​Укрепляя стратегическое партнерство

– Григорий Борисович, если обратиться к итогам казахстанско-российского сотрудничества в минувшем году, то какие, на ваш взгляд, тренды и тенденции в наших двусторонних отношениях стали знаковыми?

– Стержневым событием в контексте российско-казахстанских отношений стал запуск с января 2015 года Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Самый масштабный за последние десятилетия интеграционный проект на пространстве СНГ и Евразии, вдохновителем которого выступил в свое время Президент Казахстана Н. А. Назарбаев, стал реальностью.

Возможно, не все удовлетворены итогами первого года работы новой межгосударственной структуры. Было, вероятно, ожидание, что запуск ЕАЭС даст немедленный позитивный эффект. Но так уж совпало, что на 2015 год пришелся пик экономического кризиса. Наши государства – крупные экспортеры углеводородов, и резкое падение мировых цен на энергоносители, начавшееся в 2014 году, продолжилось и в течение всего 2015 года. Понятно, что более чем двукратное снижение цен не могло не сказаться на экспортных поступлениях и курсах наших национальных валют, которые подешевели по отношению к ведущим мировым валютам в 2–2,5 раза. Но в то же время даже скептики признают, что едва только созданный ЕАЭС уже сыграл в этих непростых условиях существенную стабилизирующую роль. Так, на фоне общего падения товарооборота с внешними партнерами взаимный товарооборот стран – членов ЕАЭС сократился существенно меньше, а в физическом отношении он по ряду позиций даже вырос.

Еще одна причина, по которой положительный эффект от запуска ЕАЭС проявляется не сразу, – преимущественно организационно-техническая. Создание нового экономического союза условно можно сравнить с постройкой дома. Крышу и каркас общего дома мы совместными усилиями возвели. Но для того, чтобы он стал удобным и комфортным, его надо наполнить содержанием, подвести коммуникации, то есть – в применении к ЕАЭС – отладить взаимодействие государств – членов вновь созданного экономического союза.

Реальная интеграция экономик, гармонизация национальных интересов, приведение национальных законодательств в соответствие с новыми экономическими реалиями – дело непростое, особенно в кризисное время.

Понятно, что это не единовременный акт, а достаточно продолжительный процесс тонкой настройки механизмов взаимодействия в различных сферах. Именно это, на мой взгляд, наиболее актуальная задача наших двусторонних отношений на ближайшие годы.

Первый год для ЕАЭС стал годом и расширения. С присоединением к союзу Армении и Кыргызстана оформилась «евразийская пятерка» государств, объединенных общими целями, заложенными в Договор о ЕАЭС. Продолжается работа над проектами нового Таможенного кодекса ЕАЭС, Программой создания общего электроэнергетического рынка. Мы планомерно продвигаемся к функционированию в рамках союза единого рынка товаров, услуг, капитала и рабочей силы.

В текущем году ваша страна председательствует в органах ЕАЭС. Мы ознакомились с приоритетами казахстанского председательства на этот год и нацелены на конструктивную работу по всему спектру направлений сотрудничества. Мы высоко оцениваем уровень взаимодействия с казахстанской стороной в рамках союза. Наше партнерство действительно носит стратегический характер.

Это означает, что и Россия, и Казахстан считают, что «укрепление дружественных и союзнических отношений отвечает национальным интересам обоих государств». Наши президенты, подписав в Екатеринбурге договор, признали «необходимость тесного сотрудничества в сфере внешней политики и в военно-политической области, совместных усилий в целях обеспечения мира и безопасности на евразийском пространстве и во всем мире».

Тема безопасности – не абстракция для нас. У России и Казахстана одна из самых протяженных общих границ (более 7,5 тысячи километров).

– Учитывая непростую экономическую ситуацию в мире, какие меры необходимо разработать для стимулирования торгово-экономического сотрудничества между нашими странами, включая вопросы промышленной кооперации и взаимных инвестиций?

– В условиях кризиса нам необходимо устранять еще сохраняющиеся «узкие места», гармонизировать национальные законодательства, формировать благоприятный инвестиционный климат. Здесь еще есть немалые резервы, особенно в плане содействия малому и среднему бизнесу, который, как известно, более динамичен, чем крупный, быстрее учитывает конъюнктуру рынка, но слабее защищен от разного рода административных «рогаток» и давления. Поэтому сегодня одна из важнейших задач – разработка парламентами государств ЕАЭС законов и нормативно-правовых механизмов, стимулирующих создание на пространстве ЕАЭС условий для занятий частным предпринимательством для граждан всех государств-членов, независимо от того, в какой из пяти стран они постоянно проживают. В конечном счете и гражданин Казахстана, живущий в России, и россиянин, постоянно проживающий в Казахстане, желающий открыть собственное дело, будут действовать в едином правовом поле.

Актуальным становится ускоренное развитие несырьевых секторов экономики – высокотехнологичных и наукоемких отраслей, позволяющих повышать экспортную стоимость конечного продукта.

В приоритете и проекты в сфере инфраструктуры. В ближайшей перспективе на первый план выдвигаются такие масштабные трансконтинентально-логистические проекты, как автомобильная магистраль Западная Европа – Китай. России и Казахстану в силу обширности их территорий суждено играть ключевую роль связующего звена между Европой и Азиатско-Тихоокеанским регионом, предложить альтернативу более длинному морскому пути из стран АТР до Европы.

– Казахстан и Россия – локомотивы Евразийского экономического союза. Вместе с тем в регионе сегодня складывается новая интеграционная конфигурация, появляются дополнительные инициативы. Как будет строится диалоговый механизм по сопряжению ЕАЭС и, например, китайского проекта «Экономический пояс Шелкового пути»?

– Идеи построения устойчивой модели межгосударственного взаимодействия, способной противостоять кризисным явлениям, сегодня особенно актуальны. Востребованность гибких, свободных от идеологии доминирования форматов для решения общих задач очевидна. В этом контексте мы готовы продвигать свежие инициативы, в числе которых сопряжение проектов ЕАЭС и китайского проекта «Экономический пояс Шелкового пути» (ЭПШП) с целью наращивания многостороннего взаимодействия в сферах логистики, транспорта, энергетики, высоких технологий, сельского хозяйства.

В октябре 2015 года главы государств ЕАЭС договорились взаимодействовать в реализации инициативы Китая по формированию ЭПШП параллельно с проведением переговоров о заключении соглашения между ЕАЭС и КНР о торгово-экономическом сотрудничестве. На площадке Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) готовится «дорожная карта» взаимодействия с китайской стороной, включающая проекты с интеграционным эффектом, которые выгоднее осуществлять именно в формате ЕАЭС – Китай, используя единую таможенную территорию союза и его транспортно-логистический потенциал. В упомянутой «дорожной карте» будет определен и диалоговый механизм в формате ЕАЭС – КНР.

– Как дипломат, курирующий в МИД РФ вопросы сотрудничества со странами СНГ, не могли бы вы обозначить перспективы Содружества на ближайшее десятилетие? Что должны предпринять Казахстан и Россия для сохранения авторитета СНГ и действенности его решений?

– В настоящее время на постсоветском пространстве действуют несколько межгосударственных объединений, отличающихся друг от друга целями, задачами и степенью интеграции. Это Содружество Независимых Государств, Организация Договора о коллективной безопасности и Евразийский экономический союз. Содружество как наиболее широкая платформа регионального взаимодействия (11 государств-участников) функционирует по принципу равноправия на основе консенсуса. Государства сами определяют степень своего вовлечения в те или иные области взаимодействия, опираясь на свои национальные приоритеты. В рамках ОДКБ осуществляется сотрудничество в военно-политической сфере, а ЕАЭС – в экономической. Эти объединения дополняют друг друга, создавая условия для развития, безопасности и стабильности.

По прошествии 25 лет существования Содружества объективно назрела необходимость его адаптации к современному состоянию интеграционных процессов в регионе, оптимизации рабочих механизмов взаимодействия. Эту точку зрения разделяют практически все наши партнеры по СНГ, в том числе и Казахстан. Наши президенты поручили подумать над возможными шагами по повышению эффективности организации. Это, разумеется, не означает, что СНГ нуждается в кардинальном переформатировании. Подавляющее большинство его уставных и отраслевых органов работает эффективно.

Сегодня в рамках СНГ ведется соответствующая работа. Мы тесно взаимодействуем с казахстанскими партнерами на этом направлении. Принципиально важным является сохранение СНГ в качестве межгосударственной региональной структуры. Любые возможные шаги по повышению практической отдачи от деятельности СНГ необходимо осуществлять поэтапно, взвешенно, при безусловном сохранении успешного опыта сотрудничества.

– Актуальными продолжают оставаться вопросы обеспечения безопасности в нашем регионе. В последние годы мы слышим много разговоров о постоянно возрастающих угрозах, исходящих из Афганистана. Хотя есть и другие мнения и оценки. Некоторые эксперты склонны считать, что эти угрозы зачастую преувеличены.

– Такие суждения несерьезны. Едва ли эти эксперты таковыми являются. Обратимся к фактам. С 2014 года на севере Афганистана наблюдается существенное обострение обстановки. Движение талибов (ДТ) продолжает укреплять свои позиции в регионе, демонстрирует стремление к установлению контроля над рядом административных центров. В конце декабря 2015 года ДТ удалось захватить на несколько дней даже провинциальный центр – г.ІСундуз. Счет экстремистов на севере ИРА идет на тысячи. Их скопления фиксируются на границе с Туркменистаном, Таджикистаном, Узбекистаном. Замечу, среди бандитов действуют выходцы из Кыргызстана, Таджикистана, Узбекистана и северокавказских республик России.

Можно ли говорить о преувеличенности угрозы для всех нас?

С конца 2015 года в Афганистане укрепляет свои позиции группировка ИГИЛ. По имеющимся сведениям, в настоящее время в ИРА насчитывается порядка 6 тысяч их членов. Сторонники группировки выявлены в 25 из 34 провинций. Повторю, в их числе есть и выходцы из государств Центральной Азии и Северного Кавказа. Уверяю вас, что данные эти взяты не «с потолка».

Усугубление террористических вызовов обуславливает необходимость принятия дополнительных мер антитеррористической направленности, прежде всего в рамках существующих международных и региональных форматов, таких как СНГ, ОДКБ, ШОС.

Россия выражает готовность к максимальной координации позиций и взаимной поддержке по ключевым вопросам контртеррористической повестки дня. Первоочередные задачи в этой области отражены в Заявлении глав государств – участников СНГ о борьбе с международным терроризмом, принятом 16 октября 2015 года. В ходе третьей встречи секретарей Советов безопасности государств – участников СНГ (Москва, 11 ноября 2015 года) при рассмотрении вопроса о противодействии экспансии ИГИЛ было высказано единое мнение о необходимости повышения эффективности взаимодействия наших стран на этом направлении.

Для эффективного ответа терроризму необходимо наращивать взаимодействие наших стран как на политическом уровне, так и по линии профильных ведомств и специальных служб с акцентом на обмен соответствующей информацией. Поддерживаем инициативу генсекретаря ОДКБ Н. Н. Бордюжи о реформировании Организации для эффективной борьбы с новыми вызовами и угрозами, в том числе через укрепление ее контртеррористического потенциала.

Мы также последовательно выступаем за укрепление контртеррористического вектора работы Шанхайской организации сотрудничества, где в качестве членов, наблюдателей или партнеров по диалогу собраны практически все страны региона, включая ИРА. На это направлена российская инициатива о реформировании Региональной антитеррористической структуры ШОС с наделением ее на первом этапе полномочиями по выработке рекомендаций для эффективного противодействия финансированию терроризма за счет наркотиков, а впоследствии и другим криминальным вызовам и угрозам.

Результативная борьба с терроризмом невозможна без надежного перекрытия источников его финансирования, как того требуют профильные резолюции Совета Безопасности ООН и международные стандарты Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ).

Совместными усилиями мы должны поставить прочный заслон всем видам финансовой и материально-технической подпитки терроризма.

– Градус конфликтности и нестабильности в мире сегодня существенно вырос. Главы Казахстана и России выступают на международной арене с инициативами, направленными на укрепление глобальной безопасности. Какие, на ваш взгляд, предложения Астаны и Москвы могут быть реализованы в настоящее время?

– Россию и Казахстан объединяет общая озабоченность нарастанием тенденций, негативно влияющих на глобальную безопасности и стабильность. На различных международных площадках наши страны активно выступают за обеспечение равной и неделимой безопасности для всех без исключения государств. Совместных инициатив в данной области мы на настоящий момент не выдвигаем, но в рамках нашего стратегического партнерства на регулярной основе взаимодействуем с казахстанскими коллегами в интересах достижения общей цели – укрепления мира и обеспечения благоприятных внешнеполитических условий для стабильного социально-экономического развития наших стран. Договор о добрососедстве и союзничестве между Россией и Казахстаном также нацеливает нас на скоординированную работу по обеспечению безопасности на континенте.

– В нынешнем году Казахстан готовится отметить 25-летие Независимости. Судьба подарила нам века богатого исторического наследия культурно-гуманитарных связей между народами Казахстана и России, основанных на духовной близости и общей истории. Что нам вместе сделать сегодня, чтобы сохранить и развить наследие предков?

– По обе стороны российско-казахстанской границы издавна живут и казахи, и русские, есть много смешанных семей. Властям приграничных областей надо это учитывать, с вниманием относясь к возможным вопросам и потребностям местного населения, чтобы невольно не создать препятствий для развития национальной культуры, национального языка. Сегодня во многих приграничных с Казахстаном областях России есть школы с изучением казахского языка. Действуют также десятки казахских этнокультурных центров и объединений, причем не только в приграничных, но и во внутренних областях России. Большинство из них создано и существует на добровольных, самодеятельных началах. С другой стороны, российские граждане, постоянно проживающие в Казахстане, и русскоговорящие граждане вашей страны имеют возможность читать прессу на родном языке, смотреть российские телепередачи. Граждане Казахстана благодаря широкому знанию русского языка, не испытывая языкового барьера, могут учиться в российских вузах. Эти позитивные заделы необходимо оберегать и развивать, в том числе и для взаимного обогащения наших культур.

Рецепты, как говорится, известны. Это активный культурный обмен, организация фестивалей, гастроли артистов, совместные гуманитарные проекты, публикации документов по истории российско-казахстанских отношений, создание фильмов о российско-казахстанских исторических связях и так далее.

– Позвольте вопрос не по теме нашего разговора. В справочниках написано, что вы владеете английским, французским и ... языком хауса. Африка – ваша страсть, тайная мечта? Когда вы в последний раз смогли продемонстрировать владение этим редким языком?

– Около трех лет назад. Будучи приглашенным на юбилей кафедры африканистики в ИСАА МГУ, я буквально сразил молоденьких студенток, поприветствовав их на хауса. Обе стороны были в восторге. Дальнейшее общение, понятно, шло на русском. Годы!