Совершенно новые и знакомые до жути

ВЭФ информирует

В январе в швейцарском Давосе проходил знаменитый Всемирный экономический форум (первый в привычном очном формате с начала пандемии COVID-19). Традиционно к этому мероприятию ВЭФ выпускает Global Risks Report – «Доклад о глобальных рисках», составляющийся на основе опросов экспертов из академического сообщества, бизнеса, государственного сектора, гражданского общества по всему миру.

Как отмечают авторы доклада, первые годы нового десятилетия XXI века стали началом турбулентного и разрушительного периода в истории человечества.

Только начав отходить от кошмарных последствий пандемии COVID-19, мир столкнулся с новыми глобальными проблемами – сильнейшей геополитической напряженностью и разобщенностью, серией кризисов в безопасности, экономике, энергетике, продовольственном обеспечении. То, что происходит сейчас, эксперты ВЭФ называют словом «поликризис» – ситуация, когда глобальные риски (нынешние и будущие) оказываются не просто связанными, но еще и усугубляющими друг друга. То есть «синергетический эффект» от пересекающихся кризисов гораздо больше и серь­езнее, чем сумма последствий каждого отдельного кризиса вместе взятых.

«С началом 2023 года мир сталкивается с рядом рисков, которые одновременно кажутся совершенно новыми и до жути знакомыми. Мы стали свидетелями возвращения «старых рисков» – инфляции, кризиса стоимости жизни, торговых войн, оттока капитала с развивающихся рынков, широкомасш­табных социальных волнений, геополитической конфронтации и угрозы ядерной войны, – с которыми сталкивались лишь немногие из нынешнего поколения бизнес-лидеров и лиц, определяющих государственную политику.

Кризисные явления усиливаются сравнительно новыми вызовами в ландшафте глобальных рисков, включая неприемлемый уровень глобальной задолженности, новую эру низких темпов экономического роста, низкий уровень глобальных инвестиций, деглобализацию, снижение уровня человеческого развития после десятилетий прогресса, быстрое и беспрепятственное развитие технологий двойного назначения (гражданских и военных), а также нарастающее влияние последствий изменения климата и амбиций в условиях постоянно сокращающегося окна возможностей для достижения климатической цели в 1,5 °C (выше доиндустриального уровня). Эти кризисы пересекаются, формируя уникальное, неопределенное и турбулентное предстоящее десятилетие», – отмечается в преамбуле доклада Global Risks Report 2023.

Два года
и десять лет

Специалистам был представлен список из 32 глобальных рис­ков (в сфере экономики, окружающей среды, геополитики, социальной сферы, области технологий) для ранжирования их остроты и актуальности в горизонте двух и десяти лет. Риски, попавшие в топ-10 краткосрочных и долгосрочных, совпадают на 90%. Но различающиеся пункты и то, как меняется положение в рейтинге остальных девяти, весьма показательно.

На период до 2025 года, по оценкам опрошенных ВЭФ экс­пертов, наиболее актуальными являются следующие риски: кризис стоимости жизни; природные катастрофы и экстремальные погодные явления; геоэкономическая конфронтация; неспособность смягчить изменение климата; эрозия социальных связей и социальная поляризация; инциденты с крупномасштабным ущербом для окружающей среды; провал адаптации к климатическим изменениям; распространение киберпреступности и рост кибернезащищенности; кризис природных ресурсов; масштабная вынужденная миграция.

Риск номер один в кратко­срочной перспективе – кризис стоимости жизни. То, что именно он возглавил рейтинг, неудивительно, потому что это уже не риск даже, а состоявшаяся глобальная реальность. Как отмечается в докладе, экономические последствия COVID-19 и событий в Украине привели к стремительному росту инфляции. Цены на продовольствие, жилье, энергию выросли по всему миру.

Несмотря на то что кризис стоимости жизни эксперты определили как больше краткосрочный риск (в рейтинге на 10 лет вперед этот пункт ушел на 15-е место), последствия его будут носить характер вполне долгосрочный и гораздо более широкий (поликризис, не забываем).

Сохраняющееся и усиливающееся инфляционное давление будет способствовать росту бедности, усугублению проблемы голода, социальной и политической нестабильности. Причем ситуация чревата потрясениями даже в целом благополучных странах. Это можно было наблюдать уже в 2022 году: протесты, связанные с ростом стоимости жизни, охватили более чем 90 государств по всему миру, в том чис­ле в Америке и Европе.

«Наступившая в результате новая экономическая эра может стать периодом увеличения разрыва между богатыми и бедными странами и первым откатом в человеческом развитии за десятилетия», – отмечается в докладе.

В перспективе ближайших десяти лет, то есть до 2033 года, рейтинг рисков выглядит следую­щим образом: неспособность смягчить изменение климата; неспособность адаптироваться к климатическим изменениям; природные катастрофы и экстремальные погодные явления; потеря биоразнообразия и коллапс экосис­тем; масштабная вынужденная миграция; кризис природных ресурсов; эрозия социальных связей и социальная поляризация; распрост­ранение киберпреступности и рост кибернезащищенности; геоэкономическая конфронтация; инциденты с крупномасштабным ущербом для окружающей среды.

Единственный «новый» риск в этом рейтинге – потеря биоразнообразия и коллапс экосистем, которого в рисках на два года вперед даже в топ-15 нет. И это при том, что данный кризис уже сегодня – одна из острейших проблем. По оценкам ученых, природа разрушается с беспрецедентной в истории человечества скоростью: около миллиона видов флоры и фауны уже на грани полного исчезновения, многие животные, растения и даже целые экосистемы могут быть бесследно утрачены уже в ближайшие десятилетия.

– Мы относимся к природе, как к туалету, – заявил Генеральный секретать ООН Антониу Гутерриш на конференции ООН по биоразнообразию, прошедшей в канадском Монреале в декабре 2022 года. – И в конечном счете мы совершаем самоубийство. Потеря природы и биоразно­образия дорого обходится людям. Цена, которую мы платим, измеряется в потерянных рабочих местах, голоде, болезнях и смертях. Цена, которую мы платим, – это три триллиона долларов ежегодных потерь к 2030 году из-за деградации экосистем. Цена, которую мы платим, – это рост цен на воду, продукты питания и энергию.

Авторы доклада ВЭФ подтверждают, что утрата биоразнообразия станет важным компонентом поликризиса. Разрушение экосистем будет иметь серьезные экономические и социальные последствия, в числе которых – рост заболевае­мости зоонозами (инфекции, передающиеся от животных человеку), снижение урожайности сельскохозяйственных культур, растущий дефицит воды, который потенциально может спровоцировать рост насилия и конфликты, потеря доходов, зависящих от продовольственных систем, новые и более мощные природные катаклизмы.

Связанные угрозы

Риски, связанные с окружаю­щей средой, экологией, изменением климата, впервые появились в топе Global Risks Report больше десяти лет назад. В свежем рейтинге эти проблемы уже, безусловно, доминируют. В топ-10 рисков в перспективе двух лет они занимают 50%. В рейтинге на 10 лет – уже больше половины, причем перемещаются в верхнюю часть списка.

С одной стороны – это демонст­рирует понимание реальной серьезности угроз, связанных с изменением климата и ухудшением экологии. С другой – свидетельствует о том, что адекватных ответов на сформулированные риски пока так и нет, и проблемы, которые за ними кроются, не решаются.

В частности, стоит обратить внимание на пункт «Неспособность смягчить последствия изменения климата», расположившийся на четвертом месте в рейтинге на два года и на первом – в горизонте 10 лет. Как показало Исследование восприятия глобальных рисков (Global Risks Perception Survey – GRPS), результаты которого представлены в докладе, именно к этому глобальному риску страны мира наименее подготовлены: 70% респондентов GRPS оценивают существующие меры по предот­вращению изменения климата или подготовке к нему как «неэффективные» или «крайне неэффективные». Отсутствие глубокого согласованного прогресса в достижении климатических целей выявило расхождение между тем, что научно необходимо для достижения углеродной нейтральности, и тем, что политически возможно.

Даже шансы ограничить потепление пресловутыми 1,5 °C выглядят все менее и менее реа­листичными. По данным ООН, объемы выбросов парниковых газов растут, и, если не принять мер, человечество ждет потеп­ление на 2,8 °C. И последствия такого сценария будут разрушительными.

Как отмечается в докладе, «недавние события» должны привести к поворотному моменту, побудить страны – импортеры энергии инвестировать в «безо­пасные», более чистые и дешевые возобновляемые источники энергии. Однако пока растущий спрос на ресурсы, геополитическая напряженность, экономическое давление уже ограничили, а в некоторых случаях обратили вспять прогресс в смягчении пос­ледствий изменения климата (по крайней мере, в краткосрочной перспективе).

«Например, ЕС потратил не менее 50 миллиардов евро на новую и расширенную инфраструктуру и поставки ископаемого топлива, а некоторые страны перезапустили угольные электростанции. ...Переговоры на COP27 не привели к столь необходимому соглашению о поэтапном отказе от всех ископаемых видов топлива, что обнажило трудности баланса между краткосрочными потребностями и долгосрочными амбициями», – говорится в докладе.

Нынешние кризисы отвлекают ресурсы и внимание от кризисов будущих, и есть вероятность, что нагрузка на окружающую среду будет расти. Риски более медленного и беспорядочного энергетического перехода стали реальностью, что может привести к очень плохим последствиям в самых разных сферах. В частности, изменение климата все чаще будет становиться ключевым фактором миграции (еще один риск из топ-10 как на долгосрочную, так и на ближайшую перспективу), и есть признаки того, что оно уже способствовало возникновению террористических групп и конфликтов в Азии, на Ближнем Востоке и в Африке. Не говоря уже о том, что изменение климата непосредственно влияет на частоту природных катастроф и экстремальных погодных явлений (тоже топовый риск), может критически усугубить проблему продовольст­венной безопасности. А они, в свою очередь, будут оказывать влияние на множество других факторов и областей.

В целом, как отмечается в докладе, пока разворачиваются непрекращающиеся потрясения (тот самый поликризис), мир стоит на распутье. Действия, которые будут предприняты сегодня, определят будущую картину рисков, поэтому нельзя допустить, чтобы урегулирование нынешних кризисов отвлекало от более долгосрочной перспективы. В то же время фокусироваться только на будущем, оставляя без внимания настоящее, тоже нельзя.

Каждый риск требует согласованных, конкретных и индивидуальных усилий, но есть несколько сквозных принципов, которые, по мнению авторов доклада, могут способствовать обеспечению готовности по всем направлениям. Эпоха поликризиса требует усиления идентификации рисков и прогнозирования; переосмысления «будущих» рисков; инвестирования в готовность к многодоменным (затрагивающим несколько областей) рискам, а также укрепления готовности и сотрудничества в области реагирования.

«В условиях сложных рисков необходимо обеспечить лучший баланс между национальными интересами и глобальным сотрудничеством. Нам нужно действовать сообща, чтобы найти выход из каскада кризисов и обеспечить коллективную готовность к следующему глобальному потрясению, какую бы форму оно ни приняло. Лидеры должны понимать сложность вызовов и действовать в соответствии со сбалансированным видением, чтобы создать более сильное, процветающее общее будущее», – резюмируется в докладе.