Политические репрессии в отношении лидеров и сторонников партии «Алаш»

В частности, Президиум ВЦИК РСФСР на заседании 6-го созыва от 4 апреля 1919 года принял постановление «Об обеспечении личной неприкосновенности известных деятелей из казахов, боровшихся против советской власти, не исключая группы Букейханова, боровшейся с оружием в руках против советской власти».

Кроме того, 1-я армия Реввоенсовета Туркестанского фронта в соответствии с руководящими указаниями ВЦИК РСФСР издала приказ за № 387 от 8 августа 1920 года о применении амнистии в отношении казахского населения Астраханской, Оренбургской, Уральской и Тургайской областей, сражавшихся против советской власти. Но КазВРК на заседании от 5 марта 1920 года при попус­тительстве Президиума ВЦИК РСФСР вопреки его постановлению принимает следующее решение: «Ответственных руководителей Западного отдела национального правительства Алаш Орда впредь до более прочного устройства Советской власти в КазКрае изолировать от казахских трудовых масс; из прибывших ответственных работников отправить в Москву или другие города центральных губерний Джаншу Досмухамедова, Халиля Досмухамедова, Ису Кашкинбаева, Карима Джаленова и Беркиналия Атчибаева».

Карательно-репрессивная политика большевиков в Казахстане, ярко проявившаяся с первых же ее шагов в пределах границ Республики Алаш, не ограничилась изоляцией руководителей Западного отдела Алаш Орды. В январе 1920 года в Семипалатинской области 59-й дивизией Реввоенсовета Сибревкома была арестована большая группа членов правительства Алаш Орды и видных деятелей «Алаш» во главе с Алиханом Букейхановым – всего около 30 человек. Их освободили лишь в мае 1920 года после ряда ультимативных требований Семипалатинского ОблВРК от имени 800-тысячного казахского населения Семипалатинского края, а также требования КазВРК.

Как следует из вышеизложенных фактов, центральная советская власть и ее админист­рация в Казахстане в лице
Кироблкома – Казкрайкома ВКП(б) свою репрессивную политику в отношении высшего руководства Республики Алаш – членов Алаш Орды и партии «Алаш» – начали практически с первых дней оккупации нацио­нальной республики. Вот что тогда писал заместитель председателя ОГПУ Генрих Ягода в письме Иосифу Сталину: «В 1922 г. было признано, что пребывание Букейханова в Казакстане затрудняет нормальный ход сов. и парт. строи­тельства Республики, ввиду чего он был выслан в Москву. За время пребывания в высылке Букейханов ни на одну йоту не отступил от своих прежних принципиальных позиций. Ряд докумен­тов, через которые красной нитью проходит линия Букейханова на разжигание национальной розни, на «освобож­дение» от руководства Москвы, называе­мого им «колонизаторством», на противодействие практическим мероприятиям Партии в Казакстане это доказывает».

Следует уточнить, что Алихан Букейханов был арестован в октябре 1922 года в Каркаралы вместе со своими соратниками по партии и Совету Алаш Орды Миржакипом Дулатовым и Жакыпом Акпаевым, а Раимжану Марсекову тогда удалось бежать в Китай. Этим арестом большевики, по их же выражению, ликвидировали «группу Букейханова, боровшуюся с оружием в руках против Советской власти». После доставки их под конвоем в Оренбург Миржакип Дулатов и Жакып Акпаев были освобож­дены, а Алихан Букейханов выс­лан в Москву.

Кроме того, большевики уже заранее планировали ликвидацию группы деятелей «Алаш» в Ташкенте (1924 г.) и Кзыл-Орде (1925–1927 гг.). Отметим, что к «разоблачению» в контрреволюционной деятельности, преследованию и репрессиям членов партии «Алаш», бывших комиссаров Совета Алаш Орды, а также их сторонников из числа казахских советских руководителей активно включились и первые казахские большевики. Начало их активной борьбы против лидеров «Алаш», особенно их служебные записки и письма, откровенные доносы с голословными обвинениями алашординцев в «буржуазном национализме» и, главное, с нас­тойчивой просьбой «прислать из Центра (Москвы)... для руководства политической работы лицо, марксистски подготовленное» послужили веским аргументом для Иосифа Сталина направить в 1925 году на пост I секретаря Казкрайкома ВКП(б) Филиппа Голощекина. С его приходом в Казахстан преследование деятелей «Алаш» и их сторонников резко усилилось.

Получив от Кремля полную свободу действий, Голощекин начал свою политику «Малого Октября» с удаления из партии и правительства сочувствующих алашординцам казахских большевиков. Султанбек Ходжанов, с ноября 1924 года занимавший пост ІІ секретаря Казобкома, с февраля 1925 года – Казкрайкома РКП(б), уже в ноябре был отоз­ван в ЦК ВКП(б) и был направлен на Кавказ. Жалау Мынбаев, с мая 1925 года возглавлявший КазЦИК, в 1927 году был снят с должности и назначен главой исполкома Гурьев­ского округа. Смагул Садвакасов – с мая 1925 года нарком просвещения КазАССР – с приходом Голощекина был отстранен от должности, а в 1928 году был зачислен студентом Мос­ковского института инженеров транспорта. Ныгмет Нурмаков, с мая 1925 года занимавший пост главы СНК КазАССР, в 1929 году был отозван в Москву на учебу в Коммунистическом университете при ЦК ВКП(б).

Параллельно этому подвергся гонениям и лидер «Алаш» Алихан Букейханов, несмотря на то что с декабря 1922 года находился в Москве. В 1926 году по его предложению Особый комитет АН СССР снарядил научную экспедицию по комплексному исследованию Казахской АССР. Сам Букейханов, будучи членом этого комитета на правах постоянного эксперта, в 1926 году лично участвовал в работе экспедиции в Адайском уезде. По завершении работы экспедиции он посетил Кзыл-Орду с целью обсудить с руководством КазАССР необходимость открытия первого музея национальной истории с древнейших времен до современности. Но по возвращении в Актобе, где его ожидал коллектив научной экспедиции АН СССР, Алихан Букейханов был арестован и заключен в московскую тюрьму «Бутырка». Выяснилось, что он был арестован согласно донесению Ягоды: «Наблюдения наши за деятельностью Букейхана (Букейханов) в этот период установили ряд фактов развернутой антисоветской агитации Букейхана в Казакстане. Букейхан разжигал вражду казаков к русским поселенцам; агитировал население более решительно выступить против переселения русских в Казакстан; доказывал «неправильность» политики Соввласти в вопросах землепользования, невозможность перехода через кооперацию к социализму в условиях Казакстана. Все эти свои рассуждения он развивал среди членов экспедиции – казакских учащихся и среди работников Казакстана, которые совершали в стоянку экспедиции форменное паломничество. В связи с этим в 1926 г. в сентябре Букейхан, с согласия Казкрайкома ВКП(б), был выдворен из Казакстана в Москву».

В этом докладе Ягода также отмечает, что «в последнее время Букейхан усиленно добивается выезда в Казакстан», что «материалы ОГПУ связывают эти попытки Букейхана с определенными настроениями в Казакстане, идущими по линии большего сплачивания всех антисоветских и антипартийных сил в Казак­стане против советской власти».

Из документа следует, что в Казкрайкоме «не возражали против временного выезда его в Кзыл-Орду». В связи с чем Ягода предлагает Сталину «не разрешать Букейхану выезд в Казак­стан» или «отложить разрешение этого вопроса до ближайшего приезда т. Голощекина, и тогда с ним лично переговорить», предостерегая вождя большевистской партии от «могущих возникнуть из факта пребывания Букейхана в Казакстане опасностях». В итоге лидеру «Алаш» не позволили вернуться на родину из Москвы, где под неусыпным наблюдением ОГПУ он провел 15 лет своей жизни – с 1922 по 1937 год.

«Массовая охота» на его соратников и единомышленников по партии «Алаш» и Совету Алаш Орды началась с октября 1928 года. Первым был арестован и привлечен к следствию Халел Габбасов – физик-математик, бывший член Совета Алаш Орды, действующий член Коллегии наркомата планирования
КазАССР. Это он в марте-апреле 1918 года от имени главы Алаш Орды Алихана Букейханова провел переговоры с Иосифом Сталиным по прямой телефонной линии о взаимном признании и союзе. В январе 1929 года к следствию были привлечены Газымбек Беремжанов, Хайретдин Болганбаев, Мирзагазы Испулов, а в мае были арестованы Жусипбек Аймауытов, Дихан Адилев, в июле – Магжан Жумабаев и другие. К концу 1929-го и началу 1930 годов в Казахстане были арестованы, доставлены в Москву и заключены в тюрьму «Бутырка» 44 человека во главе с Ахметом Байтурсынулы.

Между тем заседание коллегии ОГПУ от 8 января 1931 года аннулировало свое же постановление от 4 апреля 1930 года в отношении Газымбека Беремжанова, Мирзагазы Испулова, Миржакипа Дулатова и Ахмета Байтурсынулы, приговоренных к смертной казни. Ахмет Байтурсынулы был выслан в Архангельскую область, Миржакип Дулатов – отправлен в концлагерь СЛОН (Соловецкий лагерь особого назначения), Беремжанов – отправлен на строительство Беломорканала в Медвежьегорск (Карелия).

В августе 1930 года было возбуж­дено новое следственное дело № 2370 по обвинению бывших руководителей и членов Совета Алаш Орды и партии «Алаш» Мухамеджана Тыныш­паева, Халела Досмухамедова, Жанши Досмухамедова, Алимхана Ермекова и других. Всего было арестовано 20 человек.

Следствие по делу 20 деятелей «Алаш» и бывших членов Совета Алаш Орды продолжалось в Алма-Ате с 4 августа 1930 года по 15 сентября 1931 года. Массовому политическому преследованию и репрессиям подверглись также их единомышленники и сочувствующие из числа казахских советских партийно-правительственных руководителей. С лета 1937 года они обрели невиданный широкий размах, жестокость и неотвратимый характер.

Накануне приказа НКВД за № 00447, 16 июля 1937 года, был арестован Султанбек Ходжанов, 26 июля в Москве арестован Алихан Букейханов, вслед за ним – бывший глава СНК КазАССР Ныгмет Нурмаков, бывший первый полпред СССР в Саудовской Аравии Назир Торекулов и другие. Осужденные в 1930–1932 годах, но уже вернувшиеся в Казахстан Мухамеджан Тыныш­паев, Ахмет Байтурсын­улы, Айдархан Турлубаев, Жанша и Халел Досмухамедовы, Алимхан Ермеков и другие, в 1938 году были снова арестованы. К этому времени уже не было в живых Халела Габбасова, Жусипбека Аймауытова. Они были расстреляны в 1930–1931 годах в московских тюрьмах. Накип Тлеулин и Дуйсен Туйгумбеков скоропостижно скончались в «Бутырке», а Миржакип Дулатов умер в 1935 году в Соловках.

Таким образом, наступил тот самый «пятый период – период уничтожения оставшейся интеллигенции отсталой казахской нации», как об этом докладывал в Кремль Голощекин в своей сек­ретной телеграмме 1928 года. В результате массовых репрессий 1930–1940 годов казахский народ лишился всей интеллектуальной элиты и наиболее активной и дееспособной части народа. В результате же искусственно организованного советской властью голода 1928–1933 годов народ Великой степи потерял более 60% своего населения. Так советская власть цинично, планомерно и последовательно произвела над казахским народом чудовищную отрицательную селекцию, прервав преемственность поколений, уничтожив основу генофонда нации и национальный код.