В Караганде осудили женщину, которая отдала своих малышей в приемные семьи

За это тяжкое преступление биологичес­кой матери, медсестре роддома и двум семейным парам грозило лишение свободы на срок до 12 лет. Однако под занавес разбирательства прокурор отказался от формулировки «торговля несовершеннолетними» и заменил ее на «совершение иных сделок», под чем подразумевал передачу в дар двух малышей. Факт получения денег за новорожденных доказать не удалось.

Фабула этого дела горька и по-житейски прозаична. Сельчанка, фамилию которой мы не называем из этических соображений, приехала в Караганду, где у нее завязались отношения. Она забеременела, но отец будущего ребенка отказался на ней жениться. Возвращаться в родной аул она не посмела, боясь осуждения родных.

Женщина осталась в городе, где в 2022 году родила дочь, но не стала отдавать ее в детский дом. По ее словам, она боялась, что там малышке будет несладко. Поэтому с помощью медсестры из роддома она подыскала приемную семью и отдала свою дочь. Надо сказать, что для той семейной пары ребенок оказался желанным и долгожданным, ведь они годами безрезультатно пытались завести детей, ходили по врачам, обращались к целителям, ездили по святым местам.

Через год ситуация повторилась. На свет появился мальчик, которого женщина отдала другой семейной паре. Приемные родители полюбили малыша как родного.

Следствие, а затем и гособвинение сочли, что биологическая мать и приемные родители нарушили закон. Женщина должна была официально отказаться от детей, находясь в роддоме, а супруги – через органы опеки усыновить и удочерить малышей. При этом прокурор признал, что отказники вряд ли бы избежали участи попасть в детдом.

– В силу своего опыта работы я знаю, что усыновить или удочерить ребенка, не имеющего врожденных заболеваний, сейчас действительно трудно, – сказал во время судебных прений гособвинитель Нурбек Кузбаков. – Вместе с тем законодательством определен порядок отказа от детей в родильных учреждениях с их определением в дома ребенка, а также процедура их последующего усыновления. Такой механизм позволяет государству обеспечить права малолетних детей.

Прокурор потребовал признать всех подсудимых виновными в том, что они совершили сделку с малолетними детьми. При этом он попросил суд одну семейную пару освободить от уголовной ответственности в связи с их раскаянием, а остальных приговорить к условному и реальному лишению свободы на срок в восемь и девять лет.

Адвокаты в свою очередь выступили за то, чтобы снять все обвинения со своих подзащитных и освободить прямо в зале суда. По их словам, биологическая мать, передавая новорожденных приемным родителям, желала им только добра. Она хотела, чтобы ее малыши жили в любви, заботе и ни в чем не нуждались. При этом защитники акцентировали внимание на том, что в действиях подсудимых не было корысти.

– Обращаю внимание на то, что обязательный признак иных сделок с несовершеннолетними – это возмездность, то есть передача ребенка с корыстной или иной антиобщественной целью, например, для попрошайничества, – заявил в суде адвокат Алмас Абдакасов. – Однако это не было доказано. Наоборот, биологическая мать хотела, чтобы ее дети получили воспитание в заботливых семьях. Так и вышло. Приемные родители никакого вреда детям не причинили. Они создали хорошие условия для развития малышей.

30 июня судья специализированного суда по делам несовершеннолетних по Карагандинской области Дулат Бурабаев вынес обвинительный вердикт. Сельчанку, подарившую своих малышей, он приговорил к пяти годам лишения свободы, а помогавшую ей медсестру – к восьми годам с отбыванием в колонии средней безопасности. Что касается двух семейных пар, то суд назначил им наказание в виде восьми лет лишения свободы условно. Приговор еще не вступил в законную силу.