Село под ключ

В Мажилисе в ходе правительственного часа обсудили выполнение проекта «Ауыл – Ел бесігі», который включает в себя пакет мер по всеобъемлющему развитию сельских территорий страны.

Не секрет, что опорой казахстанского села всегда было животноводство, для которого необходимы пастбищные угодья. Однако с этим есть проблемы – работа по возвращению пастбищ во всеобщее пользование ведется так, что, как выразился вице-спикер палаты Павел Казанцев, остается только «всплакнуть».

Докладывал депутатам министр национальной экономики Алибек Куантыров. Согласно проекту, из общего количества было отобрано 3,5 тыс. сел с потенциалом развития, в которых проживает 89% сельских жителей. В 2021 году на реализацию «Ауыл – Ел бесігі» было выделено из республиканского и местного бюджетов 126,3 млрд тенге. На данные средства было реализовано более 1 тыс. проектов, модернизирована инфраструктура 480 сел.

В 2022 году на реализацию 914 проектов выделено 100 млрд тенге, которые будут реализованы в 492 селах с потенциалом развития.

– Данные средства позволят реализовать 95 проектов в сфере жилищно-коммунального хозяйства, 313 – социальной инфраструктуры, а это: 123 проекта образования, 51 – здравоохранения, 62 – культуры и 77 проектов спорта. Также будут реализованы 506 проектов транспортной инфраструктуры, – пообещал глава МНЭ.

Депутата Аманжана Жамалова смущает, что проект «Ауыл – Ел бесігі» касается почти 7 млн казахстанцев, но в принятой новой системе государственного планирования в нацпроекте «Сильные регионы» проект «Ауыл – Ел бесігі» – это всего одна строчка в этом нацпроекте. Другого документа нет.

– Считаю, что выделять 100 миллиардов тенге ежегодно на основе одной строчки неправильно. Потому что возникает очень много вопросов по эффективности проекта. И мы об этом говорим не первый год, – сказал мажилисмен.

Так, ему непонятно, как отбирались 3,5 тыс. сел и почему, собст­венно, их всего 3,5 тыс.?

– Сейчас в списке 3 561 населенный пункт. Многие из них находятся вблизи городов, областных и районных центров, где есть дороги, вода, социальные объекты. Они получают поддержку государства. При этом другие отдаленные села не включены в проект, поскольку не являются перспективными и не получают никакой поддержки от государства. В списке опорных сел не все районы представлены равномерно – в одном районе могут быть десятки опорных сел, в другом – единицы, – констатировал Аманжан Жамалов.

Он призвал критически пересмотреть список опорных сел и обеспечить справедливое распределение бюджета на те села, которые действительно нуждаются в модернизации инфраструктуры.

– У нас в стране 6,3 тысячи сел. Только 4,4 тысячи из них имеют доступ к централизованному водоснабжению. То есть почти 2 тысячи сел остаются без воды. И многие из этих сел определены как бесперспективные, они не включены в проект. Значит, они никогда не дождутся питьевой воды. При этом селам с уже имеющейся инфраструктурой будут строить новые объекты. Это несправедливо. Получается, что одним селам все, а другим – ничего? – сказал депутат.

В этой связи депутат предлагает оформить проект «Ауыл – Ел бесігі» в полноценный документ и утвердить его на уровне Правительства, расписать там все механизмы и направления проекта, а также разобраться с методикой отбора 3,5 тыс. сел. Ну а для жителей сел, которые не участвуют в проекте, нужно внедрить механизм переселения в другие села или города.

– Тогда это будет справедливо. Государство не может создать качественную инфраструктуру во всех селах, но не должно бросать граждан. Им надо дать возможность переехать туда, где такая инфраструктура есть. И на это тоже нужно выделять средства, – считает депутат.

Согласно проекту, уже к 2025 году он должен дать зримые результаты. И пока не поздно, отметили мажилисмены, сейчас важно дотошно проанализировать все факторы, которые могут помешать этой цели. Так, по словам депутата Альберта Рау, у законодателей расходится понимание с госорганами на вопрос: что такое модернизированное село?

– Оказывается, есть негласное мнение, что если в селе один проект реализован, то к нему пока не возвращаемся. И это называется модернизированное село? Модернизированным надо считать село, где выполнены все стандарты, проще говоря, решены все проблемы. Считаем, что в ближайшие два года необходимо в приоритетном порядке обеспечить полный охват проектами опорных сел по принципу «Село – под ключ», – считает Альберт Рау.

Наличествует, по его мнению, и бессистемность при выделении бюджетных средств. Так, по итогам 2021 года в разрезе областей есть значительный разброс в размерах выделенных средств – от 10 до 33 тыс. тенге на одного сельского жителя, то есть в три раза. Нет системности при распределении средств в регионах. Кроме того, совершенно не определено, какие проекты должны реализоваться за счет республиканских трансфертов, а какие должны быть профинансированы из местного бюджета.

Депутаты констатируют и слабую работу госорганов по возврату пастбищных земель. Так, мажилисмен Кайнар Абасов зая­вил, что право на изъятие земель используется мало. А ведь для развития личных подсобных хозяйств главное – это пастбищные земли для выпаса скота.

– Несмотря на то что ранее Парламентом обеспечена законодательная база по использованию пастбищных угодий, право на изъятие земель на местах мало используется. Пастбищные земли не входят в планы развития населенных пунктов и продолжают концентрироваться в руках крупных землевладельцев. На местах процессы возвращения пастбищных угодий идут очень медленно, – отметил Кайнар Абасов.

В свою очередь первый вице-министр сельского хозяйства Айдарбек Сапаров сообщил, что на данный момент согласно мониторингу возвращено 2,5 млн га земли.

– Создана специальная рабочая группа, и работа ведется в рамках этой группы. Сейчас мы с заместителями акимов регионов решаем вопрос возвращения этих земель на конкурсной основе, – сказал он.

Между тем депутат Абасов рассказал о совсем другой картине, которую депутаты увидели во время выездов в регионы.

– Буквально вчера мы были в регионах, например, в Сайрамском районе Туркестанской области необходимы более 1 миллиона гектаров пастбищных земель, в Казыгуртском районе – более 479 гектаров, – сказал он.

По словам Айдарбека Сапарова, эти вопросы будут выноситься на повестку рабочей группы.

– Будем определять сколько не хватает, есть норматив. Все эти стандарты будут пересмотрены, сейчас мы разрабатываем положение и будем работать по возврату, изъятию земельных участков в селах. Вопрос действительно серьезный, и нам необходимо всем участвовать в решении, – признал он.

В свою очередь вице-спикер Мажилиса Павел Казанцев приз­вал активизировать эту работу.

– Это критически важный воп­рос, мы видим, что сельчане не могут держать скот. И первая причина – это недоступность кормов. Несколько групп депутатов ездили по регионам, и будем продолжать эту работу. На месте выясняется, что к законам нет никаких претензий. А дальше начинается на исполнительном уровне сплошная проблема, начиная от планов управления пастбищами, которые в подавляющем большинст­ве сел вообще не составлены. А там, где составлены, из разряда политического документа – «усилить, улучшить, посмотреть, взглянуть, озаботиться, вспотеть, всплакнуть». Нет никаких измеримых цифр, ни действий, ни тем более ответст­венности. По всем фронтам нам нужно эту ситуацию продавливать, я просто других слов не нахожу, – возмутился вице-спикер Мажилиса.

Также Павла Казанцева волнует, каким образом задача по модернизации села будет решаться в рамках нацпроекта «Сильные регионы» без интеграции с мероприятиями по здравоохранению, образованию и сельскому хозяйству.

– Есть проблемы с эффективностью и системностью в реализации проектов, не обозначены границы ответственности, в том числе и в вопросах бюджета. Особого внимания заслуживает вопрос создания на селе качественных рабочих мест, – обратил внимание на еще одну проблему вице-спикер Мажилиса.