Истории четырех фотографий
2326
Елена БРУСИЛОВСКАЯ
Этим любительским снимкам из домашнего архива Александра Головинского по 30–40 и более лет, и пусть они далеко не лучшего качества по технике съемки, но от этого не становятся менее дороги, ведь на них запечатлена молодость – и самого Александра Федоровича, и прославившегося уже тогда своей поэмой «Земля, поклонись человеку!» Олжаса Сулейменова.
– Я всегда любил стихи, – говорит Александр Головинский, – и еще школьником пытался их писать. Самое удивительное, что их даже публиковали! Но когда появились первые стихи Олжаса, особенно его поэма «Земля, поклонись человеку!», которая меня просто потрясла, я навсегда стал самым горячим приверженцем его поэзии. Я не могу причислить себя к близким друзьям Сулейменова, но у нас очень хорошие отношения, как говорится, уже проверенные временем. Эта дружба продолжается до сих пор, более того, нам доводилось и работать вместе.
Послесловие через четверть века
– Александр Федорович, давайте начнем вот с этого фото, где вы с Олжасом Омаровичем запечатлены у стелы на месте гибели Юрия Гагарина.
– Этот снимок сделан в 1986 году, когда отмечалось 25-летие первого полета человека в космос. Я предложил Центральному телевидению СССР снять документальный фильм, посвященный этой дате, причем с обязательным участием Олжаса Сулейменова, потому что фильм назывался «Послесловие через четверть века». По сути, это и было послесловием автора поэмы «Земля, поклонись человеку!», тем более что 18 мая того же 1986 года исполнялось 50 лет Олжасу, и это был как бы двойной юбилей.
– Съемочная группа была большая?
– Нет, вместе с Олжасом нас было всего четыре человека: сценарий фильма вместе со мной написал Эдуард Джилкибаев, в то время он работал в литературной редакции казахского телевидения, оператором был Витольд Попов, профессионал высокого класса. Вот, пожалуй, и все. Во время съемок мы много поездили, побывали не только на месте гибели Юрия Гагарина, но и встречались, например, с космонавтом Леоновым. К сожалению, у меня сохранились всего две фотографии этого периода.
Вторая фотография была сделана на Красной площади, где снимались заключительные кадры фильма. Кстати сказать, для этого нам пришлось получать специальное разрешение коменданта Кремля.
– Премьера фильма состоялась по Центральному телевидению?
– Да, фильм «Послесловие через четверть века» был показан по Центральному телевидению, а значит, по всей большой тогда стране. И что интересно, его продолжительность – 25 минут, 25 лет исполнилось со дня смерти Гагарина и два раза по 25 – 50 лет Олжасу Сулейменову. Вот так удивительным образом сошлись эти цифры!
– Было бы интересно сейчас увидеть этот фильм.
– К сожалению, он не сохранился ни на нашем, ни на московском телевидении. Я звонил в Москву заместителю главного редактора литдрамы того времени Борису Соломоновичу Каплану, который этот фильм принимал, но ленту, к сожалению, не нашли.
Как молоды мы были!
– А вот фотография, где вы рядом с Юрием Визбором, Олжасом Сулейменовым и Асанали Ашимовым, молодые и веселые. Это какой год?
– Это фотография 1977 года, когда Юрий Визбор писал сценарий фильма «Год дракона» об уйгурском восстании по мотивам романа уйгурского писателя Зии Самади «Маимхан», а Асанали Ашимов снимал этот фильм на «Казахфильме». Кстати сказать, у меня сохранилась магнитофонная запись, когда Олжас попросил
Визбора спеть, и тот спел свою песню «Мы стояли с пилотом ледовой проводки», и там есть такие строки – «Вот и все приключенье. Да и вспомнить – чего там?/;Пароходик прошлепал, волнишка прошла./;Но вздохнул очень странно командир вертолета,/;Философски заметив: «Вот такие дела». И казалось бы, из ничего возникло какое-то настолько удивительное настроение, что Олжас вдруг сказал: «Это здорово!»
– А как Олжас Сулейменов оказался в вашей компании?
– Можно сказать, случайно. Если честно, я не знаю, какие отношения у Олжаса были с прославленным российским бардом, талантливым писателем, актером и просто замечательным человеком Юрием Визбором, дело в том, что, когда Визбор работал над сценарием, он какое-то время жил у меня дома. И однажды я пригласил в гости Олжаса, узнав об этом, приехал и Асанали Ашимов. Это было не столько дружеское, сколько творческое застолье, хотя мы пили домашнее вино, которое великолепно делала моя мама, а еще пели песни, читали стихи и много говорили обо всем – о кино, поэзии и вообще о жизни. Я счастлив, что судьба одарила меня дружбой с такими людьми.
Подарок Райкину
– Александр Федорович, а как в вашем доме оказался Аркадий Райкин, да еще рядом с Олжасом Сулейменовым?
– Это был 1983 год, театр Аркадия Райкина, в котором работал уже и его молодой сын Костя, гастролировал в Алма-Ате. А так получилось, что наше телевидение выкупило право на съемку одного из его спектаклей. Меня назначили режиссером записи, которая состоялась в театре русской драмы имени Лермонтова.
Причем запись велась на зрителях, в основном это были работники нашего Гостелерадио. И когда Райкин посмотрел отснятый материал, он ему понравился. Надо сказать, что этот концерт Райкина в Алма-Ате даже показывали по Центральному телевидению.
В общем, после того, как Райкин похвалил мою работу, я посчитал, что могу пригласить его погулять по нашему городу, показать Алма-Ату, ну и заодно пообщаться с этим легендарным человеком. Тогда в нашем городе жила его сестра, не знаю, жива ли она сейчас. Мы с Райкиным отправились на Кок-Тюбе, где он любовался панорамой города. Во время этой прогулки я договорился с Аркадием Исакиевичем, что после финального концерта он едет ко мне в гости. На концерте ко мне подошел Олжас и говорит: «Слушай, старик, подари от моего имени Райкину мою книгу «Аз и Я».
– Да ты что, – отвечаю, – мы сейчас собираемся ко мне домой, приезжай тоже и там сам подаришь.
Так появилась фотография, на которой Райкин держит в руках книгу Олжаса. Видимо, эта встреча стала в какой-то степени знаковой и для самого Олжаса, с которым у нас до сих пор продолжаются творческие связи. Мы хотели бы снять с ним фильм «Чокан Валиханов в Санкт-Петербурге».
– Какое отношение к этому имеет Олжас Сулейменов?
– Сейчас объясню. У меня есть книга о петербургском периоде жизни Чокана Валиханова, написанная санкт-петербургскими учеными, и там есть такой факт: незадолго до своего отъезда из Питера Чокан Валиханов прочитал лекцию для действительных членов Русского географического общества, которая называлась так: «Связь тюркских языков с русским языком». И я говорю Олжасу, что ведь это та историческая ниточка, которая связывает его как автора книги «Аз и Я», наделавшей в свое время столько шума, с Чоканом Валихановым. На что он ответил, что с удовольствием это все прокомментировал бы.
Что же касается Русского географического общества, то там есть потрясающий портрет Чокана Валиханова. Два года назад, будучи в Питере, я познакомился с вице-президентом этого общества Разумовским, который провел меня по зданию, где вдоль широкой центральной лестницы висят огромные портреты почетных членов общества разных лет. И рядом с приемной президента Русского географического общества первым висит портрет Чокана Валиханова. Я буду счастлив, если этот фильм состоится.
Олжас Сулейменов мне близок и как интернационалист. Он истинный евразиец и по духу, и по мироощущению. Я считаю его знаковой фигурой в истории Казахстана, потому что он оказал огромное влияние на целое поколение казахстанцев, которые в молодости влюблялись в его стихи, а взрослея, набирались мудрости из его книг.
Я очень люблю этого человека, счастлив, что мне довелось близко с ним общаться. И уверен, что Олжас Сулейменов еще подарит нам и новые книги, и новые встречи на киноэкране.
– Я всегда любил стихи, – говорит Александр Головинский, – и еще школьником пытался их писать. Самое удивительное, что их даже публиковали! Но когда появились первые стихи Олжаса, особенно его поэма «Земля, поклонись человеку!», которая меня просто потрясла, я навсегда стал самым горячим приверженцем его поэзии. Я не могу причислить себя к близким друзьям Сулейменова, но у нас очень хорошие отношения, как говорится, уже проверенные временем. Эта дружба продолжается до сих пор, более того, нам доводилось и работать вместе.
Послесловие через четверть века
– Александр Федорович, давайте начнем вот с этого фото, где вы с Олжасом Омаровичем запечатлены у стелы на месте гибели Юрия Гагарина.
– Этот снимок сделан в 1986 году, когда отмечалось 25-летие первого полета человека в космос. Я предложил Центральному телевидению СССР снять документальный фильм, посвященный этой дате, причем с обязательным участием Олжаса Сулейменова, потому что фильм назывался «Послесловие через четверть века». По сути, это и было послесловием автора поэмы «Земля, поклонись человеку!», тем более что 18 мая того же 1986 года исполнялось 50 лет Олжасу, и это был как бы двойной юбилей.
– Съемочная группа была большая?
– Нет, вместе с Олжасом нас было всего четыре человека: сценарий фильма вместе со мной написал Эдуард Джилкибаев, в то время он работал в литературной редакции казахского телевидения, оператором был Витольд Попов, профессионал высокого класса. Вот, пожалуй, и все. Во время съемок мы много поездили, побывали не только на месте гибели Юрия Гагарина, но и встречались, например, с космонавтом Леоновым. К сожалению, у меня сохранились всего две фотографии этого периода.
Вторая фотография была сделана на Красной площади, где снимались заключительные кадры фильма. Кстати сказать, для этого нам пришлось получать специальное разрешение коменданта Кремля.
– Премьера фильма состоялась по Центральному телевидению?
– Да, фильм «Послесловие через четверть века» был показан по Центральному телевидению, а значит, по всей большой тогда стране. И что интересно, его продолжительность – 25 минут, 25 лет исполнилось со дня смерти Гагарина и два раза по 25 – 50 лет Олжасу Сулейменову. Вот так удивительным образом сошлись эти цифры!
– Было бы интересно сейчас увидеть этот фильм.
– К сожалению, он не сохранился ни на нашем, ни на московском телевидении. Я звонил в Москву заместителю главного редактора литдрамы того времени Борису Соломоновичу Каплану, который этот фильм принимал, но ленту, к сожалению, не нашли.
Как молоды мы были!
– А вот фотография, где вы рядом с Юрием Визбором, Олжасом Сулейменовым и Асанали Ашимовым, молодые и веселые. Это какой год?
– Это фотография 1977 года, когда Юрий Визбор писал сценарий фильма «Год дракона» об уйгурском восстании по мотивам романа уйгурского писателя Зии Самади «Маимхан», а Асанали Ашимов снимал этот фильм на «Казахфильме». Кстати сказать, у меня сохранилась магнитофонная запись, когда Олжас попросил
Визбора спеть, и тот спел свою песню «Мы стояли с пилотом ледовой проводки», и там есть такие строки – «Вот и все приключенье. Да и вспомнить – чего там?/;Пароходик прошлепал, волнишка прошла./;Но вздохнул очень странно командир вертолета,/;Философски заметив: «Вот такие дела». И казалось бы, из ничего возникло какое-то настолько удивительное настроение, что Олжас вдруг сказал: «Это здорово!»
– А как Олжас Сулейменов оказался в вашей компании?
– Можно сказать, случайно. Если честно, я не знаю, какие отношения у Олжаса были с прославленным российским бардом, талантливым писателем, актером и просто замечательным человеком Юрием Визбором, дело в том, что, когда Визбор работал над сценарием, он какое-то время жил у меня дома. И однажды я пригласил в гости Олжаса, узнав об этом, приехал и Асанали Ашимов. Это было не столько дружеское, сколько творческое застолье, хотя мы пили домашнее вино, которое великолепно делала моя мама, а еще пели песни, читали стихи и много говорили обо всем – о кино, поэзии и вообще о жизни. Я счастлив, что судьба одарила меня дружбой с такими людьми.
Подарок Райкину
– Александр Федорович, а как в вашем доме оказался Аркадий Райкин, да еще рядом с Олжасом Сулейменовым?
– Это был 1983 год, театр Аркадия Райкина, в котором работал уже и его молодой сын Костя, гастролировал в Алма-Ате. А так получилось, что наше телевидение выкупило право на съемку одного из его спектаклей. Меня назначили режиссером записи, которая состоялась в театре русской драмы имени Лермонтова.
Причем запись велась на зрителях, в основном это были работники нашего Гостелерадио. И когда Райкин посмотрел отснятый материал, он ему понравился. Надо сказать, что этот концерт Райкина в Алма-Ате даже показывали по Центральному телевидению.
В общем, после того, как Райкин похвалил мою работу, я посчитал, что могу пригласить его погулять по нашему городу, показать Алма-Ату, ну и заодно пообщаться с этим легендарным человеком. Тогда в нашем городе жила его сестра, не знаю, жива ли она сейчас. Мы с Райкиным отправились на Кок-Тюбе, где он любовался панорамой города. Во время этой прогулки я договорился с Аркадием Исакиевичем, что после финального концерта он едет ко мне в гости. На концерте ко мне подошел Олжас и говорит: «Слушай, старик, подари от моего имени Райкину мою книгу «Аз и Я».
– Да ты что, – отвечаю, – мы сейчас собираемся ко мне домой, приезжай тоже и там сам подаришь.
Так появилась фотография, на которой Райкин держит в руках книгу Олжаса. Видимо, эта встреча стала в какой-то степени знаковой и для самого Олжаса, с которым у нас до сих пор продолжаются творческие связи. Мы хотели бы снять с ним фильм «Чокан Валиханов в Санкт-Петербурге».
– Какое отношение к этому имеет Олжас Сулейменов?
– Сейчас объясню. У меня есть книга о петербургском периоде жизни Чокана Валиханова, написанная санкт-петербургскими учеными, и там есть такой факт: незадолго до своего отъезда из Питера Чокан Валиханов прочитал лекцию для действительных членов Русского географического общества, которая называлась так: «Связь тюркских языков с русским языком». И я говорю Олжасу, что ведь это та историческая ниточка, которая связывает его как автора книги «Аз и Я», наделавшей в свое время столько шума, с Чоканом Валихановым. На что он ответил, что с удовольствием это все прокомментировал бы.
Что же касается Русского географического общества, то там есть потрясающий портрет Чокана Валиханова. Два года назад, будучи в Питере, я познакомился с вице-президентом этого общества Разумовским, который провел меня по зданию, где вдоль широкой центральной лестницы висят огромные портреты почетных членов общества разных лет. И рядом с приемной президента Русского географического общества первым висит портрет Чокана Валиханова. Я буду счастлив, если этот фильм состоится.
Олжас Сулейменов мне близок и как интернационалист. Он истинный евразиец и по духу, и по мироощущению. Я считаю его знаковой фигурой в истории Казахстана, потому что он оказал огромное влияние на целое поколение казахстанцев, которые в молодости влюблялись в его стихи, а взрослея, набирались мудрости из его книг.
Я очень люблю этого человека, счастлив, что мне довелось близко с ним общаться. И уверен, что Олжас Сулейменов еще подарит нам и новые книги, и новые встречи на киноэкране.
