С самой злой попутчицей жизни…

– Камчатка, детство, юность… Суровость края выпестовала и мужество, и нежность, – вспоминал тогда Бакулин. – А еще зачатки понимания труда, всеобщей дружбы. Ведь хотя наш поселок Ключи и был небольшим, но кто только ни нашел в нем временный или постоянный приют: русские, украинцы, прибалты, белорусы, мордва, чуваши, удмурты, корейцы, осетины, татары, армяне, евреи… Камчатка дала мне славных, самоотверженных школьных учителей, здоровье, уверенность в своих силах.

В 1958 году он учился во Владивостоке в Дальрыбвтузе, там же получил первую серьезную травму вестибулярного аппарата в школе водолазов, куда прошел по конкурсу благодаря небольшому росту и отменному здоровью. Об этой травме, между прочим, так никто и не узнал – ни его близкие, ни друзья.

В 1959 году переехал в Алма-Ату, показавшуюся Владимиру сонной и очень жаркой. Устроился работать на стройку слесарем-монтажником широкого профиля, стал студентом-заочником одного из ташкентских вузов. Вот когда ему стало по-настоящему тяжело: работа на стройке по 8–10 часов в сутки, занятия по вузовской программе, плюс ко всему тренировки в секции классической борьбы у тренера Вадима Александровича Псарева. И сразу же «полетели» уши. Как раньше во Владивостоке, но только не их глубинный механизм, а внешняя конфигурация. Его спарринг-партнеры быст­ро превратили уши, говоря на профессиональном борцовском языке, в «пельмени». Госстрах же за такую «косметическую правку» не выплатил ни рубля, хотя Бакулин был застрахован на все случаи жизни сверху донизу.

С классической борьбой Владимир по-настоящему познакомился уже в 20 лет. Поздновато, что там говорить. Тренер Вадим Псарев сначала вообще не хотел брать его к себе – переросток, говорил.

– Сила, крепость у меня были, а вот гибкости никакой, – рассказывал мне Бакулин. – Не было и времени для неспешного усвое­ния секретов борьбы, приемов «вертушка», «кочерга», «нельсон»... И было очень мало времени на отдых. Но молодость-молодость! Она преодолевала все – травмы, нехватку денег, плохое питание...

Да, вряд ли можно наверстать упущенное в этом возрасте, но что-то остановило Псарева, и он не указал новичку на дверь. Подметил: парень настойчивый, бесстрашный, волевой. И еще силищей обладал отменной. Догнать ровесников в разно­­об­разии приемов, в технической подготовке и развить такую же гибкость, пластичность Бакулин уже не мог, но вместе с тренером они сделали ставку на особенно удававшиеся Владимиру приемы. Несколько отточенных, доведенных почти до автоматического исполнения бросков помогли Бакулину удачно выступить на республиканских, всесоюзных и международных турнирах, первенствах Европы. Первый серьезный успех пришел к нему в 1961 году, когда в Актюбинске, куда Бакулин приехал за свои деньги, борец стал чемпионом Казахстана. В 1966 году он выиграл международный турнир памяти Ивана Поддубного в Баку и тогда же стал чемпионом Европы, в 1967-м завоевал «золото» чемпионата мира в столице Румынии Бухаресте. К началу Олимпиады-68 он считался одним из сильнейших легковесов страны.

В Мехико спор за медали в легчайшем весе вели 24 участника. Самые опытные из них – болгарин Петр Киров и Мирослав Цеман из Чехословакии. С верой в свои силы ехал в столицу Мексики и Владимир Бакулин. Кропотливая работа с тренером Вадимом Псаревым, упорные тренировки, которые привели Бакулина к медалям первенств мира и Европы, сказались и в ходе Олимпиады: он занял 2-е место и был награжден серебряной медалью. А чемпионом в этой весовой категории стал борец из Болгарии, бронзовым призером – Мирослав Цеман.

Вот как шел к своему сереб­ряному успеху представитель спортивного общества «Локомотив» из Алма-Аты: он победил американца Ричарда Тэмбла, сирийца Ахмеда Харура, турка Метина Чикмаза и венгра Имре Алькера, а уступил только будущему чемпиону Олимпиады Петру Кирову.

– В 1970–1972 годах я по-прежнему оставался в составе сборной СССР, – рассказывал Владимир Бакулин. – Вроде бы как обжился, прописался в ней, а самому перевалило уже за 30. Возраст для моей весовой категории критический, но ничего, пока выигрывал. Стал в Финляндии чемпионом мира среди железнодорожников, в Москве победил в международном турнире памяти Ивана Поддубного. В общем, жду Мюнхенскую олимпиаду, но неожиданно слабо выступаю в международном турнире в Румынии: нервы были напряжены, а сам весь в травматических «нашлепках». Определяют состав олимпийской команды, фамилии Бакулина в ней нет. Как-то странно: за месяц до начала летних Игр меня отчисляют из сборной, не предупредив, не устроив на работу… Мой основной соперник россиянин Виталий Константинов до Олимпиады проиграл мне все отборочные и тренировочные схватки, но в Мюнхен почему-то взяли его. А там он занял лишь 12-е место.

…В 1998 году заслуженный мастер спорта СССР пенсионер Владимир Бакулин написал статью в газету о своем тогдашнем житье-бытье. Пенсия у него была крохотная, досаждали болезни и старые травмы. Но отчаянный крик знаменитого спортсмена о помощи так нигде и не был услышан. Я сохранил 4 листка все стерпевшей бумаги и хочу, пусть через несколько лет, но передать ту боль призера Олимпийских игр, чемпиона мира и Европы. Хотя бы часть ее. Вот что писал Бакулин:

«1961–1964 годы – самые трудные в моей спортивной карьере. К работе на стройке, к учебе в институте (ТашИИТ) прибавилась почти самостоятельная жизнь, состоявшая из почти ежедневных тренировок, сдоб­ренных коварными травмами, и самая злая попутчица всей моей спортивной жизни – сгонка веса. Что представляет из себя эта «дама»? На этот воп­рос ответили бы многие мои друзья и коллеги по борьбе. Пальму первенства в сгонке веса отдаю Аману Габсаттарову. На первенстве СССР по вольной борьбе, выступая в весе до 52 кг, он согнал более 10 кг собственного веса и стал чемпионом страны. Мой жизненный вес в ту пору – 56–58 кг. Выступал в весовой категории до 52 кг. Конечно, ни о какой жировой прослойке не могло быть и речи. Да и впоследствии меня уже в сборной СССР называли крабом и корягой.

Допустим, в год 200 тренировочных дней, «прогулочный вес» 58 кг, каждая тренировка уносила (а я был обязан сделать это) два килограмма веса. 200 дней умножаем на два – получается 400 кг. За 13 лет моих профес­сиональных выступлений и тренировок 13 х 400 = 5 200 кг! Свыше пяти тонн живого веса я отдал «госпоже сгонке веса». Страдало ли здоровье? Безусловно! Почки, печень, желудок, опорно-двигательный аппарат работали на пределе, на износ».

Вот такая она, плата за самые престижные медали!

Третьего сентября 2019 года Владимиру Николаевичу Бакулину исполнилось бы 80 лет. Но до этого юбилея он не дожил, покинув нас в декабре 2012-го…