В приоритете – справедливость

Сегодня в свои законные права вступает абсолютно новый документ – Административный процедурно-процессуальный кодекс (АППК), призванный в корне поменять подход к разрешению судебных споров между рядовыми гражданами и государственными органами. Суть его принципов в очередной раз нам разъясняет судья Верховного суда РК Аслан Тукиев.

Так, по его словам, основным отличием вводимого кодекса от Гражданского процессуального является беспристрастность судей при рассмотрении публично-правовых споров. Это значит, что в суде теперь будет равноправие сторон, что априори очень непросто при возможностях ответствующих госорганов.

При этом играет роль и колоссальная нагрузка у судей – до 60 дел в месяц, 97% из которых – одного формата, а оставшиеся необходимо рассмотреть иначе, прикладывая большие усилия и иные знания. Но так уж заложено в человеке, а судьи такие же люди, что очень быстро «отклонение» от стандартного подхода надоедает, и все дела «причесываются» под одну гребенку – по заветам ГПК.

В результате в победителях остаются госорганы, хотя по ГПК что отдельный человек, что административное ведомство де-юре равны, так что кто более убедителен и юридически подкован, а это, как правило, адморган, тот и выиграл суд.

Причем все доказательства ложатся на плечи истца, что в корне неверно, считает спикер. Физическое лицо и, допустим, акимат неравны по всем парамет­рам: финансовым, ресурсным, информационным. В итоге якобы равенство по закону на практике не обеспечивается. Что и показывает статистика, которая тоже по-своему двоична. То есть процент выигрыша в публично-правовых спорах равен 35, в остальных случаях выигрывает государство. Но эти цифры взяты из расчета дел, которые окончены судом по основному производству, то есть прошли через судебное следствие, прения и вышли на судебные решения.

– Но если посмотреть с точки зрения поданных исков, то очевидна большая разница – 15 на 85%, где 15 – это тот процент, когда у рядового гражданина в принципе получается дойти до финишной прямой и выиграть дело, а не зависнуть на начальном этапе, как те, кто на пути к справедливости стали жертвами судебной бюрократии, заложниками сложностей процессуальной формы, – пояс­няет Аслан Тукиев. – Таких, не дошедших до конца, справедливо можно считать потерянными для правосудия. То есть это та людская масса, на которую необходимо пролить свет, чем и обязана будет теперь заниматься административная юстиция.

Чтобы преодолеть все эти препоны, и создана адмюстиция – целая инфраструктура, предназначением которой и является обеспечение, во-первых, равенства, а во-вторых, содействия простым гражданам со стороны судебной власти.

По словам судьи, новый кодекс – настоящий маст-хэв для публично-правовых споров, к которому шли достаточно долго. Разработка и принятие АППК растянулись на дюжину лет. Столь нужная реформа для исправления некорректного состояния все время запаздывала, и на это тоже есть ряд причин. Одна из них – государственные органы активно сопротивлялись предлагаемым новеллам, потому что АППК возлагает на них очень много дополнительных требований.

Пик активности по созданию нового кодекса пришелся на 2016–2017 годы, когда разработчиками были предложены радикальные редакции.

– Они были встречены в штыки, но именно благодаря таким радикальным мерам нам удалось принять кодекс в той редакции, в какой он получил свое законное признание, – говорит Аслан Тукиев. – Да, он не идеален, нам не удалось полностью «избавиться» от прокуратуры в кодексе (она допущена участвовать только по некоторым отраслям админист­ративных процессов), потому что так уж устроена наша система права. Хотя мы по-прежнему остались при мнении, что если сами уполномоченные органы не могут справиться со своими функциями и за ними нужен дополнительный надзор, то возникает вопрос: а достойны ли они заниматься тем, чем призваны?

Были несостыковки и по содержанию. К примеру, внутренние процедуры – часть, которой вообще не должно быть в адмюстиции. Как работает внутренний госаппарат – это проблемы госаппарата. С точки зрения обывателя – ему важен результат его обращения, условно говоря, его интересует, что происходит, когда он обратился в окошко, и что он из этого окошка получил. А как госорган к этому шел, никого не должно интересовать. Вместе с тем спикер выразил уверенность, что постепенно эти нормы выйдут из АППК и станут частью закона о государственном управлении.

Тем не менее компромисс был найден. И теперь стоит задача правильно транслировать принципы адмюстиции в общество. Нужно запомнить: суды готовы вставать на защиту прав и интересов простых граждан, в административном суде судья будет пристрастен в первую очередь к административному органу. Этого не нужно бояться – подобное не означает желания судей засудить сторону ответчика, в приоритете – справедливость.

– Кодекс в моем понимании прорывной. Он состоит из 175 статей. Сравните: 6 статей ГПК и 175 статей АППК. Чувствуете, сколько в ГПК было недосказанного на тему публично-правовых споров? В кодексе все новое, – разъясняет судья.

Важно и то, что максимально упрощена процедура подачи иска. Прежде, с учетом нескольких статей, иск могли возвратить, отказать в его принятии или оставить без движения. Сейчас осталась только возможность возвратить иск, и то лишь при условии, что невозможно устранить недостатки, допущенные при его подаче. А если вы, к примеру, не оплатили госпошлину, вам просто напомнят о необходимости это сделать. Или, допустим, неверно сформированы исковые требования – так в суде вам помогут оформить их верно. То есть вероятность потери иска уже на первых этапах практичес­ки исключена, он всегда будет доходить до главного судебного разбирательства.

Уже в ходе разбирательства суд будет действовать инквизиционно и наступательно в отношении ответчика, в роли которого всегда выступает административный орган. Стоит отметить, что АППК расширил это понятие, внеся определение именно «административный орган», под которое подпадают как государственные органы, так и все организации, имеющие право принимать решения в отношении граждан. То есть ответчиком может выступить как какой-либо комитет, так и республиканская коллегия адвокатов в случае, если в последнюю, например, обратится юрист, желающий стать ее членом, но получит отказ по каким-либо сомнительным причинам.

На самом деле новых принципов, вводимых адмюстицией, очень много. К примеру, принцип разум­ных сроков, которые, к слову, у нас в стране и так крайне сжатые. Просто, по мнению юридической общественности, население разбаловано подобной скоротечнос­тью, а между тем в правосудии не может быть поспешности в серьезных вопросах.

– Когда мы гонимся за сроками, мы уступаем в вопросах качества, – уверен Аслан Тукиев. – В Казахстане нет проблемы сроков – по ним мы в мире на четвертом месте, есть проблема качества. Процессы у нас проходят быстро, и это наша беда.

К слову, в первой редакции сроков не было вообще, но судейская и журналистская общественность встрепенулась: как так? Негоже давать суду такой задел, воспользуются в неблаговидных целях. Сейчас срок – 3 месяца, за это время дело должно быть рассмотрено по существу, при необходимости срок можно продлить.

Еще раз подчеркнем по просьбе судей: в гражданском процессе судья обязан утрированно сидеть на стуле и ничего не делать – именно так и достигалась его бесприст­растность. В административном процессе задача абсолютна противоположная – работать вместо истца, а это требует умений и времени, и подгонять его – себе вредить.

– Если мы будем выкручивать судье руки, требуя ускориться, это приведет лишь к желанию арбитра или нарушить срок, или вынести не удовлетворяющее его самого решение, – подчеркнул Аслан Тукиев.

К слову, кодекс получил высокую оценку международных экс­пертов. Единственное возникшее у них требование – устранить дуб­лирование норм статей АППК и ГПК. Таким образом, новый кодекс стал своего рода перечислением исключений из ГПК. А исключений получилось много – больше сотни.