Когда началась Великая Отечественная война, театр в Петропавловске стал еще нужнее и сильнее
Он был не просто учреждением культуры, а живым организмом, сердце которого билось в унисон с сердцем страны. Театр вдохновлял, утешал, поднимал с колен.
Областной русский драматический театр, носящий сегодня имя Николая Погодина, в те грозные годы стал настоящей духовной крепостью. Артисты играли на сцене, в госпиталях, на заводах, в военкоматах – там, где особенно остро ощущалась потребность в слове, взгляде, эмоциях.
Более 2 500 концертов и спектаклей за четыре года – это не статистика, это подвиг. Иногда актеры выступали по несколько раз в день, несмотря на усталость, холод, голод и боль от личных потерь.
Мужчины уходили на фронт. В списках безвозвратных потерь театра значатся Болотов, Горлин, Огнев, Лапшин, Дроботов, Великих, Чернов, Яковенко, Плискин, Гондлер... За каждым именем – чья-то любимая роль, чей-то незаменимый голос, трагически прерванный талант. Женская часть труппы брала на себя двойную нагрузку, не только играя роли, но и работая за кулисами, монтируя декорации, создавая из подручных материалов реквизит и костюмы.
В репертуаре того времени были и классика, и современная драма: «Овод» Войнич, «Коварство и любовь» Шиллера, «Нашествие» Леонова, «Парень из нашего города» Симонова. Последний спектакль особенно тронул сердца зрителей. История простого советского парня, ушедшего на войну, перекликалась с судьбами сотен петропавловских семей.
На сцене герой уходит на фронт, оставляя любимую, родных, привычную жизнь. А в зале – жены, матери, сестры, которых эти сцены заставляли плакать и одновременно держаться. Многие приходили на спектакль снова и снова. Когда звучали новости о победах, спектакль прерывался, и директор театра Лазарь Покрас выходил на сцену и громко объявлял: «Наши войска освободили Киев!» или «Взята Варшава!» – весь зал поднимался, аплодируя, радуясь и плача. После актеры продолжали спектакль. Ведь сцена – это тоже фронт.
Среди тех, кто в то время «делал»
театр, были и эвакуированные актеры из западных регионов огромной страны: спасаясь от оккупации, они нашли в Петропавловске не только приют, но и возможность творить. Это Александр Краснопольский и Лев Покрас. Они приехали с новыми идеями, подходами и большим опытом, усилили труппу, расширили репертуар, вдохновили местных коллег.
Финансирование было мизерным, здание еле отапливалось, костюмы порой надевались поверх личной одежды, чтобы не замерзнуть. Но театр жил. И в нем всегда был зритель. Иногда измученный после смены на заводе, с письмом от сына с фронта или с похоронкой в кармане...
И все они знали: театр – это не просто развлечение. Это напоминание, за что борются. За что живут. Ради чего умирают.
В глубоком тылу, на сцене, в гримерке тоже были свои герои. Они не воевали, но спасали – душу своего зрителя. Великая Победа стала возможна в том числе и благодаря тем, кто, несмотря на боль, продолжал выходить на сцену. Ради света и надежды. Ради жизни.
