Не только про реинтродукцию

Какие приоритеты нашли отражение в программном документе, вступившем в силу 31 декабря минувшего года и рассчитанном на десятилетний срок? Что изменится в природоохранной политике республики? Об этом и многом другом – в интервью исполнительного директора Казахстанской ассоциации сохранения биоразнообразия (АСБК) Веры Вороновой.

– Вера Владимировна, как эксперт­ное и научное сообщество оценивает значение принятой концепции?

– Новая концепция – важный этап в формировании общенациональной политики по защите природных ресурсов как основы благополучия страны. Последний подобный комплексный документ в Казахстане был принят в 1999 году. С тех пор осуществлялись только отдельные отраслевые программы, среди которых – Концепция по развитию особо охраняемых природных территорий и «Жасыл даму».

Новый стратегический документ охватывает не только отдельные отрас­левые направления, такие как сохранение животного мира, использование лесных ресурсов или расширение сети охраняемых территорий, но и межсекторальные вопросы. В частности, речь идет об устойчивом развитии сельского хозяйства, о внедрении подходов, снижающих негативное воздействие на окружающую среду при планировании и строительстве инфраструктуры.

– Какие изменения призвано обеспечить претворение концепции в жизнь с точки зрения состояния экосистем, а также флоры и фауны?

– Документ предусматривает несколько направлений, каждое из которых направлено на системное улучшение состояния экосистем и сохранение животного мира Казахстана. Один из центральных элементов концепции касается расширения сети особо охраняемых природных территорий с доведением их площадей до 33,2 миллиона гектаров.

В число приоритетных территорий входят речные экосистемы, степные, пустынные и лесные ландшафты. В час­ти сохранения животного мира пре­дусмотрены меры по восстановлению численности редких и исчезающих видов и, возможно, уже исчезнувших с территории Казахстана, таких как тигр и дикая лошадь Пржевальского – керкулан.

Также будет продолжена охрана и дальнейшее восстановление тех видов, по которым уже достигнуты хорошие результаты: это кулан, архар, джейран и сайгак.

– Какие меры сегодня наиболее эффективны для сохранения редких и исчезающих видов животных?

– Подходы к сохранению зависят от степени угрозы для конкретных видов фауны. К примеру, для находящихся в критическом состоянии, таких как балобан и дрофа, а также для ряда редких видов рыб. Основным способом становится их разведение в неволе с последующей реинтродукцией. Это предусматривает создание питомников, восстановление численности, выпуск животных в природу, их дальнейшее сопровождение, мониторинг и охрану.

Для редких, но сохраняющихся в природе видов наиболее эффективной мерой остается защита мест обитания, в том числе посредством создания особо охраняемых природных территорий и снижения рисков от уже известных угроз. Показательный пример – степной орел: численность этих птиц снижается, в том числе из-за их гибели от поражения током на линиях электропередачи.

Решение таких проблем требует сис­темной работы с бизнесом. Сегодня в Казахстане уже существуют технологические решения, позволяющие сущест­венно снизить подобные опасности.

– В концепции говорится о переходе к более проактивному управлению природными ресурсами. Какую роль в этом процессе призвано сыграть научное сообщество?

– Научные исследования, мониторинг и регулярное получение достоверных данных о состоянии биоразнообразия играют ключевую роль в планировании природоохранных мероприятий и принятии управленческих решений. Без научной базы невозможно правильно определить, где создавать новые охраняемые территории, какие меры необходимы для сохранения видов и как оценивать влияние инфраструктурных и других проектов.

Для этого важно иметь точные данные о состоянии популяций, изучать динамику их численности, просчитывать долгосрочные тенденции. Именно поэтому приоритетной задачей становится усиление научного потенциала республики.

Важно продолжать развитие профильных институтов и расширение программ системного мониторинга. С учетом масштабов страны свое слово должны сказать современные технологии и цифровые возможности: беспилотники, инструменты искусственного интеллекта, а также спутниковое отслеживание животных, уже доказавшее свою эффективность, например, при изучении миграции сайгаков.

– Как вы оцениваете текущее сос­тояние биологического разнооб­разия в стране, какие вызовы для животного мира сегодня наиболее серьезны?

– Состояние биоразнообразия в Казахстане остается неоднородным: есть виды, численность которых продолжает снижаться. Например, имеются достоверные данные о снижении численнос­ти отдельных видов птиц – хищных, падальщиков, большой дрофы…

Схожие тенденции наблюдаются среди различных видов рыб. Это в первую очередь осетровые, чуйская остролучка и волжская многотычинковая сельдь. В то же время Казахстан демонстрирует значительные успехи в восстановлении млекопитающих: куланов, джейранов, сайгаков и архаров.

Кроме того, существует еще один важный аспект – по многим компонентам био­разнообразия по-прежнему отсутствуют актуальные данные, которые позволили бы объективно оценить состояние популя­ций и их динамику. Именно это можно считать одной из главных задач на сегодняшний день – необходимость выстроить системный мониторинг биоразнообразия в условиях обширной территории Казахстана. В ее решении важную роль должно сыграть дальнейшее внедрение современных технологий, позволяющих оперативно собирать и анализировать данные.

– Можно ли ожидать, что реализация концепции даст действенный эффект для восстановления популяций редких видов?

– Экспертное и научное сообщество действительно возлагает большие на­дежды на реализацию концепции. Документ принят на уровне Правительства и предусматривает систему регулярной отчетности по достижению конкретных индикаторов и результатов, заложенных в плане мероприятий.

При этом важно понимать, что достижение поставленных целей невозможно силами только Министерства экологии и природных ресурсов. Основным фактором станет эффективное межведомственное взаимодействие: вовлечение министерств и ведомств, регулирование сфер, которые напрямую влияют на состояние биоразнообразия.

Значительную роль также будут играть научные организации, национальные, общественные и международные партнеры. Концепция опирается в том числе на уже запущенные инициативы и направлена на их дальнейшее развитие. Включены задачи по продолжению уже начатых программ по возвращению в природу ранее исчезнувших видов, таких как тигр и уже упоминавшаяся выше лошадь Пржевальского – керкулан. Есть первые практические результаты.

– На какой стадии сегодня находится проект реинтродукции керкулана в государственный природный резерват «Алтын дала»?

– На сегодняшний день завершена двухлетняя фаза проекта по реинтродукции лошади Пржевальского. Прак­тическая реализация проекта началась в феврале 2024 года после подписания меморандума между всеми участниками.

В июне 2024 года в Казахстан прибыла первая группа из семи животных. Они успешно прошли год адаптации в полувольных условиях – в загонах центра реинтродукции, расположенного на территории резервата. В июне 2025-го прибыла вторая группа, также из семи особей. Эти животные благополучно пережили зиму и на данный момент готовы к выпуску в дикую природу нынешним летом.

Следующая партия ожидается в июне текущего года. В общей сложности планируется завезти из европейских зоопарков около 40–45 особей. По мнению экспертов и ученых, этого достаточно для формирования самовоспроизводящейся популяции.

Что касается резервата, то эта территория была выбрана не случайно. На юге Костанайской области, в Торгайской степи, сохранились обширные участки степных экосистем в их естественном состоянии. Это богатые пастбища с достаточным количеством природных источников воды. Не менее важным фактором выступает и сравнительно низкая плотность домашнего скота на прилегающих к резервату территориях.

Центр реинтродукции диких копытных на территории резервата оснащен всей необходимой инфраструктурой. Есть шесть загонов, внутри имеются как естественные, так и искусственные источники воды.

В центре есть условия для проведения базовых ветеринарных исследований. За состоянием животных постоянно следят специалисты, включая ветеринаров. При необходимости привлекаются меж­дународные эксперты. После выпуска в дикую природу лошади будут находиться под постоянным наблюдением инспекторов резервата.