Когда конкурировать не с кем

В Казахстане сложилась монопольная структура товарных рынков нефтепродуктов, природного газа, электроэнергии, транспорта и связи.

Об этом в ходе брифинга на площадке Службы центральных коммуникаций заявил первый заместитель председателя Агентства по защите и развитию конкуренции Рустам Ахметов. По его словам, на этих базовых товарных рынках доля основных участников превышает 70%, что свидетельствует о монополизации. Чтобы скорректировать ситуацию, требуется государственное вмешательство.

Явно лишние

К примеру, основные участники рынка нефти и нефтепродуктов – две вертикально интегрированные компании. CNPC (СНПС) и КазМунайГаз добывают 80% нефти, поставляемой на внут­ренний рынок, владеют тремя крупными НПЗ и основными розничными сетями АЗС.

– Конкуренция между ними отсутствует. В рознице обе компании ориентируются на текущие цены на рынке или, по сути, на ими же установленные цены, – сообщил Рустам Ахметов. – Дейст­вует негласное регулирование цен на нефть, поставляемую на внутренний рынок. Объемы углеводородного сырья, отбираемого для этих поставок, определяются без применения каких-либо критериев.

На оптовом рынке действуют два основных поставщика нефти – «давальцы» – Petrosun (Петросан) и КазМунайГаз. Из 11 млн тонн нефтепродуктов ими две трети реализуются напрямую розничным сетям, треть – вторичным оптовым поставщикам, как правило, не имеющим какой-либо инфраструктуры. По данным же Казахстанской топливной ассоциации, независимые сети АЗС, не входящие в группу СНПС или «КазМунайГаз», добирают у посредников недостающие объемы нефтепродуктов: Гелиос – 65%, Газпром Нефть-Казахстан – 80%, мелкие сети – до 90%.

Таким образом, на рынке неф­тепродуктов действуют два звена посредников – поставщики нефти («давальцы» – Петросан и КазМунайГаз) и оптовые поставщики, как правило, аффилированные с ними и не имеющие инфраструктуры. Последнее звено является лишним.

Как проинформировал Рустам Ахметов, маржинальность поставщиков нефти достигает 30%, а аффилированных посредников – 10–15%.

На НПЗ в свою очередь сформировалась практика дробления единого технологического цикла переработки нефти. На АНПЗ соз­дан парк хранения газа, на Павлодарском НПЗ – инфраструктура по обогащению нефтепродуктов и ее транспортировки. Их услуги, выведенные из общего технологического цикла, повышают стои­мость нефтепродуктов.

– На розничном рынке двум основным сетям – Petro Retail (бывшая КазМунайГаз), Sinooil – принадлежит основная доля на рынке. Sinooil приобретает объемы напрямую у своей аффилированной компании Petrosun, Petro Retail – у бывшего собственника данной сети – КазМунайГаза. Остальные сети и мелкие АЗС не менее трети объема приобретают у посредников, – рассказал о некоторых хитросплетениях поставок Рустам Ахметов.

Обеспечить прозрачность

В связи с этим Агентство по защите и развитию конкуренции предлагает для поддержки конкуренции на рынках нефти и нефтепродуктов ввести государственное регулирование нефтяных цен и объемов поставок. Это обеспечит ценовую стабильность на первых этапах снижения концентрации и прозрачность ценообразования, полагают в АЗРК.

Как рассказал Рустам Ахметов, на первом этапе предлагается продавать нефть через биржу в объеме 5–10% от добываемой независимыми компаниями с увеличением биржевых торгов нефтепродуктами до 30%.

– Это необходимо для развития небольших вертикально интегрированных компаний и независимых поставщиков. Две основные группы – СНПС и КазМунайГаз – должны работать в условиях конкуренции на рынке, – пояснил спикер.

В агентстве также считают необходимым исключить из действующей структуры рынка оптовых поставщиков нефтепродуктов как излишнее посредническое звено.

– Это не будет касаться нефтебаз в пределах объемов хранения нефтепродуктов. Таким образом, в условиях концентрации рынков необходимо законодательно запретить деятельность лишнего посредника. Если мы оставляем другое посредническое звено – поставщика нефти («давальца»), то предлагается ограничить участие в нем непосредственно недропользователей. Тем самым мы убираем с рынка лиц, не обладающих инфраструктурой добычи нефти, хранения, переработки и сбыта нефтепродуктов, – пояснил Рустам Ахметов.

Кроме того, предлагается восстановить единый технологи­ческий цикл на НПЗ и запретить его дробление. Все эти предложения вынесены на обсуждение комиссии по демонополизации товарных рынков, сообщил представитель АЗРК.

Он рассказал, что формирование квот, цен и поставок газа на внутренний газовый рынок также не прозрачно, а передача технической эксплуатации газопроводов в аутсорсинг привела к увеличению стоимости услуг на 42,7%.

– Национальный оператор огра­ничивает доступ к своим закупкам и на конкурентный рынок строительно-монтажных работ. К примеру, в 2021 году единым лотом АО «КазТранс­Газ Аймак» закуплены работы по газификации регионов страны. Большим единым лотом, включающим все работы «под ключ» в разных регионах страны, закуп­лены услуги на сумму более 6 миллиардов тенге. Победителем определен консорциум. Такие действия по укрупнению лота приводят к ограничению ­доступа к этим закупкам для МСБ. За последние три года наиболее крупные закупки на сумму 770 миллиардов тенге осуществлялись лотами свыше 450 миллионов тенге из одного источника либо без конкурса, – привел пример Рустам Ахметов.

В ущерб потребителям

Что касается рынка электроэнергии, то и он остается высококонцентрированным. Доля четырех основных участников – АО «Самрук-Энерго», «ЦАЭК», «ERG», «ККС» – составляет 70%, более того, работают они в формате вертикальной интеграции.

Начатая в 90-е годы либерализация рынка не завершена.

– Ограничивая доступ к ресурсам станций и услугам по передаче электрической энергии, данные группы полностью закрыли региональные розничные рынки. Между собой они не конкурируют. Более того, приоб­ретают в ущерб потребителям более дорогую энергию у своих станций. 99% рынка работает по прямым договорам, без биржевых торгов, – пояснил Рустам Ахметов.

В связи с этим Национальным проектом по развитию предпринимательства предусмотрен переход к 2025 году на централизованные торги в объеме до 30%. Это обеспечит появление новых снабжающих организаций и взаимное проникновение вертикально интегрированных компаний на региональные рынки за счет доступа к ресурсам станций.

– Политика сдерживания тарифов привела к увеличению их дифференциации. Основную социальную нагрузку регулятор переложил на малый и средний бизнес, так как крупный работает напрямую. Большие затраты несет и бюджет через тарифы для бюджетных организаций. Отмена дифференциации тарифов является не только обязательным условием для конкуренции между снабжающими компаниями, но и повышения уровня поддержки социально уязвимых категорий населения, ее адресности, – пояс­нил Рустам Ахметов.

По его словам, необходимы меры по демонополизации рынка электроэнергии: увеличение объемов централизованных торгов с поэтапным снижением объемов регулируемого рынка, отмена дифференциации тарифов с увеличением размеров адресной социальной помощи за счет снижения нагрузки на бюджет.

– Важно создать механизм смены поставщиков электроэнергии с развитием сетевых платформ, обеспечивающих возможность сравнения цен и заключение договоров. Раздельная реализация государственной доли в генерации, составляющей сейчас 48%, позволит привлечь инвестиции и повысить конкуренцию между сбытовыми компаниями за источники энергии, – добавил Рустам Ахметов. – Требуется также создать сервисную модель доступа к услугам передачи электроэнергии.