Если мы встретим инопланетян, сможем ли мы с ними разговаривать?

Инопланетные формы жизни — если они, конечно, существуют — наверняка выработали свои собственные, уникальные способы общаться друг с другом. Так как же человечество сможет с ними общаться, если когда-нибудь мы вступим в контакт?

«Мы знаем, где искать. Мы знаем, как именно это нужно делать», — говорила в 2015 году главный научный сотрудник НАСА Эллен Стофан, предсказывавшая, что инопланетную жизнь мы сможем обнаружить уже в ближайшие 10 лет.

10 лет спустя этого всё ещё не произошло, однако исследователи уверены, что вот-вот найдут свидетельства того, что внеземная жизнь вполне может существовать на далеких планетах.

И хотя окончательных доказательств этой теории пока нет, некоторые ученые говорят, что к такому варианту развития событий как минимум нужно быть готовыми.

Что если жизнь на другой планете мы всё-таки обнаружим? Если она окажется разумной, как же мы сможем общаться с нашими соседями по космосу? Ученые уже начинают задаваться вопросами о том, каким может быть язык инопланетян и можно ли надеяться, что наши виды когда-нибудь поймут друг друга.

С одной стороны, люди уже очень давно преодолевают языковые барьеры, которые казались непреодолимыми. В качестве ориентира исследователи, расшифровывающие древние письмена и языки, используют универсальные для всех людей поведенческие паттерны. Например, то, как мы можем обвести что-то важное на письме, помогло ученым разгадать тайну Розеттского камня — а точнее выгравированного на нем на нескольких языках указа, датируемого 196 годом до н.э., — что дало нам ключ к прочтению древнеегипетских иероглифов.

Важным и довольно универсальным инструментом коммуникации является язык телодвижений. Например, когда испанские конкистадоры прибыли в Америку, для общения с коренными жителями они использовали привычную им жестикуляцию. Впрочем, судя по тому, насколько трагической и кровавой оказалась в итоге эта встреча, в целом такую коммуникацию вряд ли можно считать успешной.

Однако люди — это вид, который эволюционировал для общения друг с другом. Внеземные существа могут мыслить и вести себя совершенно иначе, чем мы. Их социальная структура — если она у них есть — может быть для нас совершенно чуждой или даже непостижимой. Как же мы сможем догадаться, что они пытаются нам сказать?

Если прислушаться к Земле из космоса, можно услышать звучание около 7 100 человеческих языков. Хотя, помимо людей, нашу планету населяют и другие живые существа, которые общаются друг с другом.

Могут ли способы общения животных друг с другом дать нам какой-то ключ к пониманию других цивилизаций?

На протяжении многих тысячелетий жизнь принимает все более и более сложные формы, сохраняя благоприятные изменения (мутации) и избавляясь от неблагоприятных — так происходит естественный отбор.

При эволюционной конвергенции в ответ на схожие вызовы окружающей среды очень схожие черты могут развиться у совершенно разных по происхождению организмов.

Возьмем, к примеру, передвижение — законы физики и биомеханики ограничивают количество способов передвижения животных. Именно поэтому крылья птиц работают практически так же, как крылья летучих мышей, хотя их последним общим предком было маленькое бескрылое ящероподобное существо, жившее более 300 млн лет назад.

Почему в любой другой точке Вселенной эти ограничения должны быть какими-то иными? Ведь все и везде — в том числе и общение — насколько нам известно, подчиняется законам физики. От жестикуляции обезьян и свиста дельфинов до вихревых цветных узоров на коже каракатицы — и на чужой планете, утверждает Кершенбаум, в основу местного языка могло лечь что угодно.

Однако, по мнению Иана Робертса, профессора лингвистики из Кембриджского университета, на основе общения животных многого понять нельзя.

«Мы — единственный вид, у которого язык существует как открытая система, которая может быть использована для выражения всего, что вы хотите выразить», — говорит он.

Не так давно Робертс в соавторстве с Кершенбаумом, Ноамом Хомским и другими ведущими биологами, антропологами и лингвистами написал книгу «Ксенолингвистика», посвященную изучению того, как может выглядеть нечеловеческий язык, не связанный с Землей.

Лингвист-теоретик Хомский определял язык как бесконечно адаптируемую систему коммуникации, предназначенную для удовлетворения человеческих интересов и решения человеческих проблем — достаточно гибкую, чтобы передавать очень большое количество понятий.

«Вполне возможно, что на Марсе или на лунах Юпитера есть какая-то бактериальная жизнь, но это будут очень простые её формы, — говорит Робертс. — Меня же интересует природа разумных организмов. Значит, нужно определить, что для нас является критерием интеллекта?»

Ответ на этот вопрос, говорит Робертс, заключается в технологиях — технологической цивилизации, сравнимой с нашей, способной покинуть свою планету.

«Допустим, вид достаточно разумен, чтобы захотеть построить космический корабль или радиотелескоп — другими словами, что-то сложное. Для этого нужно овладеть огромным объёмом знаний по физике и математике. Вы должны иметь способность разрабатывать научные теории и сотрудничать друг с другом. Вы должны уметь донести огромное количество своих идей до множества других людей. Потому-то [другие] животные и не развились технологически», — продолжает он.

Без языка, говорит Робертс, технологическое развитие цивилизации просто невозможно.

В 2022 году Робертс помог основать Кембриджский институт экзо-языка (CIEL), целью которого является изучение способов общения с разумными экзо-существами и того, насколько инопланетный язык и интеллект инопланетян могут отличаться от нашего собственного.

«Мое личное мнение заключается в том, что в основе своей язык должен быть очень похож на наш — в том смысле, что его формальная математическая природа будет схожа с природой человеческих языков, — говорит Робертс. — Хотя в то же время они совершенно необязательно будут иметь что-то похожее на речь».

Даже человеческий язык, объясняет Робертс, включает в себя гораздо больше, чем просто разговорная речь — мы общаемся при помощи речи письменной, движений тела, барабанного боя, свиста и массой других способов.

«Что действительно замечательно в человеческом языке, так это то, что в какой бы форме он ни передавался, он обладает принципиально одинаковыми свойствами, — говорит ученый. — Интересно задаться таким вопросом: мы хорошо представляем себе, как выглядит грамматика разных человеческих языков, так как же может выглядеть грамматика инопланетян?»

Разумные экзо-существа, говорит Робертс, могут обмениваться сообщениями и каким-то совершенно иным путем, который мы пока даже не можем себе представить: «Через феромоны, магнитные поля — кто знает, как именно? Но если бы мы смогли этот язык расшифровать, то наверняка обнаружили бы, что он очень похож на человеческий».

Даже если бы мы уже получили из космоса какой-то сигнал, нет никакой гарантии, что мы бы его в принципе распознали как какое-то сообщение.

«Какое-то время люди думали, что в сигнале должны быть определенные закономерности, по которым станет ясно, что он не является природным, — объясняет Робертс. — Но некоторые небесные тела излучают очень регулярные сигналы — те же квазары, например. Нам нужны доказательства того, что в сигнале заложен какой-то замысел».

По словам Робертса, главное — обратить внимание на то, что между нами общего. Робертс входит в состав Консультативного совета организации Messaging Extraterrestrial Intelligence (Meti), основанной в 2015 году для отправки сообщений с Земли в космос в надежде однажды получить ответ.

Послания Meti призваны продемонстрировать наличие у человека интеллекта и содержат информацию о мире, которая должны быть понятна внеземным существам с аналогичным уровнем интеллектуального развития. Среди них — периодическая таблица элементов, химические строительные блоки Вселенной — то, о чем ученые на другой планете должны знать наверняка.

Другие сообщения содержат математические выкладки, описывающие формы, встречающиеся в природе: например, спираль раковины наутилуса; значение числа пи, с достаточным количеством цифр после запятой; химическую формулу воды; информацию о физических свойствах водорода и так далее.

Идея состоит в том, чтобы передать «очень базовую научную информацию, закодированную особым образом, что позволит любым инопланетянам, которым удастся ее расшифровать, понять, что мы обладаем научными знаниями», — говорит Робертс.

Итак, если бы разумные экзо-существа отправляли нам сообщения, могли ли бы они делать то же самое? И распознаем ли мы их как соответствующие сигналы?

«Моя интуиция подсказывает, что так или иначе понять это мы бы смогли. Потому что, как мы посылаем узнаваемые сигналы, и они тоже наверняка захотят послать нам что-то узнаваемое», — говорит Робертс.

Только сможем ли мы расшифровать язык инопланетян? Удастся ли нам поговорить?

Это, говорит Робертс, мы узнаем только тогда, когда вступим в контакт.