В цирке мамонты

Считается, что лакмусовой бумажкой, способной реально оценить качество и мастерство выступления цирковой труппы, являются блеск в глазах и нескрываемый восторг самых юных зрителей. По этому критерию якутский цирк можно вписать сразу в верхние строчки любых международных рейтингов. Зрелищность, динамика, буйство красок, великолепие и роскошь костюмов. Все это наложено на филигранную работу и мастерство артистов.

– Гастроли нашей труппы запланированы на полгода, начинаем мы их в Алматы, потом будем работать в Астане, Шымкенте, Караганде и Душанбе, – рассказывает директор Государственного цирка Якутии Сергей Расторгуев. – Мы привезли труппу из 30 молодых артис­тов, которые проходили обучение в цирковых школах Китая на протяжении нескольких лет. На выступающих эксклюзивные костюмы, в том числе известного российского художника На­дежды Рус. В создании проекта приняли участие московские режиссеры международного уровня, хореографы.

С первых секунд устроителям представления удалось погрузить полный зал зрителей в сказочную атмосферу, хоть и в чем-то близкого нашей культуре, но все равно неизвестного северного края. Со звуками шаманских бубнов, красотой и грацией северных, но все же восточных красавиц, увлеченных хороводом акробатических трюков, с танцами и напевами, близкими всем тюркским народам.

– Более 2 000 лет назад племена, которые жили на территории сегодняшних Казахстана и Кыргызстана, уехали далеко на север, это были наши предки, – прокомментировал схожесть наших миров министр культуры и духовного развития Республики Саха Юрий Куприянов. – Мы сохранили в языке много одинаковых слов и значений. У нас на родине установлен постамент с кочевником на лошади, это наш предок. Более 2 000 лет назад он прибыл на землю, которая называется «земля мамонта». Мы привезли к вам мамонта и постараемся, чтобы публика осталась довольной.

И мамонт действительно был на манеже. Даже не один: большой мамонт и мамонтенок. И пускай это были не загримированные слоны, а стилизованные под огромных животных ростовые куклы – по крайней мере, на детскую аудиторию они смогли произвести неизгладимое впечатление.

Как мы успели выяснить еще до представления, труппе не удалось взять с собой на гастроли животных. Безусловно, северные олени и собачьи упряжки смогли бы украсить манеж еще больше, но сложности в логистике и особенности содержания этой экзотики в наших широтах лишили зрителей этой возможности. Однако цирковое братство нашло выход из ситуации, и этот пробел был с лихвой восполнен выступлением цирковых артис­тов из Алматы и Астаны. Было особенно приятно услышать, как по соседним рядам прошел ропот: «Как же красиво якуты работают с лошадьми, почти как наши «Номады». А это и отработали наши, и номера казахстанских артистов органично заполнили досадный пробел в представлении якутской труппы. Если вместо северных оленей на манеже выступили лошади, то лаек с упряжками легко заменил номер наших дрессировщиков с аристократически остриженными и безупречно отработавшими пуделями.

В остальном же якутский цирк оставался на высоте. Работа акробатов была безупречна, сложные гимнастические композиции большой группы артис­тов даже больше напоминали совре­менные шоу, нежели просто цирковые номера, работа атлетов на качелях с прыжками на высоту десять и более метров заставляла зал замирать.

Как ребятню, так и взрослых очень порадовала группа клоу­нов. Стилизованные под сказочных животных персонажи не только легко и непринужденно перетягивали на себя внимание зрителей в перерывах, пока на манеже производилась смена декораций, но и вовлекали в дейст­вие весь зрительный зал, то выводя на манеж обычных мальчишек и девчонок, то подни­мая целые секторы зрителей танцевать под звуки всем известных композиций.