Имя казахстанца увековечили на Орловщине

По следам похоронки

Год назад «КП» рассказала о ветеране-металлурге Утегене Смаи­лове, который многие годы посвятил поиску могилы своего отца («Шакир Смаилов погиб в боях за Родину», 7 июня 2024 года). Напомним: в 1943 году на родину солдата в село Бозанбай Уланского района пришла похоронка. Но когда повзрослевший сын красноармейца открыл областную Книгу Памяти, оказалось, что там нет сведений о Шакире Смаилове. В сердце российского Черноземья – Орловской области, где в августе 1943-го в бою погиб восточноказахстанец, Утегену-ага на его запрос ответили: имени его отца в списках тех, кто похоронен в братской могиле, нет.

– Отца я не помню – был совсем маленьким, когда он ушел на фронт, – рассказывает Утеген-ага. – В селе все, кто знал Шакира, говорили, что я его копия. Мне сейчас за восемьдесят, но я себе дал слово: не умру, пока не найду, где покоится прах отца. У казахов есть поговорка: «Жеті атасын білмеген жетесіз» – достойный человек должен знать семь поколений своих предков. Для меня очень важно все, что связано с памятью об отце.

Отправной точкой в поиске стали данные похоронки. В скорбном документе, подписанном командиром воинской части Григорием Журавлевым, говорилось: «...гвардии красноармеец Шакир Смаилов проявил геройство, мужество, убит в бою и погребен возле деревни Паньшино Знаменского района Орловской области». «Правой рукой» ветерана-металлурга стали его дочери Жанар и Асем. Они нашли в Сети контакты волонтеров-поисковиков в Астане, в России, направили запросы в различные архивы и фонды...

Большой помощью стало ежегодное пополнение электронной базы исторических документов. Жанар пролистала весь журнал боевых действий 311-го минометного полка, где воевал дед. Страницу за страницей. Пока добралась до последнего листа, платок насквозь промок от слез. Сухие отчеты, написанные перьевой ручкой на старых пожелтевших листах, рисуют войну такой, как есть, – без художеств, с обыденными деталями. Читать такие документы невыносимо трудно – ты словно попадаешь в то военное время, во фронтовые будни.

– Все, что касалось поиска, для нас с Асем было очень эмоциональным, – призналась Жанар Смаилова. – Каждый раз до слез, потому что речь ведь не о войне в целом и общем. Речь об истории, которая касается конкретно нашей семьи. Мы ведь обе, как и наш отец, носим фамилию деда.

Прежде чем найти нужный документ, сестры проштудировали все известные поисковые сайты, перелопатили море списков, сведений. Надо отдать должное воен­ным историкам – они с каждым разом выводят из-под грифа секретности все больше документов. Если еще пять лет назад на сканах тех же журналов боевых действий в глаза бросались пробелы в строчках, где говорилось о численном составе подразделений и потерях, то в этом году Жанар и Асем нашли в электронном виде книгу регистрации смертей 311-го полка 61-й армии.

– В документе названо место захоронения Шакира Смаилова, – рассказала Жанар. – Оно повторяет данные, указанные в похоронке. Наш дед покоится в деревне Паньшино Знаменского района Орловской области.

Разночтения в сведениях по братским могилам с данными из смертных книг и похоронок – это совсем не редкость. Это как раз то эхо жестокой войны с огромными жертвами, которое настигает нас даже спустя 80 лет. Это история о резервах, которые бросали в бой, не успев выдать красноармейцам смертные медальоны. Это трагедии отделений и взводов, перемешанных с землей во время бомбежек и обстрелов. Это постоянные маневры полков, отступления, наступления, перемещения штабов с их канцелярией…

– Были и слезы, и радость, – говорит Жанар. – У нас дома хранится фотография Шакира из его личного дела члена партии. Отец теперь может со спокойной душой сказать: «Ата, я нашел тебя».

В семье Смаиловых сразу решили обратиться к россиянам с просьбой увековечить имя восточноказахстанца. В адрес руководителей Орловской области и Знаменского района были направлены документы, обращения. Жанар и Асем не теряли надежды, что россияне откликнутся. И вот недавно, накануне Дня Победы, из Паньшино прислали фото: скорбный список на черной гранитной плите пополнили имена двух красноармейцев – Мухамета Гильманова (1904 – 18 июля 1943) и Шакира Смаилова (1909 – 5 авгус­та 1943). Имя солдата из Восточного Казахстана также увековечат во всех официальных списках Памяти Знаменского района.

Одновременно устькаменогорцы обратились с просьбой к руководству Уланского района. И здесь тоже откликнулись: вышел приказ об увековечении имени уроженца села Бозанбай на обелиске в административном центре – селе Касым Кайсенов.

Воздух смешался с землей

Бои на Орловщине были час­тью Курской битвы, вошедшей в историю как коренной перелом в Великой Отечественной войне. Именно с августа 1943-го советские войска перешли в наступление, которое завершилось в мае 1945-го в Берлине. Как сказано в учебниках истории, этой битве не было равных по напряженности и военно-политическим последствиям. Одной из частей, заставившей врага отступить, был 311-й гвардейский минометный полк.

Гитлеровцы рассматривали территорию Курского выступа и Орловщины как плацдарм для генерального наступления. Фашистская операция «Цитадель» ставила две задачи: сначала с помощью механизированных частей и огневой мощи истощить и уничтожить советские войска в районе Курска, а дальше с территории Орловской области перейти в наступление на советскую столицу. Гитлер в своем приказе о наступлении называл «Цитадель» факелом для всего мира. «Здесь, на востоке, решается судьба, – заявлял в апреле 1943-го один из идеологов третьего рейха Генрих Гиммлер. – Здесь русские должны быть истреблены и как люди, и как военная сила, и захлебнуться в собственной крови».

Для наступательной операции враг сосредоточил 50 дивизий, в том числе 16 танковых и моторизованных, 10 тыс. орудий и минометов, более 2 тыс. самолетов, 900 тыс. солдат и офицеров. Гитлеровцы были уверены в превосходстве «тигров», «пантер» и «фердинандов». С воздуха советских солдат атаковали новые самолеты «Фоке-Вульф-190А» и «Хеншель-129». С 5 июля эта мощь обрушилась на советскую линию обороны. Атаки шли семь дней. Максимум, что удавалось гитлеровцам, это пробить первый рубеж обороны, и то на день-два. Почти сразу красноармейцы отбивали позиции назад. В Курской битве фашисты потеряли 200 тыс. человек. Потери Красной армии историки оценивают примерно в 178 тыс. человек, плюс более 1 600 танков и самоходных артустановок. С 12 июля, когда фашисты исчерпали резервы, советские войска перешли в контрнаступление.

«Орловская наступательная операция получила название «Кутузов» и длилась с 12 июля по 18 августа, – значится в главе о Курской битве на сайте российского военно-исторического общества. – Белгородско-Харьковская операция имела название «Румянцев».

У гитлеровцев был приказ удержать орловский плацдарм любой ценой. Группировка располагала 1 тыс. танков и штурмовых орудий, 6 тыс. пушек и минометов, более 1 тыс. самолетов. Общая чис­ленность живой силы – 600 тыс. Враги разбирали сельские избы на бревна и пускали на ДЗОТы – дерево-земляные огневые точки. На каждой точке – три-четыре амбразуры, ручной и станковый пулеметы, миномет, 6–10 автоматчиков. Перед линией – 300–400 метров простреливаемого поля, линии из колючей проволоки, противо­танковых рвов, навалов леса.

Гвардейский минометный полк, в котором воевал Шакир Смаилов, вел наступление на Болхов в составе 61-й армии. О том, как сопротивлялся враг, говорит такая цифра: за день красноармейцам удавалось продвинуться в среднем на 2,5 км. Солдат обстреливали с воздуха, земли, атаковали автоматчики… На сайте военно-исторического общества есть описание артобстрела глазами очевидца. «Земля взметнулась вверх и осталась висеть черной массой вопреки всем законам тяготения, – говорится в заметке. – Частицы земли, выброшенной из воронок, не успевали оседать, как новые взрывные волны увлекали их кверху, а вдогонку летели новые пласты вздыбленной земли».

В журнале боевых действий Утеген Смаилов и его дочери нашли сведения об августе 1943-го – последних днях солдата. 2 августа полк вместе с армией продвинулся на 6–10 км, заняв больше 70 сел и деревень. 5 августа был освобож­ден Орел и больше 30 окрестных населенных пунктов. 5 августа Шакир Смаилов был убит. Как он погиб? Сведений об этом нет, в похоронке только сказано, что гвардии красно­армеец погиб геройски, в бою.

Сформированный в октябре 1942-го 311-й минометный полк включал 431, 432 и 433-й гвардейские минометные дивизионы – знаменитые «катюши». После освобождения Орловщины под­разделение било фашистов в Белоруссии, Польше, Германии.

– Если бы мой отец и миллионы советских солдат не смогли в Великую Отечественную защитить свою страну, свои семьи, нас бы просто не было, – заключил Утеген-ага. – Эту память мы должны сохранить и передать дальше. Поэтому для меня так важно было найти братскую могилу, где лежит отец, и увековечить его имя на мемориале.