Человек, который сделал себя сам

Памятные зарубки

В Восточном Казахстане Александр Владимирович Гусинский зарекомендовал себя опытным администратором и крепким хозяйственником, благодаря чему депутаты областного маслихата неоднократно доверяли ему представлять регион в Сенате Парламента. Лучшее время для него – годы самостоятельности, когда приходилось многое начинать с нуля, принимать решения, убеждать и вдохновлять людей собственным примером. 

Работая в журнале «Столица», в 2004 году мы с коллегой Ольгой Казанцевой открыли рубрику «Тень персоны». Журналист проводил с героем повествования целый день и с помощью собранных наб­людений воссоздавал его портрет с экскурсом в прошлое, сменой ин­терьера и окружения. Мы понимали, что успех проекта зависит от «натуры». И в этом смысле нам повезло. Персоной № 1 стал сенатор Александр Гусинский, который предложил начать «фотографию» дня на набережной: «Жду вас, барышни, в 6.30 на утренней пробежке». Привычке – быть в движении, черпать силы в общении с природой – он остается верен и сегодня.

Родился и вырос Александр Гусинский в селе Подгорном Кокпектинского района Восточно-Казахстанской области. Отец работал преподавателем в Семипалатинском сельхозтехникуме, семью по тем временам содержал неплохо. Когда ему было пять лет, родители расстались. Истинную причину разрыва с мужем мать Надежда Павловна не объясняла. В памяти осталось смутное воспоминание прощания с отцом. Мать собрала вещи и уехала в село Подгорное, где проживали многочисленные ее родственники. 

Следующая встреча с отцом состоялась через 17 лет. Во время службы в армии в газете «Советский воин» он прочитал об опыте пропагандиста подполковника Гусинского. В редакции узнал адрес героя публикации, написал ему письмо. Им оказался родной брат отца. После демобилизации Александр побывал у родственника в поселке Юганец Горьковской области, где он служил. Дядя вызвал отца из Саратова. Встретились сдержанно, без особых эмоций. Родственники предлагали ему перевестись учиться в Саратов или в Горький, но как-то не срослось. По приезде домой он рассказал матери об этой встрече, она страшно расстроилась, и, дабы не огорчать ее, больше контактов с отцом не искал, переписку не вел. 

В детстве остро запомнились нищета и томительное ожидание момента, когда бабушка Мария Даниловна выделит маленькую пайку хлеба. Зимой он любил наблюдать за огнем в печи, кататься на горке, а летом до посинения купался с соседскими ребятами в речке Талменке. Все они были босые, оборванные, зато довольные и счастливые. 

В 1951 году Александр пошел в первый класс. К тому времени мать вышла замуж и уехала с отчимом Владимиром Федоровичем работать на отгон в урочище Тасыбай. К ним он приезжал на каникулы, помогал пасти овец и заготавливать сено. В начальной школе учился на «отлично», особенно хорошо давалась математика. Читал все подряд, что находил в сельской библиотеке, нравились книги исторической, военной тематики. 

А вот в семилетке, находившейся в Воздвиженке, он учился по настроению. Школа была в шести километрах от Подгорного, так что осенью и весной наматывал по 12 километров. Но энтузиазма хватало: если удавалось раздобыть 20 копеек, то вечером опять бежал туда-обратно в кино. Зимой жил на квартире у родственников или в интернате. Так что с пятого по седьмой класс он был предоставлен самому себе, допускал с друзьями шалости, не нравившиеся учителям. 

Среднее образование завершал в райцентре Кокпекты. В школе была хорошо поставлена физкультура, поэтому на смену подростковым потасовкам и проделкам пришли занятия спортом. Поддерживать форму помогал велосипед, который купил ему отчим. На нем он два раза в неделю ездил на отгон, располагавшийся в 19 километрах от районного центра. 

В 1957 году он стал свидетелем испытания атомной бомбы на Семипалатинском полигоне, тогда он был на каникулах, пас отару. Неожиданно возник страшный гул, задрожала земля, поднялась пыльная буря. Обезумевшие от страха животные ринулись в кошару, а ему пришлось бежать два километра, чтобы укрыться в доме родителей. Об отчиме и матери заботился постоянно, когда болезни стали одолевать стариков, забрал их в город, обеспечил уход и внимание. Сегодня их нет рядом, тем щемящей воспоминания детства и всего того, что довелось пережить вмес­те и порознь. 

Годы созидания

В человеке, по мнению нашего героя, должен быть внутренний стержень. Таких людей он всегда подмечал и доверял им ответственные участки работы. Как доверяли когда-то ему. В армии был начальником смены, старшим сержантом, в институте – командиром строительного отряда, потом завучем, директором школы, совхоза-техникума, акимом района и так далее. 

Показательный в этом смысле пример – работа в совхозе-техникуме, когда, следуя партийной директиве, он с должности второго секретаря райкома партии по личному заявлению был направлен руководителем в убыточное хозяйство. В совхозе-техникуме обучались 1 000 студентов-очников, свыше 800 заочников, трудились 500 рабочих. Убытки предприятия составляли пять миллионов рублей. Пришлось с нуля поднимать производство, налаживать учебный процесс. Встреча нового, 1984 года была омрачена взрывом парового котла на молочном комп­лексе. Сорвало несколько плит перекрытия, к счастью, никто не погиб. Тут уж было не до праздничного стола, пришлось нестись на «Жигулях» за 80 километров, чтобы своими глазами увидеть масштаб разрушений и дать распоряжения о ликвидации последствий аварии. 

Было непросто: приходилось отстаивать интересы коллектива перед министерствами, районным руководством, заниматься подбором кадров, искать внутренние резервы. Вскоре хозяйство выбилось в передовое. К примеру, надои с фуражной коровы увеличились с 1 013 до 3 000 литров. Наладили культурную жизнь, решали вопросы с жиль­ем, построили освещенную лыжню, где по утрам А. Гусинский наматывал по 20 километ­ров. Организовали также конно-спортивную школу. За огромные по тем временам деньги приобрели двух породистых жеребцов и трех гнедых английских кобыл. 

С лошадьми, кстати, связана любопытная история. На одном из конных соревнований их кобыла легко обскакала всех соперников. А поскольку по традиции на скачках непременно побеждал жеребец, председатель облисполкома Амангельды Сарин отказался вручать им главный приз! Такой вот казус на «гендерной» почве случился. 

Но основной феномен того периода состоял в том, что в сов­хозе-техникуме впервые в Казахстане было создано акционерное общество. И произошло это задолго до того, как на экране телевизора появился Леня Голубков с сапогами для своей благоверной. Работникам предложили вложить личные сбережения в котел предприятия. Люди охотно откликнулись и сдали свои кровные, хранившиеся в кубышках да под матрасами. Взамен получили бумагу, скрепленную печатью и подписью руководителя совхоза-техникума. Дивиденды доходили до 40%. Выплачивали их акционерам регулярно и добросовестно. На них сельчане покупали новенькие «Москвичи». 

Вот что о том периоде рассказал нам депутат Парламента Толеген Ибраев: «Александр Гусинский – человек неординарный, он всегда отличался самостоятельностью и умением мыслить нестандартно. За этот креативный подход, бывало, он получал разнос от начальства, но главное – у него были хорошие результаты, и люди ему верили». 

Действительно, «доброжелатели» вопили: «Как это так? Он, видите ли, культивирует частную собственность и чуждый образ жизни!» Но польза от такого хозяйствования была, предприятие открыло сеть ларьков, где продавали выращенную продукцию. Во время повального дефицита у предприятия появились «живые деньги», которые позволяли ему стабильно развиваться. 

Будучи директором Восточно-Казахстанского совхоза-техникума, он получал предложения уйти на повышение, но не соглашался. Только после распада СССР возглавил Шемонаихинский район, время было непростое, но вместе с коллегами А. Шмик, Г. Шевцовым, Е. Тарановым, Н. Нагорняк при активной поддержке первых руководителей аграрных объединений, крупных промышленных предприятий и торговли В. Акулова, Н. Воробьева, Н. Егорина, В. Евтеева, В. Потапова, П. Висмера ему удалось за четыре года трижды вывести район на первое место в области. Восточноказахстанцы помнят его и по активной работе, связанной с формированием экономически обоснованных тарифов в период, когда А. Гусинский трудился руководителем департамента естественных монополий, защиты конкуренции и поддержки малого бизнеса.

Таких насыщенных и интересных периодов в жизни Александра Гусинского было немало. Венцом его политической карьеры стала работа в Парламенте страны, где пригодился его богатый опыт административно-хозяйственной деятельности. В дружеском кругу коллеги-депутаты зовут его дядей Сашей – за вид суровый и хитринку во взгляде, за твердое слово и доб­рый совет. 

Судьба сводила его с разными людьми, со многими из них он до сих пор поддерживает теплые отношения, причем независимо от возраста и социального статуса. Сегодня Александр Гусинский – работающий пенсионер, современные возможности связи позволяют ему почти ежедневно общаться с детьми и пятью внуками. В доме то и дело звонит телефон: друзья справляются о здоровье, делятся новостями, а когда они собираются за праздничным дастарханом, то хозяин дома обязательно под гитару вместе с женой Валентиной поет «Виноградную косточку» Булата Окуджавы. 

Есть еще один примечательный штрих к портрету нашего героя. Его фамилия определила семейное хобби. Так что при выборе сувенира для Гусинских никто не заморачивается, поскольку знают, что любому гусю, стеклянному или хрустальному, фарфоровому или деревянному найдут местечко в огромной коллекции пернатых. 

Татьяна БРЕДИХИНА
фото из архива «КП»