Реинкарнация туранских «больших кошек»

– Ерлан Нуралиевич, «первопроходцы» – тигрица Богдана и самец Кума, кому выпала честь возродить туранскую популяцию, уже прибыли из зоопарка Landgoed Hoenderdaell нидерландского города Анна-Полона и обживаются в Государственном резервате «Иле-Балхаш». Почему выбрали именно эту территорию?

– Да, действительно тигры уже «дома». Хорошо перенесли многочасовой перелет, убедился в этом лично – встречал «полосатый рейс» в аэропорту.

Почему наиболее подходящим местом был выбран южный берег озера Балхаш? Это обусловлено исторически – именно там в конце 1948 года прошлого века видели последнего тигра.

Да и в целом эта территория наиболее интересна и перспективна для возможного восстановления популяции: Иле-Балхашский резерват известен своим биоразнообразием – это и пойменные, и саксауловые леса, и водно-болотные угодья на южном побережье озера, здесь оби­тает большое количество редких животных, более 400 видов растений, многие из которых занесены в Красную книгу Казахстана.

– Проводились ли какие-нибудь подготовительные работы в резервате к прибытию полосатых новоселов?

– Они и сейчас проводятся. Обращу внимание, что программа восстановления популяции тигров в Прибалхашье рассчитана не менее чем на 35 лет и включает в себя несколько этапов. Первый идет непосредственно сейчас, это в том числе и подготовка территории. Он рассчитан на 6 лет, и по его завершении ожидается, что экосистема будет способна поддерживать жизнеспособную популяцию тигра.

Планируем, что к 2025 году будет сформирована популяция кабанов, косуль, оленей, джейранов и куланов таким образом, чтобы обеспечить в районе выпуска более 20 копытных на тысячу гектаров. Этого достаточно для формирования начальной популяции полосатого хищника.

– Раз заговорили об этапах программы, расскажите подробнее о ней в целом. И о финансовой составляющей обязательно.

– Программа финансируется за счет средств бюджета республики (в части содержания Государст­венного природного резервата «Иле-Балхаш»), Всемирного фонда дикой природы (World Wildlife Fund – WWF) и Программы развития ООН в Казахстане.

Финансирование идет по разным направлениям – это и содержание государственного учреждения, и развитие инфраструктуры и технического обеспечения, то есть связь, автотранспорт и лесовосстановление. Вкладываются средства в увеличение числа копытных, включая зимнюю подкормку, реинтродукцию тугайного оленя и кулана, ведется работа с местными жителями. Ну, и непосредственно сама реинтродукция тигра (конфликтная группа, разведение, транспортировка) требует определенных затрат.

^{Тигрица Богдана}

В части цифр могу, например, сказать, что на строительство воль­ерного комплекса, куда поселили Богдану и Куму, Всемирный фонд дикой природы потратил около 300 миллионов тенге.

Если отталкиваться от дат, то программа была разработана в 2010–2015 годах ведущими экс­пертами нашей республики, России и других стран по согласованию с группой по кошачьим видам Международного союза охраны природы. Тогда же было предусмотрено три возможных источника первоначальной популяции – это тигры из дикой природы; условно конфликтные тигры, то есть дикие особи, в силу различных причин оказавшиеся в реабилитационных центрах, либо адаптированные к дикой природе тигрята, оставшиеся без попечения родителей; адаптированные к дикой природе тигрята, полученные в результате разведения в условиях неволи.

Мы очень надеемся, что у Богданы и Кумы потомство не за горами. А уже в следующем году ожидаем прибытия амурских тигров с Дальнего Востока в рамках сотрудничества Казахстана и России. Эти хищники будут подготовлены исключительно для выпуска в дикую природу, что станет важным шагом в формировании популяции тигров.

– Но ведь мы говорим о реинтродукции именно туранского подвида, почему же размножать собираемся амурских?

– Мы все делаем правильно, основываясь на данных генетических исследований по образцам ДНК тигров из музеев Цент­ральной Азии, проведенных в 2009 году. Тогда международная группа био­логов сопоставила эти образцы с данными других видов хищников и пришла к заключению, что ДНК тигров туранской и амурской популяции практически идентичны. Именно это и позволило зародиться идее о возвращении хищника.

– А как к этой идее отнес­лось местное население? Люди в курсе, что по соседству с ними будут жить столь опас­ные хищники?

– Согласитесь, было бы крайне неосмотрительно просто привезти туда больших кошек и ограничиться лишь табличкой на ограж­дении вольера вроде «За барьер не заходить»…

Если говорить о соседстве хищника и человека, то уже создана специальная команда в резервате «Иле-Балхаш», которая обучается не допускать тигров в населенные пункты, дабы не спровоцировать, мягко говоря, конфликт. Более того, специа­листы будут отслеживать по спутниковым ошейникам передвижение зверей и ограничивать их возможные миграции с территории резервата. Есть у нас группа специалистов и по отлову и обездвиживанию хищника – это на случай совсем крайней необходимости.

Может, вы удивитесь, но отчасти тигры даже полезны для местных жителей. Дело в том, что сегодня волки регулярно нападают на домашний скот, при этом никаких компенсаций не предусмотрено. С приходом тигра волки уйдут, а если тигр съест корову или лошадь, то местный житель получит компенсацию.

– Но возможна и обратная ситуация, когда человек пойдет на зверя – браконьеры могут не устоять перед такой добычей. И тогда история повторится…

– Учитывая огромную работу, которую проводят Министерство экологии, Всемирный фонд дикой природы и ПРООН с местными жителями, мы очень надеемся, что угроза целенаправленного браконь­ерства в отношении тигров в нынешнем веке не возникнет. Но, как говорится, ничего нельзя исключать! Потому мы наращиваем техническое обеспечение охраны резервата, а благодаря увеличению размера оплаты труда в отрасли появилась возможность привлекать хороших специалис­тов.

Плюс не стоит забывать, что за браконьерство сейчас грозит суровое наказание: после трагической гибели инспектора «Охотзоопрома» Каныша Нуртазинова, застреленного браконьерами, в 2019 году уголовная ответственность за подобные деяния была ужесточена – нарушители закона могут получить до 12 лет лишения свободы.

К тому же мы зашли еще и с такой стороны: одним из направлений программы реинтродукции является оказание поддержки местным жителям и предоставление возможности развивать иные источники дохода, не наносящие ущерба окружающей среде. Так, при поддержке WWF за последние несколько лет было предоставлено множество малых грантов, сформирован фонд развития местных сообществ, оказана поддержка в выращивании бахчевых культур для малоимущих семей.

– И все же при всех радужных перспективах есть ли риск, что амурский тигр не приживется у нас?

– В процессе разработки программы мы постарались предус­мотреть все основные риски, поэтому верим в то, что проект будет успешным. Учитывая, что погодные условия Южного Прибалхашья Казахстана и Дальнего Востока России схожи, мы рассчитываем, что животные сумеют быстро адаптироваться после переселения и в дальнейшем сформируют устойчивую естест­венную популяцию тигров.

И еще такой, на мой взгляд, самый важный момент: туранский тигр – одно из тех животных, вымирание которого полностью на совести человека. Возвращение такого знакового хищника в нашу природу – это не только формирование положительного природоохранного имиджа страны, но и в первую очередь восстановление исторической справедливости, когда человек нашел в себе силы и желание осознать и исправить допущенные им ошибки.