Право на веконаречение

Не спрашивайте время у поэтов,
Ведь не живут поэты по часам.
Не стоит их за то взывать
к ответу
И заставлять их опускать глаза.
Мечтатель, как ребенок,
непосредствен,
Живет поэт, не научившись жить.
Но лишь ему и обессмертить
время,
Что вы смогли бездарно
просадить.

В этих строчках - ответ на вопрос, кто способен дать точное название «родовым пятнам» своего времени, именуя его то восторженно «Серебряным веком», то безжалостно - «Веком-волкодавом». Но не каждый творец имеет право на веконаречение. Так, вторая половина прошлого столетия стала «Космической эрой» с легкой руки Олжаса­ Сулейменова, когда на всех континентах прозвучала первая в мире поэма о космичес­кой выси человеческого дерзновения - «Земля, поклонись человеку».

Но именно в то время, когда мир рукоплескал космическому прорыву СССР, на земле Абая полным ходом шли испытания ядерного оружия. В те десятилетия в мирном Казахстане и прилежащих к нему российских регионах от радиационного излучения погибло больше, чем советских солдат в горах и пустынях Афганистана. А кто считал и считает тех, кто по сей день продолжает тихо умирать от последствий ядерного полигона?..

Мог ли настоящий поэт не заклеймить то время поверженного человеческого духа, скорби и страданий словом-тавром, дабы помнили об этом безысходном веке? Только творец, пропустивший через свое сердце неутихающую боль утраты друзей и близких, бывший в первых рядах борцов за закрытие Семипалатинского полигона, мог назвать те тревожные десятилетия единственно верным словом - «заман-ай». Под пером Улугбека это слово с тысячелетней историей обрело новое смысловое звучание и воспринимается намного шире устоявшегося синонима тяжелого времени. Оно стало неким вербальным кодом, точно и образно отражающим античеловечность многолетних ядерных испытаний. Именно этим словом поэт нарек вторую половину минувшего столетия. Если эпоха Возрождения, к примеру, напоминает о торжестве человеческого разума, то «Заман-ай» - о страшном времени человеческого самоуничтожения. Не случайно знаменитая ныне песня «Заман-ай» на стихи Улугбека стала гимном международного антиядерного движения «Невада - Семей».

Улугбек Есдаулетов - автор более 15 поэтических книг, лауреат Государственной премии РК, премии Ленинского комсомола Казахстана, международной литературной премии «Алаш», заслуженный деятель РК, кавалер Золотой Есенинской медали России, Высшей литературной премии кыргызских литераторов «Тәуелсiздiк» и других отечест­венных и международных наград.

Но не орденами и медалями измеряется высота творческого восхождения - об этом говорят его поэтичес­кие книги, тепло принятые широкой читательской аудиторией: «Жұлдыз жарығы» (1977), «Алтайдың алтын тамыры» (1979), «Ұлыстың ұлы күні» (1982), «Ақ керуен» (1985), «Жаратылыс» (1989), «Жүректегі жарылыстар» (1995), «Заман-ай» (1999), «Киіз кітап» (2001), «Қара пима» (2006), «Ынтық зар» (2010), а также сборники стихов и поэм на русском «Перевалы Алтая» (1988), «Ахиллесова пята» (2002), на китайском языке «Заман-ай» (2005), на кыргызском «Жүрегім - махаббаттың астанасы» (2011).

Улугбек много работает также в различных жанрах журналистики. Он великолепный эссеист (сборник эссе «Әбілхаят»), интересны и его путевые очерки. Он академик Академии журналистики Казахстана, а также Международной академии поэ­зии тюркского мира, секретарь правления Союза писателей Казахстана.

По мнению литературоведов, Улугбеку Есдаулетову было бы достаточно одного только поэтического шедевра «Заман-ай», чтобы остаться в истории тюркской поэзии, ибо с колоссальной силой сострадания и высочайшим художественным мастерством прописана в нем каждая строчка, поднимая на новую высоту поэтические традиции последователей великого Бухар-жырау.

В когорте отечественных художников слова у Улугбека Есдаулетова свое особое место. Не только потому, что он - талантливый поэт, главный редактор литературно-художественного журнала «Жұлдыз». Он интересен прежде всего как многогранная личность. Великолепный рассказчик, тонкий юморист, импровизатор, отменный бильярдист, а самое главное - надежный человек и в кругу семьи, и в кругу друзей... Именно о таких издревле говорят «сегіз қырлы, бір сырлы».

Улугбек с юных лет тянулся к прекрасному. На формирование поэта повлияли и великолепная природа Алтая, где он родился, и просветительский дух, царивший в школе, и светлая аура родного послевоенного аула, не утратившего еще добрые традиции, восходящие к тем временам, когда любовь к образному слову была естественным состоянием казахской семьи. Это было время, когда каждый второй писал стихи. И вполне закономерно, что именно в ту пору, когда цена каждой поэтической метафоры в народном сознании была не ниже нынешних цукерберговских миллиардов, появился Поэт. Спустя годы он напишет:

Увидел я слово. Сдружился я с ним.
Влюбился. За ним по пятам
я ходил.
Словесного яда испив,
чуть не умер.
Словесного меда отведав - ожил.
...Схватившись со словом
в неравной борьбе,
Остался без слов. Покорился себе.
Вконец допекло неуемное Слово,
Которого мне не хватает в судьбе.

Юному поэту не было еще и 14 лет, когда его стихи стали регулярно появляться на страницах газет и журналов Казахстана. На факультете журналистики КазГУ часто задумчивый, с характерными алтайскими скулами Улугбек выделялся среди сверст­ников. Лично меня подкупали его глубокая серьезность, такая редкая для беззаботной студенческой поры. И первый сборник стихов «Қанат қақты» вышел в 1974 году, когда Улугбеку едва исполнилось 20 лет.

С тех пор его лирика, наполненная философскими раздумьями, удивляющая свежими первородными метафорами, согревает сердце, вселяет веру в свет разума и торжество доб­ра. Но как подлинный интеллектуал, уважающий своих читателей и всегда помнящий о высокой миссии поэ­та, Улугбек не обходит вниманием и то, что омрачает жизнь. Говорит о явлении иногда с изящным юмором, чаще с открытой иронией.

Улугбек Есдаулетов пришел к рубежной дате не только как признанный поэт. Он многое делает для развития отечественной культуры как один из активных руководителей Сою­за писателей Казахстана. Его часто можно встретить в разных уголках республики, где он выступает перед аудиторией, вовлекая слушателей в мир духовной гармонии. В его переводе на казахский язык звучат стихи А. Блока, Н. Рубцова, О. Рифата, А. Рыскулова, Б. Шинкуба, П. Мовчана, С. Муккерджи, других поэтов ближнего и дальнего зарубежья.

А с творчеством самого Улугбека могут познакомиться любители стихов, читающие на русском, болгарском, английском, турецком, хинди, кыргызском, украинском, белорусском, латышском и других языках. В нынешнем году его стихи и поэмы вышли отдельными книгами в Китае, Турции, Монголии, Кыргызстане.

В 2005 году поклонник таланта Улугбека из КНР Нурдыхан Айдарханулы на собственные средства издал его книгу «Заман-ай» в Китае. И таких случаев немало.

Что можно пожелать поэту, достигшему рубежной высоты? Быть по-прежнему выше суеты, в исканиях творческих жить категориями Хроноса. Ибо Поэт и Вечность - одного понятийного ряда.

Аяган САНДЫБАЙ,
заслуженный деятель Республики Казахстан