Так дело не пойдет!

Между тем первые конкретные результаты проверки не заставили себя долго ждать: на минувшей неделе от занимаемых должностей освобождены начальники приграничных железнодорожных станций «Дос­тык» и «Алтынколь», а также руководитель Департамента государственных доходов по Алматинской области Сырым Дынбаев.

В эти же дни министр финансов Ерулан Жамаубаев, проинспектировав работу пунктов пропус­ка «Нұр жолы» и «Алтынколь», провел встречу с предпринимателями – участниками внешнеэкономической деятельности, в ходе которой рассказал о грядущих кардинальных изменениях на таможенной границе. По его словам, будут жестко пресекаться нарушения закона, в том числе факты недостоверного декларирования ввозимых грузов, уйдут в прошлое фирмы-однодневки. Деятельность таможни должна стать прозрачной, а самое главное – обеспечивать полноту поступлений в бюджет.

Покончить с криминалом

Тем временем бизнесмены, непосредственно занимающиеся импортно-экспортными операциями с Китаем, с большим воодушевлением встретили весть о том, что с таможенным беспределом в печально известном «Хоргосе» наконец-то будет покончено.

В интервью нашей газете глава Ассоциации «Союз промышленников и предпринимателей Iskermen» Тимур Жаркенов перечислил множество барьеров, препятствующих нормальному ведению бизнеса на казахстанско-китайской границе.

– Нас очень радует, что Глава государства обратил внимание на эту проблему, – сказал эксперт. – Давно пора было разобраться с теми, кто установил на таможне нелегальные схемы. Суть дела в том, что с участием государственных органов был создан механизм, позволивший частным компаниям – уполномоченным экономическим операторам – контролировать процедуры провоза грузов через кордон. Получив такие преимущества, эти частники узурпировали весь товарооборот с Китаем.

По словам Тимура Жаркенова, формат пересечения границы через автомобильный пункт пропуска «Нұр жолы» (построен в 2018 году на замену старого КПП «Хоргос». – Прим. авт.) подразумевает несколько процедур. Это досмотр транспорта, логистичес­кое обеспечение, таможенное оформление груза, паспортный контроль.

Есть еще услуги СВХ – складов временного хранения, погрузки-разгрузки машин, страхования. Контроль над каждым из этих элементов как раз и поделили между собой разные структуры, получившие «зеленый коридор» по проходу через границу.

– Допустим, вы хотите официально завезти из Китая в Казах­стан товары народного потреб­ления, – приводит пример глава ассоциации Iskermen. – На границе вас направят к одному из уполномоченных экономических операторов, услугами которого вам придется воспользоваться за определенную плату. И тогда ваш груз пройдет через «зеленый коридор», его никто досматривать не будет. То же самое касается физического перехода границы и других процедур, там за все надо платить операторам и другим аффилированным структурам. Схема непрозрачная, причем в обход частных контролеров у вас не получится провезти товар через кордон.

По данным предпринимателей-импортеров, стоимость проезда одного грузового автомобиля через казахстанско-китайскую границу доходила до 40 тыс. долларов (!). И бизнесмены платили такие непомерные суммы, не видя альтернативы. Затем завышенные ставки «таможенного оформления» ложились в конечную цену товаров для обычных покупателей.

– В итоге гигантские суммы шли мимо госбюджета в карманы недобросовестных людей, – подчеркнул эксперт. – На мой взгляд, эту проблему можно легко решить. Прежде всего нужно покончить с криминалом, то есть убрать монополии в лице всевозможных экономических операторов, имеющих высокие связи «наверху».

Затем общими усилиями госор­ганов и бизнес-структур следует выстроить понятный механизм прохождения товаров через границу с учетом требований законодательства по налогам и таможенным пошлинам с соблюдением системы учета рисков. Эта система определяет, по какому коридору должен идти груз на таможне – «желтому», «красному» или «зеленому».

– Сейчас из-за нелегальных схем страдают законопослушные бизнесмены, а другие провозят контрабанду без досмотра, через «зеленый коридор», – поясняет Тимур Зеилович. – Все это можно упорядочить, установить прозрачную и удобную шкалу расчетов, и тогда будет соблюдаться закон, госбюджет наполнится налогами и пошлинами. Бизнес-сообщество двумя руками за это.

Кроме того, считает собеседник, для наведения порядка на границе необходимо наладить диалог с китайской стороной. Для этого предлагается создать межправительственную комиссию с участием как представителей госорганов, так и коммерческих структур двух стран.

Если помните, в прошлом году были большие заторы грузовых автомобилей на границе из-за карантинных ограничений, введенных Китаем. В электронной очереди простаивало свыше 10 тыс. машин.

К концу года усилиями ассоциации Iskermen 80–90% импортных товаров, застрявших на китайской территории, завезли в Казахстан. Если все вышеназванные задачи будут выполнены, откроются большие перспективы не только в части наполнения госбюджета, но и для развития бизнеса законопослушных предпринимателей-импортеров.

Реки и ручейки контрабанды

В свою очередь глава Казах­стан­ской ассоциации таможенных брокеров Геннадий Шестаков рассказал нам, что сейчас ведется расследование в отношении около двух десятков компаний, допустивших огромную недоплату в бюджет страны.

– В их числе – уполномоченные операторы, торговые и брокерские компании, – сообщил Геннадий Алексеевич. – Все они между собой взаимосвязаны, причастны к реализации нелегальных схем. К примеру, ввоз товаров осуществлялся только через определенных лиц, контрагентов. По-другому невозможно было это сделать. Чтобы навес­ти порядок на границе, думаю, не следует вводить какие-то законодательные новшества. Просто надо соблюдать закон всем сторонам: как государственным органам, так и тем лицам, которые, находясь близко к властям, хотят иметь «медовые пряники».

Вместе с тем, по словам экс­перта, разница в статистичес­ких данных таможенных служб Казах­стана и Китая сложилась не только по причине неуплаты налогов и пошлин. Есть разные подходы в таможенном оформ­лении грузов и определении статуса хозяйствующих субъектов – индивидуальных предпринимателей, малого бизнеса. Китайская сторона, к примеру, оценивает товары по упрощенной схеме, наши фискалы – по общей.

Кроме того, когда из Китая груз отправляется в третью страну, к примеру, в Узбекистан, китайские таможенники в документах указывают пересечение границы с Казахстаном, и получается, что это – экспорт в нашу страну. Тем самым допускаются определенные ошибки в составлении статистических данных.

К слову, о проблемах на таможне «Хоргос» наша газета сообщала не раз. Этот печально известный контрольно-пропускной пункт долгие годы сотрясали коррупционные скандалы, связанные с созданием ОПГ, конт­рабандных схем. Выявлялись факты сращивания контрабандистов с сотрудниками силовых структур, таможенниками и руководителями МЦПС «Хоргос», часть которых была осуждена за взятки и хищение бюджетных средств.

Еще в 2012 году, побывав на границе, мы подробно описали нелегальный бизнес «несунов». Ежедневно челноки из числа безработных местных жителей проходили через КПП на китайскую сторону, фасовали в сумки одежду и обувь, а затем переправляли мелкими партиями в Казахстан. При этом каждый несун за один раз проносил груз весом до 50 кило как ручную кладь, который не подлежал растаможке. После прохождения границы товар передавался хозяину-оптовику.

И хотя правоохранительные и фискальные органы приняли тогда меры по противодействию контрабанде, бизнес несунов продолжал процветать еще долгие годы.

Между тем, по словам Тимура Жаркенова, такие челночные схемы сейчас не работают в связи с тем, что МЦПС уже 2 года закрыт по причине карантина. Да и объемы контрабанды несунов – капля в море по сравнению с гигантскими партиями товаров, проходящих через КПП «Нұр жолы». В одном случае это река, в другом – ручеек.

Резкой критике деятельность МЦПС «Хоргос» в январе 2020 года подверг Президент Касым-Жомарт Токаев, отметив, что в казахстанской части центра нет необходимых помещений и объектов, тогда как на территории КНР построен целый город. В итоге приграничное сотрудничество превратилось в упрощенный импорт продукции из соседней страны.