Кто-то называет его маленьким кладбищем посреди парка, а кто-то считает памятником ушедшей эпохе.
Речь о мемориале «Бауырластар зираты» («Братская могила»), воздвигнутом в Центральном парке города в память о двух событиях начала прошлого века, передает корреспондент Kazpravda.kz.
На этом месте в 1919 году были похоронены красные коммунары 1-го Черняевского (Чимкентского) полка, которые погибли за власть Советов. Долгое время их имена были начертаны на камне, а именем одного из них – Якова Крегера – называлась улица, берущая начало у парка.
В 1930 году здесь же осуществили погребение красноармейцев, участвовавших в подавлении так называемого сузакского восстания. Местное население наотрез отказывалось в качестве восполнения недоимки отдавать мизерные запасы продовольствия и резать последний скот, поголовье которого после джута 1927 года сократилось в десять раз. Люди, вооружившись вилами, топорами, граблями, вышли на улицы, чтобы выразить протест против продразверстки, требующей сдать государству и революционной власти последнее. И без того жившие впроголодь сузакцы не желали обрекать свои семьи на голод.
Бунт вспыхнул 7 февраля 1930 года и длился на протяжении десяти дней. Для его подавления прибыли отряды красноармейцев из Чимкента, Туркестана и Кызыл-Орды. По сути дела, безоружное население, с десяток охотничьих винтовок вряд ли могли сделать погоду, оказалось под прицелом боевых формирований.
Итог кровавой расправы оказался чудовищным. Есть информация, что погибли порядка 400 повстанцев. Но эта цифра неточная. Историк Момбек Абдакимулы утверждает, что жертв среди мирного населения было на порядок больше. Жертвенный список пополнили еще сотни арестованных, преданных суду и затем расстрелянных. Многие в спешном порядке покидали родные края, чтобы не попасть под стремительно раскручивающийся маховик репрессий.
Только в 1958 году реабилитационная комиссия, проведя тщательное расследование, пришла к выводу, что процесс следствия изначально велся с обвинительным уклоном, сопровождался грубыми нарушениями, что привело в итоге к колоссальным жертвам среди мирного населения.
Эти выводы никоим образом не изменили идеологическую оценку сузакского восстания. Захоронение тех, кто его жестоко подавил, оказалось в центре парка культуры и отдыха. Еще в 1931 году на нем установили четырехугольные камни, на которых были высечены имена всех погибших.
В первой половине 60-х годов провели реконструкцию мемориала. На возведенном пьедестале зажегся Вечный огонь. Он горел до начала 90-х годов, пока наша страна не обрела независимость.
– Давно следовало пересмотреть историческую и идеологическую составляющую этого захоронения, – считает Момбек Абдакимулы. – Еще в начале 90-х годов я первым поднял вопрос о необходимости демонтировать это захоронение и убрать из парка. В местной печати тогда появилось несколько публикаций на эту тему. И вроде бы было понимание со стороны городского акимата, но общественность, еще живущая под воздействием советской идеологии и не знавшая толком истинную суть сузакского восстания, возражала. Спустя 20 лет я снова поднимал эту тему. Как раз шла реконструкция парка и было самое время перезахоронить останки. Но вместо этого появился новый гранитный мемориал с надписью «Бауырластар зираты». Хотя какая это братская могила, если имена всех погребенных известны?!
Захоронению не место в парке культуры и отдыха, где проводятся концерты, праздники, развлекательные мероприятия. В этом убеждены председатель славянского культурного центра Шымкента Наталья Романова и председатель славянского культурного центра Туркестанской области Марина Лимаренко, обратившиеся с официальным письмом к акиму Шымкента Габиту Сыздыкбекову, в котором просят рассмотреть возможность перезахоронения, которому уже 100 лет.
«Спустя столько лет после тех событий нахождение в центральном парке города мест захоронения людей неуместно. Могилы не должны находиться там, где в массовом порядке отдыхают горожане, проводятся спортивные и культурно-массовые мероприятия. К тому же мемориал памяти сегодня заброшенный объект, не соответствующий месту почитания памяти усопших», – подчеркивается в обращении.
– Мало сочетаются памятный объект захоронения и предназначение парка культуры и отдыха, – вторит доктор исторических наук, профессор ЮКГПИ Александр Подушкин. – Это вещи несовместимые. Человеческие останки можно и нужно перезахоронить с соблюдением и мусульманских традиций, и православно-христианских. Возможна гражданская панихида. И люди скажут: «Смотрите, по-человечески перенесли, а не просто снесли».
Семьи депутата Мажилиса Болатбека Нажиметдинулы сузакское восстание коснулось самым непосредственным образом. Его предки вынуждены были покинуть родные места.
– Сотни человек вынужденно сорвались с насиженных мест, чтобы спастись, – говорит Болатбек Нажиметдинулы. – Среди них и мои деды. Мои родители родились на чужбине и только в конце 50-х годов вернулись на землю предков. Все эти переезды сопряжены были с лишениями, страданиями, неизбежными в таких случаях. Такой же долгой и непростой была дорога домой. В центре парка похоронены как раз те, кто выполнял приказ партии и убивал моих предков. Бог им судья. Но по законам божьим и человеческим не пристало покойникам лежать в парке – месте развлечений и праздников. Любая религия, и ислам не исключение, против такого соседства. Точно так же у любого народа отношение к праху предков святое. Думаю, последнее пристанище останкам все же на кладбище. И если честно, не понимаю, по какой причине это до сих пор не сделано.
– Молодежь не понимает, что это кощунство. Усевшись на мемориал, поют песни или пьют пиво, – выражает свою точку зрения директор Шымкентского русского драматического театра Игорь Вербицкий. – Но мы, взрослое поколение, видели Вечный огонь, который десятилетиями горел в парке. Долгое время, глядя на потухший Вечный огонь, на то, как проводим там праздники, думал, что это не что иное, как пляска на костях.
Есть среди горожан и те, кто не видит ничего плохого в наличии мемориала в парке и возражает против перезахоронения останков.
– В Алматы есть Парк имени 28 гвардейцев-панфиловцев, где установлен мемориал, – говорит житель Шымкента Александр Голубев. – Там обычно очень много людей, детей и веселья. Однако никому в голову не пришло что-то убрать. Считаю, что подобные решения нужно выносить на голосование горожан и они должны решать подобные вопросы. По сути, этот мемориал тоже история и тропа для туристов.
Участие в обсуждении вопроса о дальнейшей судьбе захоронений в парке принимают и церковнослужители. Секретарь епархии Андрей Демин идею перезахоронения поддерживает.
– Мы не знаем ничего об этих людях, непонятно, какие обряды в отношении них мы можем или не можем совершать, – прокомментировал ситуацию Андрей Демин. – Там коммунары, которые были богоборцами, выступавшими против церкви, веры. И с нашей точки зрения, недопустимо в их отношении совершать какие-то церковные обряды. Но епархия поддерживает в общечеловеческом понимании то, что на костях плясать нельзя.
