Раскрыть потенциал языка

– Сейчас много делается для того, чтобы знание государственного языка стало насущной необходимостью, – говорит учитель казахского языка и литературы казахстанско-российской гимназии № 38 Жамал Коксеген. – В советское время в Алматы была только одна казахская школа, на заре независимости около 6, сейчас из более чем 200 алматинских школ 65 – казахские, свыше 60 – смешанные, остальные – русские. То есть соотношение примерно уравновесилось. Кроме того, в русских школах тоже преподают казахский язык. Другое дело – внутренний психологический барьер. Многие казахстанцы, имея хороший словарный запас и легко понимая беглую речь, из-за слабых артикуляционных возможностей не решаются говорить на государственном языке. Таким бы я посоветовала перебороть себя и выключить сидящий свой «внутренний» контроль. Я знаю людей, которые никогда не говорили на государственном языке. Но наступил, что называется, час икс – и они заговорили.

Что касается школы, то сейчас и родители, и дети осознали, что без государственного языка в нашей стране никуда. Большинство современных выпускников (независимо от национальности – казах, русский, татарин или уйгур) свободно переходят с одного языка на другой. Это при том, что молодых сейчас на голом пафосе не поймаешь. Они ныне руководствуются другими, более прагматичными мотивами: если мне это выгодно, если у страны есть будущее и я собираюсь жить здесь, я выучу этот язык.

– Появился даже такой научный термин, как «патриотизм с выгодой». Наша прагматичная молодежь прекрасно понимает, что через несколько лет они не будут востребованы у себя на родине, если, помимо русского и английского, не будут владеть государственным языком, – считает Жамал Коксеген. – Тем более что мы, учителя казахского языка, поощряя такой интерес, на своих уроках доказываем, что изучение любого языка полезно для мозговой деятельности: не будет болезни Альцгеймера, ответственное за словарный запас левое полушарие активно заработает, речь будет богаче, ярче, образнее и так далее. Должна сказать, что и со стороны родителей тоже идет очень большое понимание проводимой в стране языковой политики. Еще недавно бытовало мнение, что повсеместное введение государственного языка станет главным камнем преткновения в общественных взаимоотношениях.

Но время показало, что языковая политика в стране выстроена правильно. Насколько мы знаем, согласно проводимых в городе мониторингов, свыше 90% молодежи в Алматы связывают сегодня свое будущее со знанием государственного (в первую очередь) и других языков, что все больше алматинцев-не казахов отдают своих детей в казахские детские сады и школы, чтобы те с детства знали государственный язык наряду с родным. К примеру, в общеобразовательной школе № 70 обучаются воспитанники детского дома № 1. Среди них много не казахов по национальности, свободно владеющих разговорным государственным языком. А произошло так потому, что воспитательный процесс в детдомах ведется на казахском языке.

– В нашей гимназии в учебный процесс введены такие компоненты, как «Знакомство с Абаем», «Знакомство с Бауыржаном Момышулы», а также обучение выпускников делопроизводству на государственном языке, – продолжает учитель. – Еще один момент – каждый учитель казахского языка готовит со старшеклассниками научные проекты. Например, молодой учитель Танат Нургазиев работает с ними над научным проектом по теме «Латинский алфавит, кириллица и латиница сегодня и завтра». Сама я апробирую пятый год свою авторскую программу «Аспекты перевода разносистемных языков на примере казахского и русского» на примере перевода Абая Кунанбаева Леонидом Соболевым.

Немецкий поэт, писатель, историк литературы и критик Вольфганг Менцель не случайно сказал, что «перевод – это цветы под стеклом». После ознакомления с оригиналом творческого наследия классика школьники, как правило, убеждаются, что ни один перевод не может передать ту глубину мысли, которую степной гений Абай хотел передать последующим поколениям...

Сейчас много говорится на государственном уровне о необходимости терминологически приблизить наш язык к международному уровню. Именно с этой целью к 2025 году вся письменность предположительно будет переведена на латинскую графику. В прошлом году в преддверии этого процесса во всех школах Казахстана учителя и старшеклассники писали общеказах­станский диктант на латинице. Однако речь в данном случае идет не просто о смене алфавита.

Сегодня, по мнению Жамал Коксеген, необходимо провести модернизацию государственного языка, чтобы раскрыть весь его богатый потенциал, а не только использовать как средство коммуникации. Латиница, считает казаховед, должна помочь языку стать мощнейшим фактором духовного возрождения и укрепления национальной идентичности. Как специалист по этому предмету, она напомнила, что казахский язык, являясь одним из самых древнейших и богатейших в мире, считается основной жилой тюркского языка. Недавно в СМИ прошла информация о том, что в Институте языкознания им. А. Байтурсынова, начиная с 1937 года, накоплена картотека, состоящая из 2,4 млн казахских слов. Для сравнения: Маяковский и Шекспир, например, обходились 15 тысячами слов, а в «Пути Абая» Ауэзов употребил 16 983 слова! Это свидетельствует, по словам Жамал Коксеген, о богатстве и мощи казахского языка.

Основной целью современных уроков, и не только казахского языка, является воспитание конкурентоспособных личностей, готовых к эффективному участию в жизни своей страны, считает Жамал Коксеген.

– Для этого необходимо соз­давать такие условия обучения, чтобы дети стремились в дальнейшем успешно применять полученные знания в жизни, – говорит она. – Как показывает практика, использование современных разработок в области компьютерных технологий повышает мотивацию при изучении языка. Если раньше языку обучали с помощью учебника, доски и таблиц, то современный урок казахского языка проводится в лингафонных кабинетах с использованием IT-технологий. Это в первую очередь мультимедийные ресурсы Bilim Land, Online-mеktep, утвержденные МОН РК. Что немаловажно, изучая язык по обновленной программе, учащиеся могут не только слушать и говорить, у них активно развивается критическое мышление: поиск ответов на вопросы – почему, как, каким образом – они дают на государственном языке, что, в свою очередь, способствует появлению навыков свободного применения языка в различных ситуациях.

Эффективность обучения языку неизмеримо возрастает, по мнению педагога, когда обсуждаемые темы диалогов интересны и жизненно приемлемы. То есть если раньше учителя больше делали упор на изучение грамматики, то сейчас – на аудирование и говорение.

– Показателем эффективности такого подхода к изучению государственного языка является то, что наши дети – не казахи по национальности – показывают высокие результаты в различных конкурсах по казахскому языку: районных, городских и республиканских предметных олимпиадах, а также в литературных чтениях – абаевских, махамбетовских, макатаевских, где занимают призовые места, – сообщила Жамал Коксеген. – И если раньше педагоги их заранее готовили к этому, то сейчас дети сами стремятся ходить на дополнительные занятия. Мы, учителя казахского языка и литературы, давно заметили, что чтение произведений казахских классиков весьма плодотворно влияет на мировоззрение учеников. Они начинают проявлять больший интерес к учебе, у них лучше развиваются творческие способности и эстетические чувства. Когда в начале августа город отмечал 175-летие Абая, то дети, находясь на каникулах, приняли участие в дистанционном конкурсе на лучшего чтеца стихов Абая. Моя учительская гордость: наша школа заняла четвертое место среди полусотни школ Бостандыкского района. Я это связываю с тем, что сейчас даже по сравнению с событиями пятилетней давности говорящих на родном языке стало больше. Продиктовано это, на мой взгляд, двумя факторами. Первый: родители наших учеников – поколение, родившееся в середине 80-х – начале 90-х годов, а оно в основном свободно разговаривает на родном языке. Среди родителей, представителей других национальностей, тоже стало больше хорошо понимающих государственный язык, но пока еще не говорящих на нем. Второй фактор связан, думаю, с тем, что учителя используют уже другие методики. Сейчас по настоятельной рекомендации МОН РК уроки казахского языка 100-процентно, без переводов и субтитров на русском языке, ведутся на государственном языке. Нагрузка на учителей, особенно с учетом санитарно-эпидемиологической обстановки, удвоилась или даже утроилась – к каждому уроку нужно готовить слайды и презентации, но это дает результаты.

Что можно сказать об изучении государственного языка на сегодня в современных условиях?

– Сейчас все школы Алматы перешли на дистанционное и на синхронное (онлайн) обучение, – говорит наш собеседник. – На каникулах учителя изучали образовательные платформы Teems, Bilim-land, online-mektep и так далее. Из своего личного опыта могу сказать, что использую образовательную платформу Sfera, которую нам в начале учебного года предложили районные отделы образования. Она очень удобная и безопасная в отличие от платформы Zoom, которая постоянно подвергалась атаке хакеров. Однако, как бы ни были хороши эти образовательные платформы, живого общения ничто не заменит, в том числе и в плане изучения государственного языка. И мы, учителя, и дети сейчас очень скучаем по школе. А закончить мне хотелось бы словами Герольда Бельгера: «Жизнь состоит не только из материального, но и из духовности, а она связана только с языком… Вытравишь из себя казаха, лишишься родного языка – станешь никем, от себя ушел, до других не дошел». Эти слова относятся, я считаю, не только к казахам, а ко всем казахстанцам, кто живет и собирается жить в Казахстане. Родину ведь, как и родителей, не выбирают.