Больше, чем образ жизни

Галия Беккужиева пришла в волонтерство после личной драмы. Пережить свою внутреннюю боль ей помогла боль чужая – к ней обратилась подруга с просьбой помочь в сборе средств на серьезную операцию ребенку из многодетной семьи. Что ж, у девушки к тому времени уже была в соцсети многотысячная армия подписчиков. Решила бросить клич. И... нужная сумма собралась за считанные дни.

Потом такая же просьба о помощи поступила от другой женщины. И Галия в очередной раз обратилась к подписчикам. И вновь люди откликнулись. Девушка, основная работа которой связана с переводами текстов и репетиторством, вдруг поняла, что ее умение профессионально вес­ти страницы в соцсетях может сослужить добрую службу для людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации.

Круглая отличница в школе, дипломированный эколог и экономист, она раскрыла в себе новую черту: желание помогать неизвестным людям.

– На тот момент я и не думала, что все это станет для меня важным делом, что вокруг меня со временем соберется команда из 60 таких же беспокойных и неравнодушных ребят со всей области, что мы станем реальной силой, в которой люди будут нуждаться, – говорит Галия. – Сейчас у нас есть и молодое крыло группы – это дети наших волонтеров, которые собирают вместе с одноклассниками игрушки для сверстников из нуждающихся семей. К слову, самому старшему нашему добровольцу 82 года, это мой дедушка, первым поддержавший меня в идее помогать людям, а самому маленькому 5 лет.

Название свое группа тоже получила 8 лет назад с легкой руки Галии – «Волонтеры солнечного Уральска». Глядя на симпатичное, усыпанное веснушками и сияющее улыбкой лицо собеседницы, ловлю себя на мысли: а ведь и впрямь лучшего названия для благороднейшей миссии волонтеров и не придумать.

– Пришло это название, наверное, потому, что первые свои походы по рынкам и офисам с просьбой выделить помощь нуждающимся семьям мы начали весной. Стояли солнечные дни. Волонтеры рассказывали предпринимателям о конкретных семьях, о голодающих детках. И те в большинстве своем не оставались равнодушными, – рассказывает Галия. – Вот так и появились «Волонтеры солнечного Уральска». И смысл нашей работы стал более понятен: нести людям свет, делиться солнцем своей души.

За 8 лет обогретыми солнечными волонтерами оказались тысячи семей по региону. Девушка признается, что затруднится назвать точное число, ведь только в период карантина их волонтерская группа развезла продуктовые наборы более чем 3 тыс. семей.

Принципиальным для волонтерской группы Беккужиевой является помощь действительно нуждающимся. К сожалению, приходилось сталкиваться и с тунеядцами, и с пропойцами, спешащими тут же перепродать привезенные им продукты. Выявляя пьющую семью, где дети находятся в опасном положении, волонтеры сразу же сообщают в органы опеки, инспекцию по делам несовершеннолетних, государственные структуры, ответственные за детство.

– Помощь мы можем оказывать только потому, что нам самим выделяют средства неравнодушные граждане. И мы хотим их тратить только на тех, кто по-настоящему нуждается, даже мебель покупаем, когда детям не на чем спать. Счет ведем каждому тенге. Потому и от аренды складов отказались – лучше эти деньги пустить на закуп тех же продуктов, – говорит Галия. – Некоторые ребята живут в частных домах, имеют подходящие под склад помещения, туда и свозим продукцию, вещи...

Как признается Галия, выдержать беспокойный график и постоянные переживания за чужие судьбы могут далеко не все. За 8 лет она научилась «читать» людей, желающих стать волонтерами, поэтому никогда никому не отказывает, но сразу знает, какой срок человек может выдержать. В их группу приходят с разной мотивацией: кому-то так легче из депрессии выйти, кто-то духовное становление проходит, помогая людям, кому-то интересно просто получить опыт волонтерства, но суть работы объясняется Галией четко: хочешь стать добровольцем – научись подходить к делу ответственно.

– Выработала также алгоритм, как надо общаться с людьми, особенно с мамами больных детей, для которых мы собираем средства на операции и лечение. Сидеть и жалеть, пропуская через себя всю их боль, нельзя категори­чески: так собственных душевных сил не хватит, а значит, дело не сделаешь. Тут важнее реальная помощь. И к счастью, в нашем обществе всегда находятся люди, готовые перечислить деньги, – объясняет волонтер.

Помнит Галия случай, когда из роддома ей позвонила совершенно незнакомая девушка, нашла контакт в соцсетях. И сказала, что оставляет своего ребенка в медучреждении.

– Не стала уговаривать незнакомку не делать этого, вместо этого ошарашила ее коротким: «Оставляй». Та замолчала, а я, выдержав паузу, добавила: «Не истери, сейчас все нужное для ребенка твоего привезу». Поехала в роддом, навезла ей пеленок и ползунков, сегодня этот малыш в школе своим одноклассникам про волонтеров солнечного Уральска рассказывает, – улыбается Галия.

Часто приходится «отрезвлять» впечатлительных барышень, которые считают, что жизнь – сплошная черная полоса. В таких случаях Галия берет их на склад таскать вещи, по адресам возит и наглядно показывает: вот у кого действительно проблемы! И хандра у таких проходит вмиг.

...Все 8 лет работы команда не регистрировалась – действовала сугубо на добровольных началах. А сейчас ребята пришли к решению открыть благотворительный фонд. Пора выходить на новый качественный уровень.

Юлия и ее «Умка»

Юлия Асиновскова с детского сада мечтала о своем питомнике для собак и собственном питомце, обязательно породы «боксер». С детства была привязана к четвероногим друзьям, приносила с улицы домой бездомных кошек и щенят, с дворовым Трезором, бывало, даже спала в одной будке.

Когда исполнилось 16 лет, подрабатывала летом охранником на стройке вместе с домашней любимицей – сенбернаром Джокондой. Девочке с большой собакой доверили сторожить объект.

Целенаправленно же об открытии приюта и общественного объединения задумалась в конце 2011 года, прочитав в городской газете объявление о поиске человека, который возьмется за ­создание зоозащитного общества. Может быть, и не решилась бы, но к тому моменту сердце Юлии разрывалось от потери любимой собаки – боксера Юлика.

Рискнула и в январе 2012 года зарегистрировала первую на тот момент зоозащитную общественную организацию области. Так появилось ОО «Общество защиты животных «За жизнь!»

Статус-то был, но денег – абсолютный ноль. Два года Юлия при поддержке двух единомышленниц и неравнодушных граж­дан, помогающих кормами и финансами, держала всех спасенных собак во дворе своего частного дома.

– Сказать честно, я не была готова к тому, что горожане начнут привозить к нам собак со всех уголков города. Прослышав о созданной общественной организации по защите животных, они доставляли в приют своих ставших ненужными домашних питомцев и очень возмущались, если мы отказывали в приеме животных. Все они почему-то были уверены, будто общество финансируется за счет государства и не верили, когда им объясняли: мы – энтузиасты, а существуем лишь потому, что есть неравнодушные люди, приносящие нам корм, помогающие деньгами, – вспоминает зоозащитница.

Лишь спустя два года удалось арендовать большой вольер у филиала научно-исследовательского ветеринарного института через стенку с городской ветстанцией и открыть питомник для 147 животных. Но это было крайне сложно финансово. Сотрудники ветстанции периодически привозили отловленных бездомных собак, большинство из которых впоследствии также попадали в руки Юлии.

К тому моменту сложилась команда из 10 активистов, с которой Юлия и животных спасала, и письма во все инстанции строчила, стараясь на всех уровнях кричать о необходимости защиты животных и ужесточения наказания за жестокое с ними обращение. Призывала к ответственности владельцев собак и кошек, просила помочь с выделением отдельного помещения под приют.

– Как правило, к нам попадают больные собаки, которых мы долго лечим, выхаживаем, стараясь в последующем найти для них семью. Очень радуемся, когда это удается, но не расстраиваемся, если животных по каким-либо причинам возвращают, это лучше, чем если выбросят повторно на улицу, – рассказывает Юлия.

Девушка признается, что с первого дня организации приюта ее изнутри перевернуло отношение общества к животным. Нередко приходилось сталкиваться просто с ужасающими примерами жестокости. До сих пор она помнит, как в 2012 году из Аксая к ним в приют женщина привезла найденную на улице собаку с искромсанной ножом или осколками бутылки глоткой. Живодеры поиздевались над бедным животным, по окрасу напоминающим волка. Состояние собаки было настолько тяжелое, что ей не смогли помочь в ветклиниках Уральска, и Юлия отвезла ее в клинику Самары.

Оперировали животное 4 часа, ветврачи вернули четвероногой страдалице возможность полноценно питаться и дышать. Долгий путь реабилитации был позади, собака выздоровела и благополучно прожила в приюте до 2018 года, до своей смерти.

Или вот другой, не менее драматичный случай. Юлия нашла на трассе выброшенного на верную погибель истощенного алабая. Собака была в ужасном состоя­нии, скорее всего, ее долго держали на привязи, а когда пес стал болеть, решили выбросить.

Команда приюта смогла Малыша (так назвали пса) выходить, был пройден курс лечения в ветклинике. Животное и по сей день живет в приюте и уходить отсюда напрочь отказывается, считая своей семьей волонтеров и обитателей приюта.

Мини-приют на территории частного подворья Юлия содержит с 2017 года, дав ему милое название «Умка». Дом со двором в спальном районе города помог­ла приобрести зоозащитнице одна из горожанок, решив таким образом поддержать волонтеров, чтобы они больше не мучились с арендой помещений под приют. Здесь содержатся около 30 собак и 20 кошек. Большего числа животных Юлия и ее немногочисленная команда волонтеров просто приютить не могут.

– Меня часто спрашивают: зачем тебе все это, живи в свое удовольствие. Но я так не могу. Это моя детская мечта, моя отдушина, я не веду счет спасенышам, не прошу признания, похвалы, одобрения. Радуюсь, когда могу спасти и пристроить в добрые руки несчастную собачку или кошечку, печалюсь, когда что-то не получается. Благодарна безмерно всем неравнодушным и любящим животных людям, которые помогают приюту существовать. Знаете, есть такое хорошее выражение, полностью объясняющее, почему люди занимаются зооволонтерством: от спасения одной собаки мир не изменится, но для этой собаки мир изменится навсегда, – поясняет суть волонтерской деятельности Юлия. Кстати, основной работой девушки является профессиональная подготовка собак к выставкам и оказание услуг по передержке животных.

Мир обездоленных собак и кошек Юлия Асиновскова и ее друзья изменяют уже 8 лет. Огром­ным шагом вперед для всех зооволонтеров и зоозащитников региона стало принятое областным маслихатом решение о гуманном регулировании чис­ленности бродячих собак и кошек методом биостерилизации. В ОО «За жизнь!», принимавшем активное участие в общественных слушаниях проекта данного решения, уверены: предложенная концепция – важный и принципиальный шаг не только в изменении ситуации на уровне закона, но и в гуманизации об­щества по отношению к бездомным животным.

– Конечно, нам еще далеко до стандартов, существующих в европейских странах. Германия, к примеру, стала первым в мире государством, где права животных с 2002 года защищаются Конституцией. Там признана профессия «защитник животных». Во всех странах Евросоюза права кошек и собак защищены Конвенцией по защите животных от жестокого обращения от 1987 года. К этому в идеале стоит стремиться и нашему обществу, – говорит Юлия.

Зоозащитница отмечает отрадную тенденцию увеличения числа зооволонтерских групп в городе, что говорит о пробуждении гражданской активности. Юлия уверена: каждый такой волонтер заслуживает большого уважения и признания.

– К сожалению, брошенных собак и кошек не становится меньше. Считаю принципиально важным ввести в школьную программу, образно говоря, уроки доброты, на которых бы школьникам рассказывали в том числе о сути волонтерского движения. Это нужно, чтобы дети выросли добрыми, – подчеркивает Юлия Асиновскова.