Работать на даль

Короткие волны оставили на откуп любителям, но те быстро доказали, что их эффективность в начале радиоэпохи явно недооценили. Профессионалов от связи изначально интересовала область длинных и сверхдлинных волн, которые легче огибали препятствие в виде горизонта. Это и дальность, и надежность, и коммерческий потенциал. Радио­любителям достались, казалось бы, бесполезные короткие волны, которые практически не заглядывали за горизонт. Но именно им приписывают множество открытий, как практического, бытового характера, так и профессионального. Практическим путем они обнаружили возможность связи на коротких волнах из любой точки земли.

Каких-то полвека назад радио­любительство представляло собою элитарное хобби. Любительская радиосвязь позволяла спасать арктические и космические экспедиции, иметь друзей за границей и чувствовать себя свободным в стране, где это было сделать не так уж и просто.

Сто лет назад первые радиолюбители подвергались нападкам со стороны властей, страдали от обвинений в шпионаже. Во время Второй мировой войны все передатчики просто изъяли под расписки и вернули владельцам только поле 1946 года. Не приветствовались контакты с Западом и после войны. С 1951 до 1956 год советским радиолюбителям из политических соображений было запрещено иметь связи с коротковолновиками капиталистических стран. Радиолюбительство считалось в СССР частью военно-патриотического воспитания молодежи. Путь к радиоволнам был тернист: сначала нужно было пробыть приличное время в статусе наб­людателя, то есть слушать, не выходя в эфир, затем познать азбуку Морзе, сдать экзамен на право владеть передатчиком.

Несмотря на строгие правила радиообмена, любая возможность преодолеть железный занавес воспринималась как посягательство на государственную безопасность. Не без причин. Помимо нелегальных трансляций, например, запрещенной музыки, того же Высоцкого, более серьезные радиолюбители интересовались двусторонними связями на дальние расстояния. Тогда это называлось «работать на даль». Таковой была одна из форм протеста – у коллег за кордоном не было запретов на музыку или общение.

Это было совершенным чудом – не имея возможности бывать за границей, смотреть зарубежные программы по ТВ, включив приемник и установив контакт с таким же любителем, например, из Хельсинки. Что также невероятно, как сегодня мальчику докричаться со двора до верхнего этажа Абу Даби Плаза, чтобы мама сбросила футбольный мяч...

Сейчас стать радиолюбителем несложно. Нужно получить лицензию и уникальный позывной. Для современного читателя классический формат радиообщения может показаться странным. Международным регламентом радиосвязи запрещаются переговоры, не связанные с радиоаппаратурой, радиоспортом и распространением радиоволн. Политика, религия, коммерция, оскорбления – все под запретом. Инстаграму с Фэйсбуком такого и не снилось...

В радиолюбительском спорте и вовсе нет никаких разговоров. Фиксируется только факт установления связи. Задача – организовать как можно больше контактов за фиксированное время. Как следствие такого спорта – обмен открытками. Установил связь с таким же любителем на другом конце света – отправляй открыточку с деталями контакта.

Классический сеанс, опять же, для простого смертного может показаться мало привлекательным процессом, так как отправляемый и принимаемый сигнал – это код. Сеанс связи между двумя станциями считается сос­тоявшимся, если оба оператора приняли позывные друг друга и рапорт – условную оценку силы и качества сигнала корреспондента. Типовое общение состоит из взаимного приветствия и представления, обмена рапортами, информацией о местоположении корреспондентов.

Примерно так может звучать в эфире сигнал трехбуквенного кода, передаваемый азбукой Морзе: CQ CQ CQ DE G2BB G2BB PSE K. В переводе означает: G2BB (позывной) приглашает всех, кто его слышит.

Такое общение из времен, в которых не было видеосвязи. Сегодня, конечно, возможностей у радиолюбителей больше, но многие предпочитают классику.

...Радиолюбители спасали, помогали, изобретали... Но иногда и становились мишенью. Слишком уж специфическое у них хобби.

Одно из первых упоминаний о проблемном любителе относится к временам столетней давности. В России в 1905 году изобретатель Эрик Тигерстедт построил дома искровый передатчик, выходил в эфир и... был арестован.

Первого радиолюбителя России угораздило вклиниться в переговоры императорской яхты «Штандарт». Флотские радисты начали передавать в эфир информацию о том, что хельсинкская полиция собирается продавать лицензии на любительские передатчики. Тигерстедт поверил, явился в участок и был арестован за шпионаж. Вызволять радиолюбителя взялся изобретатель Александр Попов, обратившийся к генерал-губернатору Великого княжества Финляндского. Сох­ранилось его обращение: «Передача радиостанцией азбукой Морзе не может быть свидетельством шпионской деятельности, и в его записях также таких свидетельств не найдено. Молодого техника Тигерстедта необходимо рассматривать как безопасную, но также и как уважаемую особу...»

Подозрения в шпионаже – обыч­ное дело. Передача данных по радиосвязи – неотъемлемая часть всех фильмов про разведчиков. Одним из радистов разведывательной группы Рихарда Зорге был опытный радиолюбитель Макс Клаузен. Он конструи­ровал и строил передатчики и приемники для агентурной связи. Передачи из Токио велись в любительском диапазоне 7 МГц, в радиограммы Клаузен включал выражения из радиолюбительского кода, чтобы они походили на простой радиообмен. При этом в самой Японии тогда было запрещено иметь не только любительские передатчики, но и коротковолновые приемники, поэтому аппаратуру приходилось тщательно маскировать: передатчик хранился в разоб­ранном виде среди домашних вещей, а приемник монтировался в корпусе обычного радиовещательного приемника.

Радиолюбитель, спасший экс­педицию – отдельная история социального лифта для супергероя. Все началось 25 мая 1926 года, когда пропала без вести итальянская научная экспедиция Умберто Нобиле, направлявшая­ся на дирижабле «Италия» к Северному полюсу. Московский радиолюбитель Иван Палкин с помощью своей домашней рации передал обращение всем радиолюбителям Сибири с заданием связаться с пропавшей экспедицией. Тысячи радиолюбителей часами прослушивали эфир. В итоге киномеханик поселка Вознесенье-Вохма Северо-Двинской губернии Николай Шмидт поймал сигнал SOS. Экспедиция была спасена.

В художественном фильме «Время первых», посвященном выходу первого человека в открытое космическое пространство, есть эпизод про радиолюбителя, первым принявшего сообщение от космического экипажа «Восход-2», который приземлился не в расчетной точке, а в зимней тайге. Историки спорят о том, кем был этот любитель, и насколько весом его вклад в спасение экспедиции, но исторический факт имел место быть.