Крючки и пятачки

Два поросенка

Лапуля и Хмурый – фотомодели, приученные к повышенному вниманию и громким звукам. Им достаточно показать место на съемочной площадке, направить пятачок в сторону объектива, и все, несколько минут творческой сосредоточенности гарантированы. Но не больше. Поросята точно знают, что за каждым актом их послушания должно последовать вознаграждение – еда!

В этом смысле декоративные минипиги ничем не отличаются от своих полногабаритных сородичей: они готовы есть всегда, все подряд и невзирая ни на что. В хозяйстве Екатерины Лобовой обитают восемь малышей карликовых пород и несколько особей обычных свиней. Так что есть с кем сравнивать. Вообще-то мясные животные попали в семью случайно, их попросили забрать покупатели, которым под видом миниатюрных подсунули полноценных хрюнделей. Правда, в семье Екатерины свинину не едят, но животных все-таки взяли.

– Ошибиться в таком выборе можно только по незнанию, – говорит заводчица. – Миниатюрные свинки вычисляются с первого взгляда – у них гораздо меньше уши, заметно сплюснутая морда и прямой хвостик, у обычной свиньи он обязательно будет крючком. Обманутым любителям экзотики, конечно, не позавидуешь: взрослая свинья заурядных кровей может вымахать до 1,5 мет­ра в длину и до полтонны веса. Стандарт карликовой свинки – не выше 35 см, это примерно рост спаниеля.

Свинская натура

Любая свинья по своей натуре и многоядна, и всеядна. Екатерина Лобова занимается минипигами всего 3 года и вначале сильно пугалась, когда те поглощали «чего-то не того».

– Муж ремонтировал машину, оставил герметик, – рассказывает женщина. – Поросята тут же его съели. Срочно звоню знакомому ветеринару, жалуюсь, а он спрашивает: «Тюбик большой и на скольких они его «раздавили»?» «На троих, – отвечаю. – И тюбик небольшой». «Тогда не переживай, они даже не заметят».

Ели Екатеринины хрюшки краску, провода, опилки и много другого несъе­добного, но никаких расстройств здоровья от этого не имели. Что уж говорить о по-настоящему вкусной пище. У поросят отменный нюх, и хозяевам едва ли удастся поужинать втайне от подопечного, он обязательно будет канючить, пока не получит подачку. А всерьез проголодавшийся минипиг может закатить настоящую истерику с истошным визгом.

Минипигам нужно больше занятий, прогулок и прос­того человеческого общения. Только не смейтесь, но свинки тоже умеют разговаривать, они общаются в своем кругу. Например, Лапуля попросила Хмурого снять с нее бантик, оставшийся на шее после фотосессии. Не знаю как, но Катя эту просьбу услышала еще до того, как поросенок начал стягивать со своей подружки красную ленточку. И таки снял, пока свинка терпеливо ждала.

Один дома

Если упустить первородные инстинкты, характером декоративные свинки сильно отличаются от своих больших сородичей, в которых живет пугливость жертвы. Минипиги уже не знают страха и расположены к людям. И это довольно интеллектуальные животные, их даже можно дрессировать. Например, поросенок забрался на диван и прижался бочком к своему хозяину. Его можно прогнать, и он навсегда запомнит: так делать нельзя. Но это не значит, что свин никогда больше не покусится на хозяйское ложе, скорее наоборот, он туда обязательно вернется, пока никто не видит.

Розовые пятачки в детстве забавные и шаловливые. Они могут бесконечно гонять мяч или пустую пластиковую бутылку, особенно если у них есть напарник – ребенок или собака. Дай им волю, будут часами нарезать круги во дворе в спринтерском темпе. Истинно сказано: скорость как у бешеного поросенка.

Кстати, справедливы в отношении карликовых хрюшек прочие хрестоматийные замечания. Они, как самые обычные свиньи, чавкают, особенно смачно в компании своих товарищей. Зато, по словам Екатерины, совершенно не храпят, спят посапывая, как дети. А еще они страшно чистоплотные.

– Стоит им только стащить где-нибудь тряпку, тут же начнут натирать ею полы, – делится владелица поросячьего стада. – Трут носом, буквально до скрипа. А если вовремя не освободить их лоток, перевернут рядом чашку с водой и нач­нут влажную уборку.

Но самые интеллектуальные поступки хрюшек связаны все-таки с пищей. В доме заводчицы каждое новое поколение минипигов успешно осваивает крес­ло на колесиках: поросята прикатывают его к столу с остатками еды и, помогая друг другу, забираются наверх, сбрасывают лакомство и поедают всей шайкой. Они ловко открывают холодильник и кухонные тумбы, еду выкрадывают.

Что категорически противопоказано поросятам, так это оставаться одним дома. Они будут страдать и в таком состоянии могут разнести квартиру: переломать, порвать, распотрошить. Поэтому Екатерина принципиально не продает своих малышей в квартиры коммунальных домов и держит на них довольно высокую цену, чтобы не было соблазна купить по дешевке свинку-игрушку и избавиться от нее при первом же разочаровании.

Откровенно говоря, минипиг – животное на любителя, не кошка и не собака, не друг, но и не бестолковый комок жира. И стоит много раз подумать, так ли уж он необходим в доме. Год Свиньи пройдет, а крест ответственности за поросячью жизнь придется нести лет этак 20.