Разумная привычка, а не просто тренд

Долгое время советы выключать воду во время чистки зубов или не запускать полупустую стиральную машину воспринимались как мелкие бытовые правила. Сегодня это уже не мода, а нормальная хозяйская привычка, которая бережет семейный бюджет, снижает нагрузку на водопроводные сети и помогает городам меньше тратить энергии на подачу важнейшего ресурса и очистку стоков.

Бытовое потребление живительной влаги занимает меньшую долю по сравнению с сельским хозяйством и промышленностью. Но в масштабах страны даже небольшие хорошие привычки дают заметный результат. К примеру, если каждый житель сбережет хотя бы 10 литров воды в день, то при населении около 20 млн человек это составит в итоге примерно 73 млн кубометров в год. Для одного человека – всего несколько простых действий, а для страны – объем, который уже имеет значение.

При этом вода, которую мы видим в кране, – только часть нашей реальной нагрузки на ресурс. Есть еще скрытый, или виртуальный, водный след.

– Виртуальная вода – ресурс, которого нет в кассовом чеке. Он был потрачен раньше – при выращивании зерна и кормов, производстве молока, хлопка, бумаги, металла, электроэнергии, одежды и бытовых вещей. По оценкам Water Footprint Network, основная часть глобального водного следа связана с сельскохозяйственной продукцией. И здесь наша водная расточительность проявляется в виде выброшенных продуктов и спонтанных покупок, – говорит ведущий эксперт секретариата по ЦУР Института экономических исследований Асхат Касенов.

По словам эксперта, цифры по водному следу нельзя читать как универсальный ценник на продукт. Важно, где и как он произведен, использовались ли при поливе осадки или дефицитная речная вода, какое загрязнение возникло в процессе. Один и тот же товар может иметь разный след в зависимости от страны, технологии, сезона...

Но сами примеры хорошо показывают масштаб скрытой воды. По данным Water Footprint Network, глобальный средний водный след хлопковой рубашки весом 250 граммов составляет около 2,5 тыс. л, пары джинсов – около 8 тыс. л. Это не значит, что нужно отказаться от новой одежды. Это значит, что нужно ее бережно носить. То же самое касается еды.

По данным обследования 12 тыс. домохозяйств в 2024 году, среднее потребление казахстанцами продовольствия составило 82,6 кг мяса и мясопродуктов, 123,5 кг хлебопродуктов и круп и 232,2 кг молока и молочных продуктов. Это не ар­гумент против национальной кухни. Это подсказка: главный бытовой резерв связан не с запретами, а с планированием покупок, хранением продуктов и снижением лишнего потребления.

Самый спокойный и понятный шаг – меньше выбрасывать. В док­ладе UNEP для Казахстана приведена модельная оценка пищевых отходов на уровне 88 кг на человека в год, но ее надежность обозначена как очень низкая из-за недостатка национальных измерений. Поэтому эту цифру нельзя выдавать за официальную статистику страны. Казахстану нужен собственный базовый замер по методологии индикатора ЦУР 12.3.1.

– ЦУР 12 – это одна из 17 Целей устойчивого развития ООН. Она называется «Ответственное пот­ребление и производство». В ней есть очень практичная задача. К 2030 году нужно сократить вдвое пищевые отходы на душу населения на розничном и потребительском уровнях и уменьшить потери продовольствия в производственно-сбытовых цепочках. Для госорганов это не абстрактная экология, а система учета, политики и результатов. Невозможно управлять тем, что страна не измеряет, – отмечает Асхат Касенов.

В этом отношении современная повестка неожиданно точно совпадает с традиционной культурой. У казахов есть выражение с очень важным смыслом – «Обал болады». Нельзя бездумно выбрасывать то, во что уже вложены вода, человеческий труд, энергия и деньги семьи. Наши предки не знали термина «виртуальная вода», но хорошо понимали цену бережливости.

Эксперт подчеркивает, что речь не идет о минимализме ради минимализма. Никто не требует от семьи жить беднее или отказаться от привычного комфорта. Скорее, наоборот: осознанное потребление часто означает более качественную жизнь, меньше случайных трат, меньше захламления, больше уважения к хорошим вещам и собственному труду.

Практические шаги можно разделить на четыре группы.

Первая – продукты. Стоит хотя бы неделю посмотреть, что чаще всего оказывается в мусорном ведре. После этого легче скорректировать меню, размер покупок. Продукты с ближайшим сроком годности можно ставить на видное место, излишки – замораживать, а покупки по акции оценивать честно – съедим ли мы это или часть выбросим.

Вторая – потребительская корзина в целом. Чрезмерное потребление редко выглядит как большая проблема в момент покупки. Новая сумка, еще одна пара обуви, гаджет – «потому что вышла новая модель», вещь под настроение или под один образ. Но если таких решений много, они формируют заметный скрытый водный след. Покупать по потребности, выбирать качество, носить дольше, ремонтировать обувь и одежду, отдавать вещи дальше – нормальная современная рациональность.

Третья – общественные тренды. Важно, какие модели поведения делают престижными блогеры, представители шоу-бизнеса, спортс­мены, лидеры мнений и политики. Если уважение вызывает только демонстративная роскошь и постоянное «быть в новом», то общество невольно воспроизводит лишнее потребление. Если нормой становятся ухоженная вещь, ремонт, осмысленная покупка, локальные мастера, повторное использование и отсутствие показной расточительности, ценности постепенно смещаются в более естественное русло.

Четвертая – прямая экономия воды дома. Здесь все просто. Устранять протечки, ставить счетчики, выбирать водосберегающую сантехнику, запускать стиральную и посудомоечную машины при полной загрузке, не держать воду открытой без необходимости. Один капающий кран кажется ме­лочью, но в доме, подъезде и городе мелочи быстро превращаются в кубометры.

Безусловно, личные усилия граж­дан должны поддерживаться действиями государства и бизнеса. В школах лучше работает не абстрактный призыв экономить воду, а исследование пути конкретного продукта. Сколько ресурсов потребовалось хлебу, яблоку, футболке или смартфону для того, чтобы они попали к покупателю? Такой подход связывает воду с трудом, семейным бюджетом и ответственным выбором.

Магазины и предприятия общепита тоже влияют на привычки. Покупателю помогают удобные размеры упаковки, продажа час­ти продуктов на развес, понятная маркировка сроков годности, скидки на товары с коротким сроком и работающие механизмы передачи пригодных излишков.

В Великобритании программа WRAP и добровольные соглашения с бизнесом показали, что измерение, понятные цели и работа с потребителем способны снижать пищевые отходы. Южная Корея пошла другим путем и развивала оплату пищевых отходов по фактическому объему через цифровые системы. Казахстану не нужно копировать чужую модель пол­ностью, но стоит взять на воору­жение сам принцип, считает Асхат Касенов. Сначала измерение, затем – удобные правила, а за ними и привычка.

Бережливость в быту не заменит модернизацию каналов, заводов и водоканалов. Но она формирует общест­венный запрос. Когда граж­данин сам понимает цену воды, ему легче требовать прозрачной информации о качестве рек, сбросах, потерях в сетях и результатах государственных проектов. Это уже зрелая культура, в которой вода воспринимается не как бесконечный фон жизни, а как общий ресурс благополучия.