Когда ЭЦП «гуляет» по рукам

Электронная цифровая подпись стремительно ворвалась в нашу жизнь, став неотъемлемой ее частью. Преимущества ее неоспоримы. Конечно, удобно, не выходя за пределы квартиры, совершать сделки, заключать договоры, делать переводы, обращаться с жалобами и заявлениями в госорганы, инициировать судебные иски, заниматься предпринимательской дея­тельностью...

Спектр возможностей огро­мен. Точно так же огром­ны и риски, которые влечет за собой электронный документооборот. Вот почему важно подтвердить правомочность подписанта и самого документа, а также не допустить неправомерного завладения информацией.

В Уголовном кодексе есть даже специальная статья, предполагающая ответственность за «умышленное неправомерное копирование или иное неправомерное завладение охраняемой законом информацией, хранящейся на электронном носителе, содержащейся в информационной системе или передаваемой по сетям телекоммуникаций, если это повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства».

И статья эта рабочая. Так, следственным управлением ДП города Шымкента проводилось досудебное расследование по признакам уголовного преступления, совершенного в отношении критически важных объектов информационно-коммуникационной инфраструктуры группой лиц по предварительному сговору.

По его итогам полицейские вынесли в адрес Министерства цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности представление с просьбой инициировать исковое заявление по отзыву ЭЦП, выданной гражданину Турции – руководителю ТОО. А заодно они просят привлечь его к административной ответственности за то, что не принял мер по защите принадлежащего ему закрытого ключа элект­ронной цифровой подписи от неправомерного доступа и использования, а также за незаконную передачу ЭЦП другим лицам.

Эта история началась 4 февраля­ позапрошлого года. В этот день в Шымкент из Стамбула прилетел некий гражданин Турции. Через день он заключил договор купли-­продажи стопроцент­ной доли участия в ТОО, принадлежавшего его соотечественнику. И стал единоличным собственником, сразу же издав приказ о назначении себя директором. Сделав большое дело, иностранный гражданин 6 февраля вылетел из Шымкента в Стамбул.

Восьмым февраля датирована доверенность, выписанная от имени улетевшего в Турцию директора того самого ТОО на некого граж­данина Казахстана. Она делегировала право на разовое получение или отзыв регистрационных свидетельств Национального удостоверяю­щего центра РК. В тот же день казахстанец получил ЭЦП, принадлежащую турецкому гражданину, который с 6 февраля ни разу не появился в Казахстане.

И тут возникает масса вопросов. Первый и главный из них: как иностранный гражданин, находясь за пределами страны, смог получить ЭЦП, если выдача электронной цифровой подписи для нерезидентов имеет свои особенности. К примеру, при первичном получении ЭЦП обязательно личное присутствие, то есть иностранному гражданину необходимо лично явиться в ЦОН или в Национальный удостоверяющий центр, предъявив оригинал заграничного паспорта, временную регистрацию на территории Казахстана и ИИН.

Вопрос о том, кто и почему решил, что эти требования можно обойти стороной, пока без ответа. Непонятно и то, зачем иностранец приобрел ТОО, которое все это время бездействовало. Данный факт подтвержден специализированным межрайонным экономическим судом города Шымкента. С соответствующим иском обратилось руководство управления государственных доходов по Енбекшинскому району департамента государственных доходов по городу Шымкенту, полагающее, что договор купли-продажи доли уставного капитала между ТОО и гражданином Турции заключен формально. Истец заявил, что это подтверждается отсутствием связи между учредителем и фактической деятельностью компании, а также выводами налоговых органов.

На днях апелляционная инстанция специализированного межрайонного экономического суда оставила в силе решение суда первой инстанции. Суд счел правомочными доводы истца о том, что при создании юридического лица были грубо нарушены требования законодательства, поскольку гражданин Турции покинул территорию Казахстана 6 февраля 2023 года, а от его имени неустановленные лица использовали элект­ронную цифровую подпись, которая, в отличие от ТОО, активно работала.

За без малого два года во всевозможные инстанции направлены десятки заявлений, жалоб, подписанных ЭЦП иностранного граж­данина. Их принимали к рассмотрению, по ним выносили решения. Масса сотрудников госорганов тратила время на то, чтобы изучать доводы, изложенные в электронных обращениях, которые, как оказалось на поверку, не имели под собой юридической основы.

Если учесть выводы суда, что ТОО перерегистрировали без намерения вести предпринимательскую деятельность, то поневоле задумаешься: зачем, собственно, вся эта затея? Не ради ли получения той самой ЭЦП, живущей столь длительное время отдельной жизнью от хозяина?

Если это предположение не лишено основания, то тогда можно строить догадки о том, как важнейший документ, за неправомерное завладение информацией которого предусмотрена уголовная ответственность, могли выдать по доверенности, вопреки существую­щим требованиям законодательства?