Нефтегазовый комплекс Казахстана остается основной статьей дохода нашей страны. По информации У. Карабалина, доля нефтегазовой сферы в ВВП страны 2013 года составил порядка 24%, в Национальном фонде – 99%, в экспорте республики – 76%, в объеме прямых иностранных инвестиций в экономику Казахстана – 24%.
В стране достигнут новый рекордный уровень в добыче нефти – 81,8 млн. тонн, что на 3,3% превышает показатели 2012 года. При этом экспорт нефти впервые составил более 72 млн. тонн – нашу нефть получают более 30 стран мира. Переработка нефти достигла 14,3 млн. тонн. Транзит газа – 99 млрд. кубометров. Впервые достигнута планка в 42 млрд. кубометров в добыче газа.
– Все это в комплексе – новые ориентиры и для отрасли, и для экономики республики. В текущем году по большинству показателей стоят еще более амбициозные планы, – сказал глава МНГ.
Но перед тем как начать осуществлять амбициозные планы, депутаты предложили министру решить ряд актуальных сегодня для отрасли задач. Так, Мейрам Бегентаев считает, что одним из проблемных вопросов, не решенных в нефтегазовой отрасли, является дефицит квалифицированных кадров в нефтегазовом секторе. Решить этот вопрос призваны соответствующие нормы в Законе «О недрах и недропользовании», которые обязывают недропользователей готовить казахстанские кадры. В связи с этим депутат интересуется, как сегодня реализуются эти нормы.
Министр согласился с актуальностью поднятой темы, отметив, что сегодня существует переизбыток в специалистах с высшим образованием и недостаток в работниках среднего звена, технических специалистах. А потребность растет и будет расти. Так, в будущем в рамках развития ТОО «Тенгизшевройл» потребуется более 20 тыс. специалистов, на расширение карачаганакского направления также будет необходимо привлечь не менее 10 тыс. человек. Поэтому, сказал У. Карабалин, министерство следит за тем, чтобы компании проводили обучение казахстанцев.
Поднимали депутаты и вопросы экологической составляющей нефтегазовой сферы. Айткуль Самакова считает, что недропользователи не особо озабочены проблемами сохранения экологии на месторождениях, свидетельство тому – отсутствие каких-либо ответов на депутатские запросы, касающиеся этой темы.
– Я бы хотела узнать из ваших уст, планируется ли в будущем сохранение экологии Каспия? Будут ли проводиться работы по ликвидации и консервации безотходных скважин, нефтяных амбаров, возможных разливов нефти? – спросила А. Самакова.
Также депутат поинтересовалась, по какой причине переход на экологический стандарт «Евро-3» для моторного топлива все время откладывается. При этом, согласно условиям Таможенного союза, переход на эти категории должен проводиться практически одновременно с нашими партнерами, так как Россия уже ввела «Евро-3» еще полтора года назад.
Отвечая на вопрос, касающийся экологии, У. Карабалин заверил народных избранников, что необходимые работы по охране окружающей среды ведутся, и, несмотря на то что компетентным органом по этому вопросу является Министерство окружающей среды и водных ресурсов, Министерство нефти и газа не остается в стороне – только после соответствующей экспертизы Министерства окружающей среды и водных ресурсов проекты получают возможность развития.
Что же касается ликвидации скважин, то У. Карабалин согласился, что работа идет не так быстро, как этого бы хотелось.
– Сегодня эти скважины, которые в советское время были пробурены, в основном бесхозные. Компетентным лицом по ликвидации таких скважин определен Комитет геологии Министерства индустрии и новых технологий. В нынешнем году в бюджете на эти цели уже выделены деньги – порядка 3–4 миллиардов тенге, чтобы работы были возобновлены и ускорены, – сказал У. Карабалин.
О переходе на стандарт «Евро-3», а также «Евро-4» и «Евро-5» говорить до окончательной реконструкции отечественных НПЗ рановато, посему сегодня ставится вопрос о переносе для Казахстана сроков перехода на названные стандарты еще на некоторый период.
Ответ министра вызвал в свою очередь вопрос о том, по каким причинам откладывается реконструкция НПЗ, которая должна была завершиться уже в текущем году. По словам У. Карабалина, причина проста – реконструкция каждого НПЗ обходится порядка одного-двух миллиардов долларов...
Экологическую тему продолжил депутат Турсунбек Омурзаков, который поинтересовался, какие штрафные санкции наложены за нанесение экологического вреда и приостановку работ на разработчиков кашаганского месторождения, где осенью прошлого года произошли две аварии.
По словам У. Карабалина, Министерство окружающей среды и водных ресурсов выставило разработчику месторождения претензию и требует по суду экологический штраф в сумме свыше 700 млн. долларов, однако контракторы компании возражают против такой суммы, они считают ее чрезмерно высокой.
– В дальнейшем в суде будут рассматриваться аргументы сторон с приглашением международных консультантов, – сказал министр.
Поднимали депутаты и вопрос строительства еще одного НПЗ в Казахстане. В частности, депутат Камал Бурханов поинтересовался, какова возможность строительства нефтеперерабатывающего завода на основе Карашаганакского месторождения? Как отметил У. Карабалин, необходимость строительства, по сути, четвертого НПЗ должна быть продиктована рентабельностью и конкурентоспособностью, а для этого он должен перерабатывать не меньше 10 млн. тонн нефти в год. Строительство подобного производства обойдется не менее чем в 3–4 млрд. долларов. Пока экономически уполномоченное ведомство на это пойти не может.
Обсуждался вопрос развития нефтегазовой сферы и в контексте происходящих сегодня в мире геополитических процессов, в которых, как известно, энергоносители играют не последнюю роль.
Говорилось в ходе правчаса и о социальной ответственности нефтегазового сектора страны. Так, депутат Айгуль Соловьева посоветовала У. Карабалину в следующий раз доложить не только об объемах добываемой нефти, но и о том, как проводится социальная работа в отрасли.
Депутат Борис Сорокин констатировал, что объем оборота нелегальной нефти в Казахстане достигает 250–350 тыс. тонн в год. При этом соответствующее законодательство четко регламентирует только добычу и переработку нефти, а между этими процессами существует правовая неопределенность, которой пользуются теневые нефтерейдеры, легализуя похищенную нефть. В связи с этим депутат поинтересовался, планируется ли утвердить правила приемки нефти, где будут установлены жесткие требования к поставщику нефти и к тому, кто ее принимает. Ответ министра нефти и газа был лаконичен – планируется.
Также рекомендовали народные избранники уже начать принимать конкретные меры для осуществления глубокой переработки нефти и газа. К примеру, крупные нефтегазовые компании США, Канады и Западной Европы извлекают основной доход не от продажи сырой нефти или газа, а от продажи продукции их глубокой переработки – резинотехнических изделий, пластиковых масс, синтетических тканей, изделий и средств для борьбы с вредителями сельского хозяйства, реактивного и ракетного топлива, синтетических и природных масел.
А пока мы, занимая 12-е место в мире по добыче нефти, ежегодно потребляем примерно 350 тыс. тонн нефтяных масел, произведенных в других странах, при том, что их стоимость в пять раз превышает стоимость сырой нефти. То есть инвестируем другие экономики…
Лаура ТУСУПБЕКОВА
