Как устроена жизнь в колонии для несовершеннолетних, рассказали в КУИС
9782
О том, какие трудности испытывают дети, оказавшись в изоляции от общества и что можно сделать, чтобы оградить детей от возможных правонарушений, рассказала и.о. начальника управления по воспитательной и психологической работе КУИС Бибигуль Мунайтпасова, передает Kazpravda.kz.
Алматинская колония ЛА 155/6 предназначена для несовершеннолетних преступников в возрасте от 14 до 21, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления. На сегодняшний день в колонии отбывают наказание 49 осужденных. Самому младшему из них 15 лет.
Дети находятся здесь до 18 лет, а затем либо пишут заявление с просьбой остаться до 21 года, либо по желанию переводятся в учреждение для взрослых – в случае, если срок наказания превышает период достижения полного совершеннолетия.
Ведете ли вы статистику – сколько из осужденных детей из полных и неполных семей? Есть ли среди несовершеннолетних осужденных дети из детских домов?
– Из 49 осужденных 18 выросли в неполной семье. Под неполной я подразумеваю семью, где по разным причинам отсутствует мать или отец. Если точнее, то на сегодняшний день в колонии для несовершеннолетних находятся четыре ребенка из семей, в которых воспитанием занимался отец, другие 14 воспитывались у матери.
Детей из детских домов в настоящее время нет. Как видите, причина не в составе семьи, в ее наличии или отсутствии, она кроется в другом – в мотивации ребенка. Если мы говорим о семье, то большое внимание нужно уделять качеству отношений внутри семьи, а не другим показателям.
Какие трудности испытывает ребенок, когда попадает в колонию?
– Ребенок, который попадает в такое учреждение, испытывает затруднение в адаптации.
Во-первых, он изолируется от родных и близких, что уже является стрессом, лишается привычной среды и режима. Привыкание к новому режиму – это тоже стресс. Они, по сути, еще дети, поэтому нуждаются в заботе.
Бывает и такое, что ребенок закрывается, становится замкнутым, не разговорчивым, не идет на контакт. У него начинает формироваться комплекс, который могут увидеть только профессиональные психологи, сотрудники колонии и наши воспитатели. После того, как ребенок попадает в учреждение, в течение 15 дней он находится в карантинном отделении, где с ним работает психолог, чтобы понять его мотивацию, возможные психологические травмы и пути построения диалога с ним. 24 часа в сутки работают квалифицированные психологи и воспитатели, начальники отряда, которые выводят ребенка из состояния шока и помогают ему адаптироваться.
Часто ребенок и сам понимает, что оступился, совершил ошибку, поэтому в моменты отчаяния наши специалисты работают с ним, чтобы не травмировалась его самооценка, ведь он выйдет на волю. То, каким он выйдет – во многом зависит от сотрудников.
Это правда, что некоторые родители отказываются от своих детей после того, как они совершают преступления?
– К сожалению, есть такие факты. Родители порой отказываются от своих детей и прекращают какое-либо взаимодействие с ними.
Такие дети очень болезненно реагируют, когда к другим детям приезжают родители, они чувствуют себя ущемленными и брошенными. Они очень скучают по дому, по близким, по родителям. Да, они совершили преступления, но еще раз хочу повторить, что они все-таки дети. На мой взгляд, родители не должны забывать о том, что это их кровь, это их родная частичка, которая как никогда нуждается в их поддержке.
Если несовершеннолетнего осужденного никто не посещает, если он теряет контакт со всеми своими близкими, он не забывает о родителях. Уже неоднократно мы наблюдали, как такие дети стараются оставить в памяти только счастливые моменты, которые происходили с ними. Они думают о родителях, о доме, рассказывают о нем и мечтают скорее оказаться там снова.
Детям оказывается психологическая поддержка. А как в этом отношении строится работа с родителями осужденных детей?
– Когда родственники приезжают на свидание, к ним сначала выходят начальник отряда, психолог и воспитатель, то есть с посещающими проводится беседа. Во время разговора наши специалисты пытаются донести, что родители должны вызывать у детей только положительные эмоции. Всякое в жизни бывает, какие-то конфликты, кто-то разводится, у кого-то трагические события происходят. Чтобы лишний раз не расстраивать ребенка такими неприятностями, мы рекомендуем говорить им только хорошее. Иначе у ребенка остается осадок: он и без того скучает, чувствует себя одиноко вдали от своих близких, а после каких-либо сказанных ему плохих известий – еще и беспомощным, поскольку не может ничем помочь, начинает винить себя.
В большинстве случаев ребенок запоминает хорошие моменты и старается забывать о негативе. У нас есть настоятельная просьба к родственникам: всегда приходите только с хорошими новостями. Мы вытаскивали детей из сложных эмоциональных состояний после того, как некоторые родители сливали весь негатив на детей и уезжали со спокойной душой.
Но детям здесь итак тяжело взаперти, очень печально, что некоторые родители не задумываются, что после негативных встреч детям вдвойне тяжелее. Всем сотрудникам приходится успокаивать ребенка, проходит много времени, затрачивается большое количество сил, чтобы привести его в состояние, в котором он был ранее. Иногда бывают случаи, когда негативные известия неизбежны, в жизни бывает всякое. Мы понимаем, что в такие периоды необходимо больше контактировать с родителями, поэтому начальники разрешают дополнительные таксофонные переговоры.
Как часто родители могут посещать детей?
– Это зависит от условий содержания: если в обычных условиях, то у них предусмотрено шесть длительных свиданий и восемь краткосрочных. В облегченных условиях – восемь длительных свиданий и 24 краткосрочных.
Родители не могут забирать ребенка под свою ответственность?
– Нет. Они в колонии отбывают срок наказания по приговору суда. То есть обязательна полная изоляция от общества.
Есть ли у вас рекомендации для современных родителей, чтобы ограничить детей от каких-либо возможных правонарушений?
– Когда дети идут в школу, если что-то происходит не так, родители начинают винить учителей, а учителя – родителей. У многих людей всегда кто-то в чем-то виноват: другие люди, общество.
Самый опасный период в жизни ребенка – это подростковый возраст, когда ребенок уже хочет самоутвердиться, но не выбрал ориентиров. В этом возрасте они находятся в поиске авторитетов среди сверстников или людей старше себя.
У меня есть только одна рекомендация для родителей – быть внимательными к своим детям. Узнавать, с кем общается их ребенок, с кем подолгу проводит время, о чем они говорят, познакомиться лично с его друзьями. Проявить настоящий и искренний интерес к ребенку, спросить не только об оценках в школе, но быть осведомленным о его настроении, планах, интересах, личной жизни. Быть ему не просто наставником, но и другом.
Алматинская колония ЛА 155/6 предназначена для несовершеннолетних преступников в возрасте от 14 до 21, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления. На сегодняшний день в колонии отбывают наказание 49 осужденных. Самому младшему из них 15 лет.
Дети находятся здесь до 18 лет, а затем либо пишут заявление с просьбой остаться до 21 года, либо по желанию переводятся в учреждение для взрослых – в случае, если срок наказания превышает период достижения полного совершеннолетия.
Ведете ли вы статистику – сколько из осужденных детей из полных и неполных семей? Есть ли среди несовершеннолетних осужденных дети из детских домов?
– Из 49 осужденных 18 выросли в неполной семье. Под неполной я подразумеваю семью, где по разным причинам отсутствует мать или отец. Если точнее, то на сегодняшний день в колонии для несовершеннолетних находятся четыре ребенка из семей, в которых воспитанием занимался отец, другие 14 воспитывались у матери.
Детей из детских домов в настоящее время нет. Как видите, причина не в составе семьи, в ее наличии или отсутствии, она кроется в другом – в мотивации ребенка. Если мы говорим о семье, то большое внимание нужно уделять качеству отношений внутри семьи, а не другим показателям.
Какие трудности испытывает ребенок, когда попадает в колонию?
– Ребенок, который попадает в такое учреждение, испытывает затруднение в адаптации.
Во-первых, он изолируется от родных и близких, что уже является стрессом, лишается привычной среды и режима. Привыкание к новому режиму – это тоже стресс. Они, по сути, еще дети, поэтому нуждаются в заботе.
Бывает и такое, что ребенок закрывается, становится замкнутым, не разговорчивым, не идет на контакт. У него начинает формироваться комплекс, который могут увидеть только профессиональные психологи, сотрудники колонии и наши воспитатели. После того, как ребенок попадает в учреждение, в течение 15 дней он находится в карантинном отделении, где с ним работает психолог, чтобы понять его мотивацию, возможные психологические травмы и пути построения диалога с ним. 24 часа в сутки работают квалифицированные психологи и воспитатели, начальники отряда, которые выводят ребенка из состояния шока и помогают ему адаптироваться.
Часто ребенок и сам понимает, что оступился, совершил ошибку, поэтому в моменты отчаяния наши специалисты работают с ним, чтобы не травмировалась его самооценка, ведь он выйдет на волю. То, каким он выйдет – во многом зависит от сотрудников.
Это правда, что некоторые родители отказываются от своих детей после того, как они совершают преступления?
– К сожалению, есть такие факты. Родители порой отказываются от своих детей и прекращают какое-либо взаимодействие с ними.
Такие дети очень болезненно реагируют, когда к другим детям приезжают родители, они чувствуют себя ущемленными и брошенными. Они очень скучают по дому, по близким, по родителям. Да, они совершили преступления, но еще раз хочу повторить, что они все-таки дети. На мой взгляд, родители не должны забывать о том, что это их кровь, это их родная частичка, которая как никогда нуждается в их поддержке.
Если несовершеннолетнего осужденного никто не посещает, если он теряет контакт со всеми своими близкими, он не забывает о родителях. Уже неоднократно мы наблюдали, как такие дети стараются оставить в памяти только счастливые моменты, которые происходили с ними. Они думают о родителях, о доме, рассказывают о нем и мечтают скорее оказаться там снова.
Детям оказывается психологическая поддержка. А как в этом отношении строится работа с родителями осужденных детей?
– Когда родственники приезжают на свидание, к ним сначала выходят начальник отряда, психолог и воспитатель, то есть с посещающими проводится беседа. Во время разговора наши специалисты пытаются донести, что родители должны вызывать у детей только положительные эмоции. Всякое в жизни бывает, какие-то конфликты, кто-то разводится, у кого-то трагические события происходят. Чтобы лишний раз не расстраивать ребенка такими неприятностями, мы рекомендуем говорить им только хорошее. Иначе у ребенка остается осадок: он и без того скучает, чувствует себя одиноко вдали от своих близких, а после каких-либо сказанных ему плохих известий – еще и беспомощным, поскольку не может ничем помочь, начинает винить себя.
В большинстве случаев ребенок запоминает хорошие моменты и старается забывать о негативе. У нас есть настоятельная просьба к родственникам: всегда приходите только с хорошими новостями. Мы вытаскивали детей из сложных эмоциональных состояний после того, как некоторые родители сливали весь негатив на детей и уезжали со спокойной душой.
Но детям здесь итак тяжело взаперти, очень печально, что некоторые родители не задумываются, что после негативных встреч детям вдвойне тяжелее. Всем сотрудникам приходится успокаивать ребенка, проходит много времени, затрачивается большое количество сил, чтобы привести его в состояние, в котором он был ранее. Иногда бывают случаи, когда негативные известия неизбежны, в жизни бывает всякое. Мы понимаем, что в такие периоды необходимо больше контактировать с родителями, поэтому начальники разрешают дополнительные таксофонные переговоры.
Как часто родители могут посещать детей?
– Это зависит от условий содержания: если в обычных условиях, то у них предусмотрено шесть длительных свиданий и восемь краткосрочных. В облегченных условиях – восемь длительных свиданий и 24 краткосрочных.
Родители не могут забирать ребенка под свою ответственность?
– Нет. Они в колонии отбывают срок наказания по приговору суда. То есть обязательна полная изоляция от общества.
Есть ли у вас рекомендации для современных родителей, чтобы ограничить детей от каких-либо возможных правонарушений?
– Когда дети идут в школу, если что-то происходит не так, родители начинают винить учителей, а учителя – родителей. У многих людей всегда кто-то в чем-то виноват: другие люди, общество.
Самый опасный период в жизни ребенка – это подростковый возраст, когда ребенок уже хочет самоутвердиться, но не выбрал ориентиров. В этом возрасте они находятся в поиске авторитетов среди сверстников или людей старше себя.
У меня есть только одна рекомендация для родителей – быть внимательными к своим детям. Узнавать, с кем общается их ребенок, с кем подолгу проводит время, о чем они говорят, познакомиться лично с его друзьями. Проявить настоящий и искренний интерес к ребенку, спросить не только об оценках в школе, но быть осведомленным о его настроении, планах, интересах, личной жизни. Быть ему не просто наставником, но и другом.
