Лик богини Умай и странная парочка

Лик таласской богини

Придя в местное хранилище артефактов, в первую очередь обращаешь внимание на самые древние и необычные из них. И, пожалуй, одним из таких экспонатов является каменное изваяние Умай-ана, найденное близ села Майтобе Таласского района в окрестностях озера Биликоль, которое разлилось в 55 км к северо-западу от Тараза. Обнаруженный памятник истории своими корнями уходит глубоко в древность. Находка, представляющая собой грубо отесанную плиту высотой 120 см, шириной 32 см и толщиной 11 см с вырезанным рисунком, датируется VI-VII веками.

– Высеченное на плоской поверхности камня изображение сохранилось довольно хорошо. Лишь часть ниже рта, к сожалению, отбита. В рисунке четко различается контур круглого лица с большими миндалевидными глазами, удлиненный прямой нос, соединенный с дугами бровей, уши и рот, – описывает изображение заместитель директора областного историко-краеведческого музея Жанна Косалиева.

По ее словам, такой женский образ был характерен для древнетюркских каменных изваяний. Его отличительной особенностью является венец на голове, который представлен в виде трезубца, символизирующего трехвершинность. Согласно мифологии, местопребыванием Умай считалась трехвершинная, также называемая трехрогой или трехглавой, гора Белуха на Алтае, расположенная на границе Казахстана и России. Она и стала своего рода символом в головном уборе богини.

По предположениям ученых, именно так выглядела в представлении древних жителей богиня Умай – покровительница домашнего очага, рожениц и детей.

– Это высокочтимое среди тюркских народов Великой степи женское божество, которому поклонялись наравне с Небом (Тенгри) и Землей (Йер-Су). По некоторым версиям Умай считалась супругой Тенгри, – рассказывает заведующая отделом областного историко-краеведческого музея Жансая Сембекова. – Каменные изваяния, подобные Таласскому, были найдены в Чуйской долине Кыргызской Республики и на Восточном Алтае. Считалось, что Умай не только охраняет домашний очаг и детей, но и покровительствует богатым урожаям, умножает скот, дарует победу.

Свет из прошлого

Среди предметов старины можно также отметить переносной бронзовый светильник XI-XII веков. Длина металлического изделия равна 25,5 см, ширина – 15 см, а высота – 10,5 см.

Светильник необычен тем, что относится к закрытому типу, но имеет крышку. Последняя отличается особой красотой и ажурностью, поражая высоким мастерством изготовления. Крышка украшена прорезным сложным орнаментом, который составлен из сердцеобразных листьев винограда, переплетающихся с лозою. Узор немного окислен.

– Крышка состоит из двух частей – статической и подвижной. Первая отлита вместе с корпусом, а вторая поднимается на двух петельках и прикрывает не только корпус светильника, но и рожки, – сказала Жанна Косалиева. – К сожалению, скрепляющего две эти части элемента не сохранилось. Древняя лампа имеет петлеобразную ручку, три ножки и четыре рожка. Крышка одного рожка отломана.

Светильник оказался случайной находкой на месте бывшего городского центрального рынка (Зеленого базара). В записи указано, что этот экспонат поступил в фонд областного историко-краеведческого музея 16 июня 1964 года.

– Судя по находкам археологов, в эпоху бронзы среди жителей поселений Казахстана были превосходные мастера. И подтверждением этому является данный светильник, – отметила заместитель директора музея.

По словам ученых, такие изделия часто носили религиозно-эстетический характер. Они отличались высоким художественным вкусом, совершенством форм, наличием орнамента. Это касается как бытовых предметов, так и оружия и военного снаряжения: ножей-секачей, вислообушных топоров, кинжалов, щитов, шлемов, наконечников копий и стрел.

– Творчество древних художников находилось в тесном взаимодействии с реальными образами окружающего их растительного и животного мира. Мотивы, которые составляют основу орнамента, можно разделить на три основные группы: геометрические, растительные и зооморфные, – рассказывает Жанна Косалиева.

Древний холодильник священнослужителя

Также обращает на себя внимание посетителей один из самых больших сосудов, обнаруженных исследователями жамбылской земли на территории городища Тараз. Это хум вместимостью 100 литров, датированный IX-X веками. Особенностью керамического изделия, помимо внушительных размеров, оказалась надпись на согдийском языке.

– В коллекции экспонатов областного музея большое разнообразие керамических изделий, изготовленных в эпоху Великого Шелкового пути. Но этот экземпляр примечателен тем, что обнаруженная надпись в очередной раз подтверждает предположение ученых о том, что среди тюркоязычных племен была широко распространена согдийская письменность. По их мнению, на протяжении длительного времени ею пользовалось население Западно-Тюркского, Тюргешского и Карлукского каганатов, – отмечает Жансая Сембекова.

Сосуд найден в 1960 году. Ученые считают, что его использовали для хранения вина. На поверхности хума сбоку можно разглядеть текст «Пресвитер Ильтаг». А в его нижней части имеется небольшое отверстие, которое предназначено для того, чтобы была возможность определить, готово ли вино или нет, при этом не открывая крышку.

– Учитывая, что Ильтаг – это имя священника христианской церкви, можно сделать предположение, что производство вина в Семиречье находилось именно в руках христиан, – заключила Жанна Косалиева. – Ведь вино в те времена, как и сегодня, занимало важное место в их религиозных обрядах и жизни в целом. Такие хумы обычно практически целиком закапывали в землю, оставив лишь доступ к ним сверху. Проводя аналогию с современностью, можно сказать, что они были для людей своего рода древними холодильниками.

Глиняный клюв птицы

Не менее интересен другой сосуд, обнаруженный местным жителем несколько лет назад. К сожалению, в музее не сохранилось о нем подробной информации. Известно только то, что его фамилия – Даулетбаев, и артефакт им найден случайно при проведении земляных работ на огородном участке в селе Жалпактобе, а после передан в музей.

– Это кувшин, изготовленный из глины в VII-VIII веках, – рассказывает Жансая Сембекова. – Его высота составляет 23,5 сантиметра, а диаметр в самой широкой части равен 15,5 сантиметра. Он имеет шаровидное тулово, которое заканчивается выступающим сливом в форме клюва птицы. На самом сливе видны сколы. Ниже находятся две лунницы с налепным зрачком. На месте соединения тулова и горловины прослеживается рельефный орнамент в виде цепочки или жгутика.

Рассматривая старинное керамическое изделие, можно заметить, что его также отличают другие украшения – подковообразные объемные налепы, в центре которых прикреплены шишечки, инкрустированные медью. Точно такие же элементы присутствуют на горловине по вертикали от слива. У сосуда предусмотрена ручка. Она, вытянутая и немного выступающая, расположена вертикально. Подобные кувшины встречаются редко, и относятся они к «согдийскому» типу.

Необычный сосуд

Мне также стал интересен керамический оссуарий, найденный археологами в 1950 году при раскопках на месте бывшего городского Мучного базара, развернутого на территории некогда зороастрийского кладбища. Он отличается от других своим необычным и в то же время очень знакомым видом. Дело в том, что оссуарий выполнен в форме юрты, обычно не свойственной подобного рода сосудам.

– Его стенки наклонены внутрь и закреплены в углах, переходя к верху в высокую овально-сферическую съемную крышку. К сожалению, последняя не сохранилась полностью – ручка крышки оказалась сломанной. Но это не мешает убедиться в высоком мастерстве древних гончаров, – отмечает Жанна Косалиева.

Если разглядеть поближе, то можно заметить, что по стенкам глиняного изделия ниже проходит опоясывающий лепной жгут. Выше него поверхность крышки и стенок украшена прочерченным свободным рисунком в виде вертикальных линий и округлых стеблей. Кроме того, на лицевой стороне оссуария расположены две налепные человеческие фигурки в рост. Их руки скрещены на груди, лица округлые с тяжелым подбородком. Кроме того, во время раскопок внутри сосуда учеными были обнаружены человеческие кости. Находка датирована VI–VIII веками.

Странная парочка

Жансая Сембекова отметила еще два керамических артефакта, представляющих наибольший интерес как для ученых, так и для посетителей музея.

Одним из них является фрагмент крышки от неизвестного сосуда, датированный VII–IX веками. По имеющемуся обломку, склеенному из двух частей, можно понять, что когда-то крышка имела круглую форму диаметром 28 см. Она была выпуклой, ее высота предположительно составляла 7,5 см. На поверхности фрагмента просматривается налепной рельефный рисунок, который представляет собой схематическое изображение фигуры человека, у которой согнута рука и широко расставлены ноги. Тело украшено маленькими кругами и овалами. Рядом изображено животное – козел. Выше можно разглядеть виноградную лозу с гроздьями плодов. По краю тянутся два рельефных пояска, над которыми видны кружки, вдавленные стеблем камыша. С внутренней стороны и по краям крышки остались следы копоти.

– Крышка была лепной с равномерным обжигом, – показывает экспонат Жансая Сембекова. – Примечательно, что она выполнена из теста с примесью огнеупорной глины – шамота. К сожалению, найдены только два фрагмента крышки, поэтому мы имеем неполную картину. Они обнаружены на территории средневекового городища Нижний Барсхан и доставлены в музей В. Быковым. Позже их склеили воедино. Это все, что имеется в записях музея.

Дивный дар красавице

Последним артефактом при частичном знакомстве с музейной коллекцией стал кувшин грушевидной формы. Сосуд, датированный XIII веком, изготовлен из белой глины. К сожалению, у него отбиты горловина и ручка. Он найден на территории Джамбула в 1951 году.

Из общей массы его выделяет в первую очередь цвет. Поверхность керамического сосуда покрыта поливой голубовато-зеленого оттенка. Но это не самая главная его особенность.

– Уникальность кувшина заключается в том, что его корпус опоясывает широкая лента с рельефной надписью на арабском языке, которая в переводе на русский гласит: «В дар от бога прекрасной Айше-биби», – отметила Жансая Сембекова.

Речь идет о той самой красавице, о которой сложено почти три десятка легенд, повествующих о трагической истории любви. Напоминанием о ней служат три памятника средневекового зодчества – мавзолеи Карахана, Айши-биби и Бабаджи-хатун, расположенные в регионе и известные далеко за его пределами, в том числе и за рубежом.