День рождения спектакля

Сказка – ложь, да в ней намек

«Василиса Прекрасная» – единственное представление за всю историю театра, которое идет на сцене более 50 лет. А начиналось все в конце ноября далекого уже 1973 года: тогдашний художественный руководитель театра Мар Владимирович Сулимов поручил молодому режиссеру Ирине Далиненко поставить детскую сказку к зимним школьным каникулам, чтобы играть ее во время новогодних елок.

Сказано – сделано. Ирина Борисовна предложила к постановке известную детскую сказку «Василиса Прекрасная» в пересказе писательницы Екатерины Черняк. В основе пьесы – знаменитая «Царевна-лягушка» в компании пушкинского ученого Кота, который «все ходит по цепи кругом», Змея Горыныча и прочей сказочной нечисти. Художник Игорь Бальхозин придумал оригинальные декорации, актерам сшили яркие костюмы, стилизованные под старинные русские наряды, – и сказка вышла к детям.

Тогда никто из создателей спектакля даже и не предполагал, что ему уготована столь долгая жизнь, что на нем вырастет не одно поколение алматинских ребятишек. Первые зрители «Василисы Прекрасной», теперь уже взрослые тети и дяди, сейчас приводят в театр своих внуков.

Я спросила у народного артис­та РК Михаила Токарева, который входил не только в первый сос­тав исполнителей, но и в 80-х годах в качестве режиссера восстанавливал спектакль, в чем секрет долгожительства этого на первый взгляд незатейливого представления, которое идет без антракта всего час с небольшим?

– А секрет очень прост, – ответил он, – это сказка, пришедшая к нам из глубины веков, очень добрая. Вспомните, чему учат сказки? Добру, справедливости, мудрости и вере в чудеса. Только в сказке Лягушка может обер­нуться прекрасной царевной, а смелость, верность и любовь побеждают злые чары. Главное – верить, что добро всегда побеж­дает зло. Мне кажется очень важным, чтобы это понимание закладывалось в детские души с самого раннего возраста. Мир, в котором мы живем сейчас, очень изменился, в нем зло успешно маскируется, рядится в одежды добра, поэтому порой трудно отличить их друг от друга, тем более ребенку. Размыты нравственные ориентиры, и даже взрослые не понимают, где правда, а где кривда. И тогда на помощь родителям и воспитателям приходят сказки, где добро и зло не только четко разграничены, а добро всегда сильнее зла и всегда вознаграждается: Иван-дурак становится царевичем и получает в жены Василису Прекрасную.

Бабу-ягу «воспитали» в коллективе

Первой «Василисой Прекрас­ной» была заслуженный деятель РК Валентина Зинченко, первой Бабой-ягой – Владимир Назаров, которого буквально через несколько спектаклей сменил Михаил Токарев, тогда только что принятый на работу в театр.

– В ноябре 1973 года после армии я пришел в Лермонтовский театр. Хотя у меня за плечами был уже солидный актерский опыт в Омском драматическом театре, здесь я был новичком, – рассказывает Михаил Токарев. – Утром смотрю расписание спектаклей, вдруг выбегает помощник режиссера и кричит: «Ой, Миша, слава богу, ты пришел, у нас Володя Назаров заболел, нужна срочная замена в «Василису Прекрасную», давай быстро переодевайся». «Да я текста не знаю!» – опешил я. «Ничего, мы тебе поможем. У тебя выход через 20 минут, быст­ро пробежишься по тексту и что-нибудь сделаешь», – говорит он. – Как и сказал помреж, через 20 минут меня выпихнули на сцену. Что я там только ни выделывал! И прыгал, и кувыркался, и с дубинкой гонялся за другими героями, и дрался. А так как мы играли в день по три спектакля, то, узнав о замене актера, в перерыве приехала Ирина Борисовна Далиненко, она со мной порепетировала, ввела в спектакль, и я начал играть. Я был самой «долгоиграющей» Бабой-ягой: 40 лет, более 500 спектаклей! Меня даже называли республиканской Бабой-ягой, потому что я играл и на правительственных елках.

– А почему именно Вам предложили выступить в качестве режиссера по возобновлению показа спектакля?

– В 80-х годах Ирина Борисовна уехала из Казахстана, но сказка продолжала идти, хотя декорации и костюмы уже поизносились, надо было их менять, да и актерский состав за столь длительный период не раз менялся. И так получилось, что из того первого актерского состава я остался один, кто помнил, как репетировала Ирина Борисовна, знал ее требования, знал все мизансцены, да и всю сказку я знал наизусть, все роли, поэтому художественный руководитель театра Рубен Суренович Андриасян поручил мне ввести в спектакль новый молодежный состав. Причем это было именно восстановление, а не новая постановка, мне важно было сохранить ту сказочную атмосферу, которую удалось создать Ирине Борисовне.

За долгие годы сценической жизни в спектакле много раз менялись актеры. Например, Бабу-ягу сейчас играет Артур Кизилов, одиннадцатый исполнитель этой роли. Что интересно, в «Василисе Прекрасной» роль Бабы-яги играли, как правило, мужчины.

– Мы пытались пару раз вводить актрис, но эта роль настолько динамична, настолько эксцент­рична, что они физически не выдерживали такие нагрузки, – поясняет Михаил Токарев. – Да и потом, Баба-яга – это даже не женщина, это сказочная сущность, фольклорный элемент, поэтому, на мой взгляд, нет смыс­ла оценивать ее по гендерному признаку. Вспомните, кто был лучшей Бабой-ягой всех времен и народов? Великолепный Георгий Милляр, которого многие знают по фильму «Морозко». Должен сказать, что и сами актеры любят эту сказку, с удовольствием в ней работают. Вот, скажем, Виталий Багрянцев в свое время играл одну из главных ролей – Ивана, и когда мы праздновали юбилей «Василисы Прекрасной», он мне сказал: «Михаил Михайлович, я так счастлив, что вы меня заняли в этой сказке, я так ее люблю, и, честное слово, мне было жаль с ней расставаться».

…Зрители еще долго не расстанутся с этим спектаклем, потому что он стал не только уникальной частью истории театра, но и способен, как в сказке, взрослых возвращать в детство, а детям дарить волшебные минуты счастья.