«Красная линия» стала камнем преткновения для сноса аварийного дома

Этот небольшой двухэтажный дом на восемь квартир построили в далеких 60-х годах прошлого века. Без фундамен­та и подвала. С деревянными лестницами и каркасно-щитовыми стенами, в которых дранка да глина. При взгляде на него кажется, что он завалится при малейшем землетрясении.

– Уже одна стена накренилась, – перехватив мой взгляд, комментирует Алевтина Даровских. – Страшно, что однажды можем оказаться под развалинами собственного дома. Но идти нам некуда. Одна была надежда – на реновацию. И той лишили.

Узнав год назад, что в Шымкенте разработали масштабную программу реновации, жильцы дома решили избавиться от аварийного жилья и стали действовать.

Среди 107 многоэтажек, изначально вошедших в программу реновации, дом по улице Елшибек-батыра не значился. Маленький домишко на небольшом земельном участке для строительства очередного высотного жилого комплекса не подходил, а значит, вряд ли мог заинтересовать инвестора. Люди это прекрасно понимали, поэтому решили действовать самостоятельно. Даже вывесили на фасаде объявление о продаже строения, надеясь, что кто-то приобретет его под бизнес, а они на вырученные от продажи деньги купят себе приличное жилье.

Расчеты показали, что за здание надо просить не менее 200 млн тенге, иначе собственникам не видать равноценных по площади квартир. Потом снизили до 170 млн тенге, но и это не решило проблему.

Узнавая запрашиваемую цену, потенциальные покупатели разворачивались сразу. И их можно понять. Достаточно было одного взгляда на строение, чтобы понять необходимость его сноса. Платить же такую сумму за землю, которую еще надо освободить от проживающих на ней граждан, никто не захотел.

Вот почему жильцы ухватились за программу реновации как за спасительную соломинку. К тому моменту нашелся инвестор, готовый взяться за снос ветхого двухэтажного домострое­ния и возведение на его месте нового, квартиры в котором в том числе смогли бы получить и собственники снесенной недвижимости.

Некоторые жильцы даже побывали в новостройке, которую строительная компания завершила в одном из районов города, проверили качество работ, выслушали отзывы новоселов. Проб­лема заключалась лишь в том, куда на время строительства переехать. И тут программа реновации с ее наличием обменного фонда стала своего рода палочкой-выручалочкой.

Алевтина Даровских и ее единомышленники проделали колоссальную работу, чтобы добиться включения дома в программу. Жильцы не стали ждать, когда дойдет очередь на проведение обследования технического состояния их дома, пошли на дополнительные расходы, заказав экспертизу за свой счет.

К слову, эксперты пришли к выводу, что состояние дома действительно аварийное и постоянное пребывание в нем людей запрещено. Восстановление же нецелесообразно, поскольку затраты на капитальный ремонт будут выше, чем строительство нового дома.

Заключение о техническом состоянии здания только подстегивало действовать быстро и слаженно. Оперативно провели общее собрание жильцов, оформили протокол и за считаные дни сдали все необходимые документы на включение дома в программу реновации. Более того, заключили договор между жильцами, инвестором и местной социально-предпринимательской корпорацией (СПК) «Шымкент».

– Спустя год, когда все уже начали паковать вещи, чтобы съехать, выяснилось: суета ни к чему, – рассказывает Алевтина Даровских. – Нам сказали: реновация вас не коснется. Все это время ни «красная линия», ни этажность дома, который инвестор намеревался возвести на месте старого здания, ни у кого не вызывали ни вопросов, ни тем более возражений. И тут как гром среди ясного неба получаем отказ. Жильцы в шоке. Мы не знаем, что делать, в какие двери стучать...

В управлении государственного архитектурно-строительного контроля (ГАСК) сообщили, что дом по Елшибек-батыра, 91, из программы реновации никто не исключал. И посоветовали жильцам набраться терпения.

– В новом генеральном плане застройки Шымкента до 2035 года, утвержденном Правительством минувшим летом, «красные линии» вдоль части улиц очерчены по-другому, нежели раньше, – прокомментировал ситуацию руководитель ГАСК Малик Абдинуров. – Чтобы город соответствовал статусу мегаполиса, необходимо расширять улицы, обустраивать тротуары, менять или прокладывать новые коммуникации. Сейчас информационная база переведена в цифровой формат, и «посадить» дом прямо на «красную линию» при всем желании мы не сможем. База не примет.

Если бы все документы были оформ­лены в начале 2023 года, до принятия нового генплана, тогда бы они прошли. Сейчас же такой возможности нет. Подвинуть дом от дороги тоже невозможно, иначе там не останется места даже для детской площадки.

В ГАСК заверили, что о жильцах этого дома, как и соседних с ним, построенных практически в одно и то же время и имеющих примерно одинаковое техническое состояние, помнят. И думают, как им помочь, чтобы при этом не навредить жителям всего массива. Анализ сложившейся ситуации вынуж­дает чиновников даже менять подход к проведению реновации. В первую очередь рассматривается предложение проводить кампанию с государственным участием.

Такой поворот в акимате объясняют тем, что все инвесторы, которые на данный момент выразили желание участвовать в программе реновации, несостоятельны.

Этот вывод основан на том, что все строительные компании предлагают на месте двухэтажного дома с двумя подъездами построить двенадцатиэтажку и тем самым с лихвой окупить свои затраты. На здания меньшей этажности не соглашаются, ссылаясь на низкую рентабельность.

– На этом отрезке улицы не одна такая двухэтажка, – говорит Малик Абдинуров. – И все они в аварийном состоянии, все надо сносить и строить новое жилье. И если каждый инвестор захочет по 12–16 этажей возводить, как мы обеспечим жильцов коммунальными благами? Где взять дополнительные мощности? Сейчас на цемпоселке строится дом по улице Безделева. Там тоже планируют 12 этажей, то есть тем самым хотят заб­рать все мощности по подключению к системе водо-, газо- и энергоснабжения, не думая о жильцах остальных домов. И потом при высотной застройке в таких районах нарушается архитектурный ландшафт. Поэтому мы решили практиковать квартальный подход при реновации, позволяющий решить весь комплекс возникающих вопросов.

Программу реновации аварийного и ветхого жилья шымкентцы, чьи дома оказались в списке из 107 строений, 45 из которых аварийные и 62 ветхие, восприняли неоднозначно. Есть такие, как жители дома по улице Елшибек-батыра, кто не видел другой возможности улучшить жилищные условия, но есть и те, кто наотрез отказывается в ней участвовать.

В итоге сейчас в списке значится 87 домов. Все без исключения двухэтажные, хотя первоначально были четырех- и пятиэтажки, как, к примеру, ряд домов по улицам Туркестанской, Калдаякова, Володарского. Люди открыто заявили, что их полувековые строения – крепкие, надежные, не в пример современным постройкам.

Завершить строительство на месте двух уже снесенных двухэтажных домов инвесторы обещают к концу года. Это своего рода пилотный проект, витрина, глядя на которую шымкентцы будут решать, хотят они стать новоселами или продолжат жить в своих старых домостроениях.

У жильцов дома по улице Елшибек-батыра, 91, и еще трех таких же каркасно-щитовых двухэтажек с покосившимися стенами и протекающими крышами выбора нет. Вся их надежда на то, что корректировка программы реновации не займет много времени и власть выполнит свое обещание.

– Граждан, проживающих в доме по улице Елшибек-батыра, 91, мы не оставляем один на один с проблемой, – утверж­дает Малик Абдинуров. – Уже просчитано, что максимальная этажность в этом районе составит пять этажей плюс мансарда. Это безубыточный вариант для бизнеса, в меру прибыльный. Но наши предприниматели хотели бы, построив один дом в 12 этажей, сразу стать миллионерами. К сожалению, программой реновации не заинтересовались сильные игроки на строительном рынке. Поэтому мы все пока приостановили. Но прорабатываем, ищем варианты.