Эксперт НПП Атамекен: Операторы-прокладки – инструмент для несправедливого обогащения

Помощь экономике или лоббирование частных интересов? Движение к новому Казахстану или опять «спуск на тормозах»? Асет Айтбаев, директор департамента торговли и развития малого бизнеса НПП «Атамекен», рассказал, как операторы-прокладки, доставшиеся от прежнего правительства, мешают развитию здоровой конкуренции.

Стикеры для «Казахтелекома»

«Оператор РОП», «СК-Фармация», AParking – чем опасны для страны и бизнеса различные национальные операторы?

– Их появление приводит к монополизации рынка и в итоге бьет по карману граждан. Всем это известно, но на практике мы постоянно сталкиваемся с ними.

Например?

– Тот же «Оператор РОП» с его утильсбором. Куда в итоге уходили все эти средства? Частным лицам. То есть это было вроде законное, но несправедливое обогащение.

С утильсбором сейчас разобрались. Какие можете привести ещё кейсы, в которых прокладки созданы лишь для того, чтобы откачивать деньги граждан под предлогом регулирования?

– Один из актуальных сейчас кейсов связан с оператором маркировки товаров – «Казахтелекомом». Зачем, по сути, нужна такая маркировка? Она позволяет отслеживать каждую единицу определенного вида товара. Это делается для исключения контрафакта, контрабанды и для обеления рынка.

И с 1 апреля ИП или юрлица, которые производят или завозят обувь, обязаны маркировать каждую пару. То есть наносить на нее индивидуальный код маркировки – стикеровать. И каждый шаг – производство этой пары или её ввоз, продажа дистрибьютору, поставка розничному реализатору, продажа конечному потребителю – должны фиксироваться через этот код. Таким образом налоговая служба и фискальные органы видят весь путь этого товара.

По сути ведь правильная инициатива?

–Да. Но зачем она нужна, если товар уже прослеживается через такие инструменты, как сопроводительные накладные на товар и электронные счета-фактуры? То есть они в той же самой фискальной системе отражают передвижение товара.

А представьте, что у производителя или импортера в год проходят 20-30 тысяч пар обуви. И он вручную каждую из них должен вбивать в систему, стикеровать, нанимать бухгалтера, закупать необходимое оборудование. Плюс каждый этот стикер стоит денег, который ему продает «Казахтелеком».

Мы выступаем против излишней нагрузки на бизнес: говорим об этом, выносим на уровень руководства страны, об этом знает заместитель премьера, весь бизнес считает, что нужно отменять эту меру, но почему-то правительство пока не торопится.

Кому нужно знать, кто сколько поставил на «Барселону»?

Что может сделать НПП, чтобы существующие операторы-прокладки под предлогом регулирования были упразднены, а планируемые не создавались?

– Мы не госорган, мы не принимаем государственных решений. Но наша задача: доносить позицию бизнеса, чтобы власти её услышали. И элементарный здравый смысл подсказывает, что появление подобных посреднических структур явно носит лоббистский характер. По тому же оператору Центру учёта ставок непонятно, зачем он нужен? Для чего требуется учитывать все ставки граждан, их сумму, кому нужно знать, кто сколько поставил на «Барселону»? Его прозрачность вызывает вопросы.

Инициаторы ЦУС как раз говорили, что это поможет сделать рынок пари на исход спортивных соревнований более прозрачным и безопасным.

– ЦУС – очередная посредническая фирма между организатором бизнеса и потребителями. Да, цели, которыми руководствуются госорганы, говоря о контроле за сферой ставок, понятны. Но методы вызывают сомнения. Люди, которые по-настоящему интересуются спортом и разбираются в нём, будут продолжать предсказывать результат события. Просто это станет дороже.

Госорганы, например, говорят, что это поможет решить проблему лудомании у населения. Да, она существует, но, думаю, ЦУС не решает эту проблему вообще никак.

А что же тогда он решает?

– Исходя из своего опыта, я просто вижу чей-то коммерческий интерес. И здесь точно нет никакого решения государственных или социальных проблем.

Операторы, убивающие конкуренцию

Какие государственные органы являются союзниками НПП в деле расчистки бизнес-среды от подобных операторов-прокладок?

– Думаю, в первую очередь это Министерство национальной экономики. По закону оно – уполномоченный орган по развитию предпринимательства в стране. Плюс у каждого бизнеса есть свои отраслевые министерства и комитеты.

Но по опыту могу сказать, что мы в «Атамекене» не всегда получаем положительный ответ от госорганов на наши инициативы. Иногда их представители по непонятным нам причинам закрывают глаза на явные нестыковки и, вероятно, преследуют какие-то личные цели. 

Конечно, обвинять никого нельзя, это все-таки госорган, который ведет политику в своей сфере. И, наверняка, люди там уверены, что им виднее и они всё правильно делают. Но со стороны бизнеса мы даем чёткие предложения, обосновываем свои позиции, однако они не всегда бывают услышаны.

Вы пытаетесь говорить им о важности добросовестной конкуренции и коррумпированности схем операторов-прокладок, которые под маской регулирования откачивают деньги граждан в коррупционные карманы?

– Конечно. «Атамекен» никогда не защищает недобросовестный бизнес. Мы за здоровую конкуренцию. И в связи с этим встает вопрос: зачем нужны все эти операторы? Чьи интересы решает ЦУС? Или для чего «Казахтелеком» в той цепочке маркировки?

У нас есть Агентство по защите и развитию конкуренции. Наверняка, оно решает важные задачи. Но, мне кажется, оно должно жёстче проводить политику в отношении таких вот операторов.