовного тупика.

Чокана особенно волновал воп­рос о пути, по которому должно пойти дальнейшее историческое развитие казахского общества. Путь экономического, политичес­кого и культурного прогресса казахского народа он видел в просвещении, в образовании. Он считал, что для нормального развития народа необходимы прежде всего свобода и знания.

В работе «Записка о судебной реформе» Чокан защищает интересы народа, высказывает мысль о том, что реформы должны учитывать насущные нужды простых людей, и утверждает, что полезны лишь те реформы, которые способствуют улучшению быта человека. Не правда ли, весьма актуальная мысль и в наши дни?

Возвращение

Весной 1861 года тяжелая болезнь заставила Чокана оставить Петербург. Вернувшись в родной аул, он занимался изучением быта, истории народа, собиранием образцов устной поэзии. Много писал об отсталости, средневековье, страданиях бесправных народных масс, выступал против угнетения и несправедливости.

Однажды поверив, что можно «от власти создать счастье народа», Валиханов писал Достоев­скому, что думал сделаться султаном, чтобы посвятить себя пользе соотечественников, защитить их от произвола чиновников. Но сделать это было не суждено. Умер Чокан Валиханов очень рано, в возрасте 30 лет. Он похоронен вблизи дороги у подножия Алтын-Эмельского хребта, примерно в 250 километрах от Алматы.

Любовь к родной земле, глубокая связь с народом позволяли ему заглянуть далеко вперед. Вся его деятельность пропитана страстным желанием просветить родной народ, приобщить его к сознательному определению своей судьбы, развитию национальной культуры.

О Чокане говорят, что он опередил время, и это стало его драмой. Власти относились настороженно к столь грамотному и одаренному человеку. Да и многими со­отечественниками он остался не понят. Но вот насмешка истории: на ту эпоху мы сегодня смотрим во многом его глазами. По словам профессора Жараса Ермекбая, идеи Валиханова о необходимос­ти просвещения, образования, науки для развития народа, его активная деятельность в этом направлении были прогрессивными и имели сильное влияние на развитие общественной мысли в Казахстане.

По сути, Чокан адресовал свои главные мысли о будущем не тем, кто ждал от него отчетов о путешествиях в дальние страны. Он обращался к своему народу, к поколениям, которые будут жить после него, хотел донести до них мысль о том, как необходима, говоря современным языком, модернизация общественного сознания.