Ткать по старинке

Салиму Усибалиеву в регио­не многие знают как художника и талантливого педагога по изобразительному искусству, но в последнее время ее все чаще видят среди участниц выставок местных умельцев, где она с большим удовольствием и особым трепетом представляет на суд зрителей свои изделия ручной работы. Каждое из них уникально и несет в себе частицу кочевой культуры, которая сегодня жива благодаря энтузиастам.

– До увлечения декоративно-прикладным искусством я долгое время работала преподавателем в Региональном университете имени Дулати. Вела такие дисцип­лины, как рисунок, жи­вопись, композиция и цветоведение. За этот период получила степень магистра педагогики. Параллельно писала портреты и пейзажи, участвовала в выставках и получала награды, – рассказывает о своем творческом пути Салима Абдрасиловна.

Со временем, углубившись в ислам, художница решила изменить свое направление в работе и переключиться на другой вид изобразительного искусства, где не нужно рисовать живых существ. Так, на базе факультета вуза, где она преподавала, благодаря ее инициативе открылась учебно-производственная мастерская «Өрмек». Педагог обучала студентов технике плетения ворсовых ковров, чия и гобеленов. Она не только руководила процессом ткачества, но и в первую очередь сама активно занималась им.

– Так как это традиционное казахское народное ремесло, а также декоративно-прикладное искусство, близкое по духу женщинам, я погрузилась в него с головой. Одновременно занималась поиском новых идей, источников вдохновения и знаний, – признается моя собеседница.

По ее словам, в те годы она никак не могла найти ни одного мастера, который бы занимался ткачеством «өрмек». Лишь спустя годы она все же смогла отыскать единомышленников. И даже сегодня по всему Казахстану таковых можно пересчитать по пальцам. В основном это кандасы, вернувшиеся на родину и сохранившие давние традиции предков.

– Я искала в библиотеках и Интернете, спрашивала у друзей и знакомых, но нигде не смогла найти ни учебников, ни пособий, в которых поэтапно объяс­нялась бы технология ткачества «өрмек», – говорит Салима Усибалиева. – А поскольку не было никого, кто мог бы научить, я решила действовать методом проб и ошибок. И моим первыми шагами стали роспуск старых баскуров и зарисовка узоров в виде схем (карт). Мои начальные попытки не дали желаемого результата – получалось совсем не то, что нужно. Я снова и снова рисовала карты, исправляла орнаменты и пробовала все с нуля. Долгие поиски и эксперименты, несмотря на сложность технологии, все же принесли свои плоды.

После каждого успешно завершенного орнамента ремес­ленницу переполняло чувство безграничной радости. Так она осознала, что это не просто ремесло, а настоящее творчество, которое к тому же приносит огромное удовольствие. Особенно в момент, когда женщина видела, как из ее рук выходило очередное уникальное изделие.

Как признается мастерица, ее любовь к этому направлению объясняется тем, что, используя данную технологию, можно соз­давать не только предметы быта, но и одежду, и аксессуары.

– Изделия, выполненные в такой технике, вызывают восхищение у каждого казаха, – говорит моя собеседница, – в них чувствуется тепло, как будто они несут в себе частицу нашей истории.

До XIX века почти все казахи жили в юртах. Они были удобны для жизни, их можно было с легкостью разобрать, собрать и перевозить. Жилища кочевников украшали как снаружи, так и внутри – алашами, баскурами, сырмаками и текеметами.

– К примеру, алаша использовалась не только как украшение на кереге, но и как защита от ветра и холода. Точно так же баскур выполнял не только декоративную функцию, но и практическую: он укреплял уык и кереге, помогал юрте выдерживать сильные воздушные потоки. У казахов есть пословица: «Есть простолюдин, не уступающий хану, есть алаша, не уступающая золоту». Эта пос­ловица подчеркивает ценность национального ткачества, – отмечает Салима Абдрасиловна.

Сегодня, когда практически никто уже не живет в юртах, жамбылская мастерица адаптировала плетения «өрмек» под современные изделия. Она шьет стильные сумки, рюкзаки, головные уборы и верхнюю одежду. Также изготавливает настенные панно в национальном стиле.

Перед созданием каждого изделия она сначала разрабатывает для него специальную схему орнамента, подбирает цвета, а только затем приступает к самому производственному процессу. Она продолжает изучать книги по народному творчеству, черпает идеи из увиденного в музеях и старается создавать собственный оригинальный дизайн.

Изделия ручной работы в основном покупают жители Атырау, Актау и Астаны. Заказы пос­тупают через соцсеть Instagram. Бывает, что и туристы интересуются. Так, в прошлом году, когда рукодельница была на Играх кочевников в столице республики, было продано немало ее работ. Среди покупателей оказались в основном французы и англичане, которые с радостью приобретали самобытные товары, привезенные из древнего города Тараза. Большим спросом по сей день пользуются коржыны, которые казахи традиционно дарят при проводах невесты, во время приезда жениха и на сватовство. У мастерицы их несколько видов.

– Обычно я использую готовые нити, предназначенные для этой техники, хотя могла бы сама стирать, чесать, красить и прясть шерсть. Когда была моложе, помогала маме, поэтому хорошо знаю процесс обработки шерсти. Но, поскольку это занимает много времени, предпочитаю покупать готовые нити. В основном использую смеси чистой шерсти с акрилом, так как акриловые нити не пачкаются, они легкие и прочные, к тому же их не трогает моль, – рассказывает о своих предпочтениях Салима Усибалиева.

Время на создание одного изделия зависит от его размера и сложности, говорит она. Например, для костюма нужно ткать два-три полотна разных узоров, а на одно полотно требуется около полутора месяцев. Из остатков таразская ремесленница обычно делает сумки.

На сегодняшний день среди мастеров, занимающихся ткачест­вом «өрмек», моя собеседница пока не встречала никого, кто так же, как и она, сначала делает эскиз орнамента, затем создает схему, а уже по ней начинает ткать. По ее словам, большинство учатся у матерей и бабушек и ткут привычные узоры на память. Она же может разработать схему любого орнамента и создать его по ней, даже сделать любую надпись.

– Что касается сумок, то каждая из них неповторима, потому что одно и то же ткачество «өрмек» при следующем изготовлении, даже если узор похож, получается совершенно другим. Пов­торить изделия очень сложно. До сих пор у меня не было двух одинаковых работ. Тем не менее я хотела бы попробовать сделать несколько изделий в одинаковом исполнении, – делится Салима Абдрасиловна.

По ее словам, запустить массовое производство для нее сложно, так как это ручной труд, да и изготавливать быстро продукцию не представляется возможным. Чтобы ускорить процесс и выпускать больше, нужно привлечь опытных мастеров. Но найти терпеливых и готовых работать крайне трудно.

– Многие сегодня хотят легкой работы и больших денег. А в нашем деле с этим сложно. К тому же без конкретных заказов, вероятно, они не захотят тратить свое время. Ведь я даже не смогла организовать бесплатное обучение, чтобы привлечь людей, – разводит руками ремесленница, которая ставит перед собой цель объединить ряд мастеров в одну команду. Она планирует обучить их всем тонкостям и секретам ткачества. А когда они будут готовы, группа могла бы уже брать крупные заказы. Пока мастера ткали бы, Салима разрабатывала новые дизайны, открывала разные техники и разнообразила изделия.

– В Казахстане мастеров, занимающихся этим ремеслом, можно пересчитать по пальцам, – с сожалением говорит жамбылская умелица. – Я поддерживаю хорошие отношения со всеми. Мы вместе участвуем в выставках и конкурсах народных ремесел в разных регионах страны. Хотелось бы, чтобы дело наших предков не было забыто и получило широкое распространение. И мы стараемся для этого сделать все, что в наших силах.